Мечта о гармонии

Китай устал от классовой борьбы

Завтра исполняется двадцать лет со времени драматических событий 4 июня 1989 года на пекинской площади Тяньаньмэнь. За эти годы китайское общество обрело новое лицо и заговорило новым языком. Одним из главных стал новый термин «гармония», который появился в начале нынешнего века. Речь идет о двух лозунгах: строительстве «общества гармонии» в Китае и утверждении «всемирной гармонии» на планете. Эти идеи появились после прихода к власти в 2002 году нынешнего генсека ЦК КПК Ху Цзиньтао и премьера Вэнь Цзябао.

Почему гармония? После четверти века правления Мао Цзэдуна, ушедшего из жизни в 1976 году, в Китае созрело всеобщее желание прекратить классовую борьбу, остановить массовые политические и идеологические кампании, открыть путь к согласованию интересов внутри общества, чтобы шаг за шагом начать решать многочисленные трудные проблемы. Ощущение необходимости достижения гармонии или идеального мира есть у большинства китайцев. Но у них нет единого понимания содержания гармонии и пути к ней.

В наши дни в Китае есть силы, активно выступающие от имени молодежи. Они называют себя «воинами-националистами» и «фанатами военной мощи» Китая. Объединившись, в марте 2009 года они выпустили сборник статей «Китай недоволен». Эти люди недовольны китайским чиновничеством, которое разложилось, оторвалось от народа и «обобрало» народ. Они полагают, что власти за два десятилетия превратили Китай в подсобное предприятие обрабатывающей промышленности Запада, позволив США обрести рычаги финансового контроля над КНР. Эти люди упрекают власти за то, что они не развивают ракетно-ядерный потенциал до уровня, на котором США уже не смогли бы сдержать его применение Китаем. Они недовольны тем, что власти терпят внутри страны «национальных предателей», американскую «пятую колонну».

Националисты призывают Китай вступить в торговую войну с Западом: «Активно заниматься конкуренцией в области экономики и торговли, крепко держа свой меч в руках». Они требуют от государства обеспечить поступление в страну необходимого количества природных ресурсов и полагают, что нужнее всего «не голый марксизм и не демократия, а защита интересов нации в целом».

Эти силы предлагают задуматься о том, как придется поступить Китаю, если всемирное «гармоничное сосуществование» окажется невозможным. Они заявляют: «Мы должны экономически управлять и политически направлять. Мы должны руководить этим миром. Люди Запада должны стоять вторыми в очереди. Надо добиваться того, чтобы Китай сел на место самого старшего и смог руководить всем этим миром. И только тогда мы наведем в мире наилучший порядок». Они утверждают, что китайцы «хотят быть сильнее других». Сторонники национализма требуют «со всей решительностью готовиться воевать», при этом китайская армия должна «следовать за главными интересами нации» и «накрывать» те районы, которые входят в зону интересов Китая.

Однако в Китае есть и другие взгляды. В декабре 2008 года в Интернете появилась «Хартия 08», в которой демократические настроенные китайские интеллигенты изложили свои предложения. Они добиваются того, чтобы высшим законом Китая стала новая конституция. Они требуют осуществления принципа разделения властей и зашиты судебной системы от вмешательства партии, создания конституционного суда. Среди их целей вывод армии из-под власти партии, отмена наказания «трудовым перевоспитанием», введение свободы слова, создание политических партий. Они хотят, чтобы люди получили гарантированное право собственности на землю. Демократы считают возможным создание в Китае федеративной республики и решение вопроса об отношениях с Тайванем исключительно мирными методами. Они намерены восстановить доброе имя всех людей, пострадавших от политических кампаний.

Националистические и либеральные крайности не отражают позицию господствующего течения в современной китайской мысли. О взглядах поколений, переживших десятилетия правления Мао Цзэдуна, дает представление недавняя публикация 91-летнего Цзэн Яньсю, возглавлявшего в прошлом главное в КНР Народное издательство. Его статья увидела свет в апрельском номере журнала «Яньхуан чуньцю» («Весны и осени древних правителей»), отражающем точку зрения старых партийных кадров.

