Российский интернет родился 28 августа 1990 года. В стране, которой уже нет. Большая часть его создателей вышла из «почтового ящика», больше известного работами по созданию первой советской атомной бомбы — из Института атомной энергии им. Курчатова (КИАЭ).
По соседству с бомбой
КГБ, считают «отцы-основатели» интернета в СССР, рождение советского сегмента мировой сети попросту не заметил. На дворе стоял поздний «совок», граждане озабоченно штурмовали одну очередь за другой, а в машинных залах крупных научных институтов, завязанных на «оборонку», под шелест перфокарт и свист магнитной ленты готовилась техническая революция. Ее приближали как могли юноши с обильными и неаккуратными шевелюрами, в очках с толстыми линзами и растянутых свитерах. Математики и программисты. Но в 1984 году чудом было то, что задумали молодые ученые: переделать под советские ЭВМ американскую операционную систему Unix, на базе которой в 80-х годах был построен интернет в США и Европе. Выйти в мир можно было только так: присоединиться к Европейской ассоциации пользователей Unix. «Что понималось тогда под интернетом? — переспрашивает один из разработчиков Сергей Рыжков, бывший в конце 80-х сотрудником «курчатовки», сейчас — гендиректор провайдера RiNet. — Возможность обмениваться электронной почтой и проводить конференции». Но и это было почти чудом: обычное письмо шло в США до нескольких недель, передача факса за границу занимала два дня. По сети письмо доходило за 1 час!
КГБ, по словам собеседников The New Times, объявился под занавес истории, когда система ДЕМОС (программеры шутя называли ее УНАС, как противовес Unix, то есть «УНИХ») была готова и действовала. «В 1990-м наш «куратор» в институте им. Курчатова, кажется, в звании капитана, спрашивал: «Что надо сделать, чтобы поставить контроль на сеть?» — вспоминает один из «отцов-основателей», лауреат премии Совмина СССР Валерий Бардин. — И получал в ответ издевательское: «Запретить научный обмен с территории Курчатовского института!» «Времена не те», — поникнув, отвечал капитан. «Тогда создайте систему, аналогичную телефонной прослушке». — «Да кто на это денег даст?» «Эти подходы заканчивались стенаниями о «несвоевременности» появления всесоюзной компьютерной сети, за которыми явственно слышалось: «Ну почему это случилось здесь, а не у соседа?» — говорит Бардин.
Виртуальная блоха
Откуда в СССР, за железным занавесом появилась американская программа Unix? По словам Валерия Бардина, софт частями привозили в СССР на магнитных лентах, начиная с 1983 года, специалисты, проходившие стажировку в западных университетах. В частности, что-то «увели» прямо с сервера Университета Мэриленда, еще что-то — из Университета Беркли. «То, что поступало по спецканалам (то есть по линии научно-технической разведки ПГУ КГБ СССР или ГРУ), автоматически получало гриф и навсегда терялось в сейфах первых отделов», — утверждает Бардин. «Каналы, по которым пришли исходники, то есть части операционной системы, видимо, были как-то связаны со спецслужбами, — допускает Рыжков. — С другой стороны, я лично видел, что линия программного обеспечения в Университете Беркли была открытой, даже не надо было ничего красть». Бардин напомнил, что часть Unix «качнул» с какого-то европейского компьютера по каналу «РАДАУС ДАТА» между министерствами связи СССР и Австрии программист Николай Саух.
«КГБ СССР не могло пропустить возникновение коммуникационных сетей в США и Европе, тем более что на них были подвешены каналы управления и связи различных оборонных систем», — сказал The New Times генерал КГБ в отставке Владимир Рубанов. Однако вопрос происхождения «исходников» западных операционных систем в СССР Рубанов обходит молчанием. Может, и вправду стажеры привезли? Из книги английского исследователя Кристофера Эндрю, написанной в соавторстве с советским перебежчиком Олегом Гордиевским,1 впрочем, известно, что КГБ рекрутировал хакеров в ФРГ, которые успешно качали данные из Пентагона и нарождающихся сетей США.
Нарушая запреты
Полузасекреченные маневры советских ученых по добыче западных образцов для конструирования отечественной операционной системы были вызваны запретом на экспорт оборудования и софта в страны Варшавского договора. Для этого еще в 1949 году в США был создан Координационный комитет по экспортному контролю (КОКОМ). Комитет до марта 1994 года был одним из рычагов Запада в холодной войне, исповедуя принцип «контролируемого технологического отставания». Впрочем, все зря: уже на Олимпиаде-80 КГБ СССР обладал новейшей японской компьютерной техникой, поставленной Toshiba. Когда факт этого сотрудничества вскрылся, разразился международный скандал. Уже позже западники поняли, что советская разведка успешно обходила все «кокомы», создавая сеть фирм-однодневок в разных странах мира, закупавших программы и компьютеры, которые позже — порой через весь «шарик» — оказывались в СССР. Так, в Союзе, например, появились компьютеры — точная копия тех, что создавались в американской IBM.
