Кризис под шампанское

Санкт-петербургский экономический форум завершает политический сезон

Раньше этот невидимый занавес опускался, когда на каникулы уходила Государственная дума. Теперь календарь того, что когда-то было российским парламентом, никого не интересует. На всех площадках солирует исполнительная власть. И никто кроме нее.

Петербургский форум в «президентском» формате проводится в четвертый раз. За это время сложилась традиция демонстрировать на нем безудержный оптимизм. Первые лица государства, выступая в Петербурге, в предыдущие годы обещали: что в обозримом будущем Россия войдет в пятерку ведущих экономик мира, что доходы граждан достигнут $30 тыс. в год, что наша страна выйдет в мировые лидеры по ряду высокотехнологичных отраслей.

Критические мнения о перспективах отечественной экономики звучали на форуме редко. Потому так запомнилась многим прошлогодняя речь первого вице-премьера Игоря Шувалова, который позволил себе рассуждения не о достижениях, а о проблемах. Но и он, да и никто не смог предсказать того кризиса, который разразился в стране спустя буквально три месяца.

Казалось бы, форум-2009 — идеальная площадка для того, чтобы отойти от риторики безудержного оптимизма и поставить в центр обсуждения реальные проблемы, вызванные кризисом. Но ничуть не бывало: речи первых лиц, Медведева и Путина, показали, что завету «у российских собственная гордость» они верны в любых условиях, даже когда промышленность катится вниз, а банки корежит от растущих долгов.

Весь негатив, который содержался в речи президента, был направлен на международных партнеров (прежде всего США), которые «недоглядели». Президент повторил известные тезисы: мировую финансовую архитектуру нужно менять, центров ответственности должно быть несколько. Плюс к этому были в очередной раз подняты «ключевые» для нынешней российской элиты вопросы о том, что надо менять правила энергетической игры в мире — с тем чтобы больше учитывать интересы поставщиков, что надо расширять набор мировых резервных валют (имея в виду включение в их число и рубля), наконец, превращение России в мировой финансовый центр («Эту задачу никто не снимал»). При этом Медведев сумел ни слова не сказать ни о промышленном спаде, ни о падении ВВП, ни о растущем дефиците бюджета — дырка как-никак в 30%, ни о безработице, ни о бедственном положении моногородов. А о высокой инфляции упомянул, лишь отвечая на вопрос ведущей Марии Бартиромо из CNBC. Зато президент несколько раз повторил слова о том, что «за последние месяцы мы стабилизировали ситуацию в финансовой сфере» и что «мы прошли кризисные месяцы по наименее болезненному сценарию». И хотя в начале своей речи президент, характеризуя ситуацию, заявил, что «шампанское открывать рано», по ее окончании вполне уместно было бы «выстрелить» пробкой. Ну уж в Пикалево-то точно пили — хотя и не шампанское — после того, как туда по дороге на форум заехал премьер Путин и одним махом разрешил все проблемы: рабочим на карточки перевели долги по зарплатам, горячую воду обещали включить, а собственникам, видимо, таки удастся сбагрить свои обремененные долгами цементные активы государству.

Как говорится, генерал сказал, лейтенанты подхватили. Из трех десятков «круглых столов», запланированных на форуме, только 3–4 посвящены собственно кризису. Остальные — о жизни после: «Посткризисная финансовая архитектура», «Обучение будущих лидеров», «Будущее платежных систем», «Будущее резервных валют» и т.п. В общем, дело за малым: как-то выйти из кризиса, а там заживем... Между тем в речи Медведева были вполне разумные слова: «Если мы будем просто переживать кризис, то потеряем годы и в конце концов окажемся перед лицом нового кризиса, более драматичного». Вот только развития этот тезис в речи не получил.