Старый «Порш» оставил след

Верховный и Высший арбитражный суды огорчили обладателей торговых марок

Высшие судебные инстанции страны не стали добивать «серых» импортеров. Пленумы Верховного и Высшего арбитражного судов приняли вчера совместное постановление, разъясняющее нижестоящим инстанциям, каким именно образом следует применять положения 4-й части Гражданского кодекса -- последнего из вступивших в силу разделов этого основополагающего документа, который регулирует вопросы интеллектуальной собственности и использования товарных знаков. Как сообщили «Времени новостей» в пресс-службе ВАС, судьи-арбитражники утвердили 89 из 90 пунктов этого объемного документа: было решено исключить из окончательного текста пункт 63, имеющий отношение к проблеме так называемого «параллельного импорта». Под это определение попадают, например, «серые» импортеры -- фирмы, ввозящие товар на законных основаниях, но без согласия компании-производителя (или любого другого держателя данной торговой марки) и официального дилера этого товара.

Напомним, что в начале февраля президиум ВАС вынес постановление по спору, получившему широкий резонанс: речь шла о тяжбе между столичной фирмой «Генезис» и центральной акцизной таможней по поводу подержанного автомобиля Porsche Cayenne, конфискованного таможенниками по запросу компании «Порш Руссланд» -- официального представителя автоконцерна. Высший арбитражный суд отклонил претензии таможни -- из его заключения следовало, что высшая инстанция не считает «серый» импорт ввозом контрафактной продукции и нарушением исключительных привилегий правообладателя.

Как и ожидалось, решение по конкретному делу сказалось на обсуждении проекта постановления о применении 4-й части ГК. Горячие дискуссии вспыхнули вокруг вышеупомянутого пункта 63, в котором в числе прочего предполагалось прописать: «Если соответствующий товар ввозится не для личных, семейных, домашних и иных не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности нужд граждан или не для собственных нужд юридического лица или индивидуального предпринимателя, а согласие правообладателя, чей товарный знак охраняется на территории РФ, на использование товарного знака этим способом отсутствует, то такие действия являются самостоятельным нарушением исключительного права на товарный знак». Проще говоря, если юридическое лицо ввозит тот же автомобиль с целью продажи, но не заручилось согласием официального держателя торговой марки на ввоз машины в Россию, то такой импортер приравнивается к нарушителям права на товарные знаки.

Накануне в Высший арбитражный суд поступило обращение Союза автомобилистов России -- владельцы машин просили судей исключить этот пункт из документа, принимаемого ВАС и Верховным судом, или хотя бы не утверждать его в нынешней редакции. Отвечая на критику проекта постановления высших судов, председатель ВАС Антон Иванов подчеркнул, что проблема коренится в нормах самого Гражданского кодекса -- в частности, в ст. 1487 ГК. Верховный суд, со своей стороны, предложил дать рекомендацию законодателям -- подкорректировать нормы Гражданского кодекса, которые могли бы создать проблемы для «параллельных импортеров». «В результате обсуждения было решено исключить 63-й пункт из проекта постановления и вместо этого принять отдельное постановление по затронутым в нем вопросам», -- разъяснили «Времени новостей» в пресс-службе ВАС. В этом отдельном постановлении по идее должно быть учтено решение, вынесенное Высшим арбитражным судом по «делу о старом Porsche».

В целом же, как заметил в беседе с корреспондентом «Времени новостей» советник управления анализа и обобщения судебной практики ВАС Владимир Корнеев, принятый проект постановления призван стать ответом на множество вопросов, поступивших из судов общей юрисдикции и арбитражных судов. «Конечно, для судов в первую очередь интересны процессуальные вопросы, -- подчеркнул г-н Корнеев. -- Поэтому в постановлении содержится большое количество моментов, касающихся ведения процесса: разграничения подведомственности, порядка рассмотрения споров в зависимости от времени совершения нарушения, а также соотношения судебной и внесудебной защиты прав». Например, в постановлении говорится: споры о том, кто является автором произведения или другого «результата интеллектуальной деятельности», подведомственны судам общей юрисдикции «как не связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности».

Что же касается материально-правовых вопросов, т.е. собственно вопросов применения статей 4-й части ГК, то и в данном случае было дано большое количество принципиальных разъяснений, пояснил представитель ВАС. Пожалуй, самым значимым для судов явился п. 43 постановления, в котором впервые Высший арбитражный и Верховный суды дают определенные ориентиры судьям, каким образом и исходя из каких обстоятельств производить расчет компенсации за нарушение интеллектуальных прав.

По словам г-на Корнеева, достаточно интересным с точки зрения правоприменителя является и вопрос о вине нарушителей. «Отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав», -- говорится в п. 23 постановления. В данном случае, если гражданин, не являющийся предпринимателем, неумышленно нарушил чье-то интеллектуальное право, действует своего рода «презумпция виновности» -- нарушитель должен сам доказать, что вина в его действиях отсутствует.

Михаил МОШКИН