Цзэн Яньсю отмечает, что многие китайцы оказались не готовы воспринять новые лозунги, ведь в недавнем прошлом упоминание о гармонии считалось выступлением против марксизма, идей Мао Цзэдуна и самой революции. Мао учил китайцев быть воинственными и готовыми к мировой революции. И вот теперь выдвижение в Китае лозунгов национальной и всемирной гармонии покончило с ориентацией на главенство классовой борьбы.

Цзэн полагает, что Маркс и Энгельс вовсе не мечтали построить общество, в котором царят классовая борьба, взаимное уничтожение, доносительство и засилье спецслужб. Ныне часть старых китайских коммунистов думает, что прежние шаги в сторону диктатуры не отвечали духу марксизма, ведь Маркс к диктатуре не стремился. Но при этом в КНР есть теоретики, которые утверждают, что сегодняшние установки правильны, но и прошлая борьба была неизбежна и все нынешние достижения стали возможными лишь благодаря десятилетиям кровавой и жестокой борьбы.

В 2007 году в «Яньхуан чуньцю» была опубликована вызвавшая широкую дискуссию статья о европейской социал-демократии, ее написал бывший проректор Народного университета Китая Се Тао (тогда ему было 85 лет). Теперь в Китае, по сути, признают правоту социал-демократии, поняв, что социал-демократы Северной Европы не враги и у них многому можно научиться. Цзэн Яньсю разделяет эти идеи, заявляя, что единственно правильным для Китая является путь постепенного усовершенствования. Стране с населением в почти полтора миллиарда не нужны нескончаемые потрясения, устраиваемые сверху властями. Лозунги гармонии служат гарантией от возвращения в политическое прошлое, и хотя в КНР остались сторонники продолжения классовой борьбы, «общество гармонии» должно ослаблять и устранять социальные противоречия, а не усиливать их.

Цзэн Яньсю полагает, что осуществление этого лозунга неразрывно связано с введением демократических состязательных выборов и народного контроля над чиновниками. У людей должны быть еда и одежда, книги и жилище, гарантии получения медицинской помощи и образования. «Тогда никто и не подумает вставать на путь классовой борьбы. Он не допустит, чтобы его использовали, не будет с утра до вечера бороться против кого-то или оказываться в положении человека, против которого эта борьба ведется. Если все будут накормлены, одеты и обеспечены, то что еще нужно? За что еще бороться? Что еще свергать?»

Старый коммунист заключил, что появление официальных лозунгов гармонии внушает надежду, что китайцы больше не будут истреблять друг друга: «Еще пять лет тому назад я не хотел закрывать глаза. Я не хочу умирать, когда существует опасность господства силы. Теперь я умру спокойнее -- только бы не было поворота вспять».

Выступления китайской молодежи на площади Тяньаньмэнь начались в апреле 1989 года после смерти опального генсека ЦК КПК Ху Яобана, которого отправили в отставку в 1987 году за потворство либералам. В день его похорон десятки тысяч студентов собрались на Тяньаньмэнь, начались демонстрации с требованиями демократии и реформ. Поначалу власти смотрели на происходящее без опасений, звучали сочувственные оценки требований молодежи по борьбе с коррупцией и развитию демократии. 4 мая генсек ЦК КПК Чжао Цзыян самонадеянно заявил, что «большого беспорядка не будет» и демонстранты всего лишь требуют от власти исправления допущенных ошибок.

13 мая студенты на площади начали голодовку, радикальные студенческие вожди заговорили с властью на языке ультиматумов. 17 мая дома у тогдашнего китайского лидера Дэн Сяопина состоялось заседание постоянного комитета политбюро, на котором было принято решение о введении в Пекине военного положения. 20 мая армия попыталась войти в столицу, но ее остановили манифестанты, построившие на улицах баррикады. Напряженное противостояние переросло в кровопролитие вечером 3 июня, когла войска начали пробиваться к центру столицы. По официальным данным, в ночь на 4 июня были ранены 5 тыс. военных и 2 тыс. гражданских лиц, погибли примерно 300 человек, из них около 100 военных и полицейских, 36 студентов. Неофициальные оценки числа жертв среди мирного населения составляют 1--1,5 тыс. человек. Драма завершилась в 5 часов 30 минут 4 июня, когда несколько тысяч демонстрантов покинули окруженную войсками площадь Тяньаньмэнь.

Юрий ГАЛЕНОВИЧ, профессор, китаевед