В Курчатовском институте был крупный вычислительный центр, где трудились системщики, и автором идеи, по словам Бардина, был старший инженер Михаил Паремский. «Году в 1983–1984-м состоялась первая встреча программистов в Протвино, где собрали воедино разные фрагменты Unix и представили более-менее цельную версию, — говорит Бардин. — Оттуда же взялась тусовка, которая сделала все это». Программисты института Курчатова и кафедры прикладной математики ИПК Минавтопрома, возглавляемой Михаилом Давыдовым (а также специалисты из других организаций, например, Института физики высоких энергий в Протвино, ОИЯИ в Дубне), адаптировали «операционку» из США под имеющиеся в СССР компьютеры. «Тогда это называлось инициативной разработкой», — вспоминает Сергей Рыжков. Остальные «ветераны» подтверждают: заказа власти, каких-то министерств на эти разработки не было — все делалось на энтузиазме молодых ученых. Программисты этих двух коллективов превратили Unix в ДЕМОС — систему для компьютеров серии БЭСМ, «Эльбрус 1К2», «Электроника 225», «ЕС ЭВМ» и т.д. Разработчики ДЕМОСа — 25 человек — были награждены премией Совета министров СССР за 1988 год. «Получилось где-то по 450 руб. на человека», — вспоминает Бардин. Были и пострадавшие: так, программиста Вадима Антонова исключили разом из комсомола и с факультета ВМК МГУ за отказ ехать «на картошку». Потребовались усилия ЦК ВЛКСМ, чтобы восстановить лауреата в вузе и «передовом отряде партии».
Тариф «безлимитный»
«Описание истории интернета часто начинают, как «однажды утром Гагарин решил полететь в космос», — смеется Бардин. — Мы все понимали, что делали, и шли к этому не один день. Тот же Unix осмысленно ждали с конца 70-х. В СССР была создана большая научная сеть — и все это до подключения к интернету». У веба в СССР были и другие «крестные». К рождению интернета приложил руку академик Евгений Велихов, директор Курчатовского института, ныне секретарь Общественной палаты России. «При его поддержке были приобретены модемы, — вспоминают курчатовцы. — Для международной связи Велихов отдал один прямой телефонный номер (на территории КИАЭ была своя подстанция). К концу 1990 года к сети были подключены около 30 организаций, среди которых — центры российской науки в Серпухове, СанктПетербурге, Новосибирске, Дубне».
Алле, это КГБ?
Давыдов, Бардин и другие точно знают, когда родился интернет в СССР — 28 августа 1990 года. В тот день программист Дмитрий Володин дозвонился (с подачи эстонца Лео Томберга) до компьютерного юзера Петри Ояла в Университете Хельсинки. Фокус был в том, что к компьютеру в Хельсинки подключилась не кафедра ИПК Минавтопрома, а целая сеть из СССР! «Сначала образовалась сеть из нескольких научных центров и их сотрудников в нескольких городах СССР и только потом она вышла на Запад. Платили только за межгород в Финляндию. Сначала от изумления пошел поток почты — там обсуждали: «Это шутка или нет?» и «Это КГБ или нет?» — вспоминает Бардин. — Было такое ощущение прорыва Берлинской стены, особенно на периферии нашей сети, этакое пристукнутое состояние».
Зона .SU
Впрочем, домен .SU появился не сразу: письма шли из СССР, а в обратную сторону — на сервер Финляндии с пометкой .su. Финны отправляли письма по нужному адресу. Бдительные русские эмигранты сразу поняли, что это КГБ. Дмитрий Вулис, один из участников конференции UseNet, даже «неопровержимо» доказал это в пространном труде («КПСС — не мог», «армии не до того», ясно что КГБ — «нет другой силы в СССР»). «Чтобы отвести подозрения, пришлось подключить его знакомого математика из Москвы», — говорит Бардин, после чего Вулис поверил в «научное» происхождение пришельцев из-за железного занавеса. Домен был зарегистрирован чуть позже — 19 сентября 1990 года. «Полупьяное, восторженно-изумленное состояние сохранялось, — рассказывает Валерий Бардин. — Мы послали запрос на регистрацию домена, думали, что надо ждать две недели, а подключились в тот же вечер». Московский узел интернета, через который сеть шла дальше на Запад, первоначально работал на одной IBM РС-286! Полотно в каморке Папы Карло было прорвано, «собачка» электронной почты отправилась в полет.
