Original Material
Европейский нестандарт
Молдавская деревня на обочине избирательной кампании
Без перемен. Молдова выбрала новый парламент, которому теперь предстоит избрать нового президента страны. Социальные лозунги принесли победу коммунистам, пообещавшим построить страну евростандартов. Как на самом деле живет европейская молдавская провинция — выяснял The New Times
Тарелка фасоли В Скиноасе нет продуктового магазина, жителям приходится ходить за продуктами пешком в соседнее село, расположенное в трех километрах. Хотя «продукты» — громко сказано. Покупают, как правило, только хлеб, на большее не хватает денег. Работы в селе нет. «Как кормлю семью? Хожу в соседние деревни — кому дрова рублю, кому сорняки вырываю. Дают за это или тарелку фасоли, или тарелку муки, — говорит Михай. — Было бы на чем ездить в Калараш (районный центр), может, могли бы там зарабатывать. Но у меня даже нормальной одежды нет, чтобы устроиться на работу. Когда куда-то иду, приходится просить одежду у двоюродного брата».
У соседки Михая Зинаиды Крэчун шестеро детей. Недавно она вернулась из Воронежа, куда ездила на заработки. За шесть месяцев работы ей дали денег только на обратный билет. «У нас многие пытались ездить в Россию на заработки, но там почти всех кидают, — объясняет Зинаида. — Работаешь несколько месяцев, а тебе ничего не платят в результате».
Бабушкины $8 Вся семья Валентины Ворникой пытается прожить на пенсию бабушки, которая вот уже несколько лет прикована к постели. Бабушка, Валентина с мужем и двое их детей живут на 79 лей в месяц (это меньше $8) — такую пенсию получает больная старушка. «На эти деньги я стараюсь оплачивать свет и покупаю подсолнечное масло — на большее не хватает», — рассказывает Валентина.
Пенсионерка Палагия Чобу в свои 72 года передвигается с трудом. Ходить в соседнее село она уже давно не может. Все, что остается от ее пенсии 78 лей после оплаты за свет, уходит на хлеб и картошку — и так круглый год.
Осадок Главной проблемой жителей Скиноасы остается питьевая вода. В селе всего три колодца, и все они загрязнены. «Если успеваешь рано утром набрать ведро чистой воды, значит, повезло. Чуть позже днем там уже одна грязь будет, — рассказывает Алла Ворничой. — Мы живем в верхней части села, и, когда приходим, чистой воды уже нет. Приходится ходить за километр от села и набирать воду во рву. Там нет ни колодца, ничего, просто болото, но ничего другого не остается — пьем воду с осадком».
Детство Детского садика в Скиноасе не было никогда. Начальная школа — только до четвертого класса. Учительница Сильвия Куркодел каждый день приходит пешком из соседнего села Цибирика. В школе, расположенной в доме одной из жительниц села, преподает только она. За один день приходится вести уроки во всех четырех классах: до часу дня — во втором и четвертом классах, после — в первом и третьем. После окончания начальной школы дети могут продолжить учебу в соседнем селе, до которого несколько километров. «Никуда они дальше не идут, ездить в школу не на чем, одежды, в которой они могли бы ходить в школу, тоже нет, — объясняет Борис Козма, отец двоих детей. — Вот и вырастают дети тупыми. Половина села не может читать, считать или расписываться». Лена бросила учебу после того, как ее в школе сильно избили — головой о парту. После этого она ходить в школу побоялась, вот и не научилась читать и писать к своим 15 годам.
Глава Каларашского района Илие Рэу утверждает, что партия власти — коммунисты — в селе Скиноаса бывают, но при этом оговорился, что во время предвыборной кампании особого интереса село для них не представляло. То ли потому, что оно небольшое, то ли потому, что говорить о евростандартах и многократном увеличении пенсий (один из предвыборных лозунгов Партии коммунистов) в селе, где пенсионеры по-прежнему получают $8, неудобно.