Связной революции
В 1989 году Михаил Давыдов решил создать кооператив, который бы распространял систему ДЕМОС («Диалоговая единая мобильная операционная система»), прочий софт и «железо» за деньги. Программисты, не имевшие понятия о ведении бизнеса, успешно торговали — покупателями в то время были в основном госпредприятия. На заработанные деньги развивали Рунет, который тогда еще так не назывался. Существовала разветвленная сеть «Академсеть», свою сеть строили ДЕМОС и «Релком» — они существуют и сейчас, хотя и мало известны. Кооператив «Интерфейс» (предшественник ДЕМОСа) создавался при личном участии Юрия Лужкова и Олега Толкачева, вспоминал позднее Давыдов. Лужков в то время был начальником в Мосгорисполкоме, регистрировал кооперативы. Услышав, что кооператив будет «писать программы», будущий градоначальник сказал твердое «нет»: «Кооперативы создаются для обслуживания населения, а вы будете деньги за свои программы высасывать из госпредприятий». Помудрив ночь, документы на подпись принесли заново, заявив, что кооператив будет писать программы для автовладельцев — для «тестирования их личных автомобилей». «Тогда же появилась наша первая телевизионная реклама: булгаковский кот сворачивал голову продавцу за то, что тот не хотел продавать импортную технику за рубли», — вспоминал Давыдов (большинство продаж компьютеров тогда совершалось за валюту). А Толкачев помог ДЕМОСу получить в аренду здание на Овчинниковской набережной. «Тогда это был бомжатник, но из окон 2-го этажа был виден Кремль», — вспоминают «основоположники» интернета.
«Звездный час» советского интернета наступил в августе 1991 года. «С началом путча были отсечены все традиционные каналы передачи информации, — вспоминает Сергей Рыжков. — И из ДЕМОСа на весь мир шли репортажи о ситуации в Москве, о движениях танков, демонстрациях защитников Белого дома». Валерий Бардин говорит, что они в те дни лично подключали к интернету информационные агентства: РИА «Новости», «Интерфакс» и московскую мэрию. «В нашу ленту рассылки мы сунули сообщения информагентств, — рассказывает он. — И местные власти по стране с задержкой всего на час получали сводки у провайдеров, в результате чего быстро поняли, что, помимо движений техники, у ГКЧП ничего за душой и нет». Давыдов писал в сетевых воспоминаниях, как директор Библиотеки Конгресса США пытался «выцыганить» у программистов копии той августовской переписки, около 50 тыс. сообщений по электронной почте, но не добился успеха. «Как ни странно, 8-е управление КГБ (оно занималось системами коммуникации и шифрами — сейчас входит в ФАПСИ. — The New Times) тогда не блокировало сеть «Релком», — удивлялся Давыдов. — Участники событий вспоминают, что из «восьмерки» звонили, чего-то хотели, но жестких мер так и не приняли». Схему вновь повторили и во время событий 1993 года.
Зона .RU
Страна — СССР — исчезла, а домен остался. Когда в США устанавливали домены высших уровней, за Украиной и Белоруссией закрепили зоны .UA и .BU, а за Россией — .RU, вдобавок к .SU. Тогда, на первом этапе, «Релком» и ДЕМОС обладали самой массовой сетью в России. Однако с 1990-го по 1994-й, когда в мировой сети появилась зона .RU, были и другие: ВНИИПАС, «Совам Телепорт», «Спринт», «Гласнет», РосНИИРОС, RELARN, FREENET, Fidonet. Им помогали инвесторы из европейских и американских организаций (например, западную часть трафика сети ДЕМОС «Релком» оплачивало представительство Фонда Карнеги), а также госструктур России (того же Минсвязи), и самое важное — имели свои каналы связи с миром. Наиболее распространенной схемой соединения с мировым веб-пространством были наземные каналы через Северную Европу к американским серверам. РосНИИРОС–RELARN (бесплатная сеть «релкомовцев»), например, выросла из понимания того, что вузы, работающие в сети «Релком», не должны платить за коммуникацию. Fidonet, созданный в США в 1984-м, пришел в Россию в 1990-м и был наиболее популярной и недорогой сетью (только оплата телефонных переговоров).
В 1992 году, вспоминает Рыжков, «Релком» установил первый онлайн-канал (аналогичный современному) до Таллина, а оттуда был уже цифровой канал в Хельсинки — так и соединялся российский интернет с Европой. «Помню, первое время за использование канала надо было платить 20 тыс. рублей в год — их и платили организации, первоначально подключенные к сети», — говорит он. «Жигули» тогда стоили 45 тыс. руб. ДЕМОС занимался и первым подключением частных пользователей: им надо было приобрести IBM PC, лично в руки получить на Овчинниковской набережной логин и пароль, а затем установить MS-DOS, после чего можно было отправлять и получать электронную почту, которая тогда оплачивалась пользователями «помегабайтно». Уже 7 апреля 1994 года домен верхнего уровня .RU был официально зарегистрирован в InterNIC. И мир WWW «увидел» Россию.
_______________
1 Cristopher Andrew, Oleg Gordievsky, KGB: The Inside Story, 1990.
От рождества Рунета • New Times • RIMA — Russian Independent Media Archive
