Original Material
Рамзан Кадыров: "Я служу народу"
Президент Чеченской республики Рамзан Кадыров дал эксклюзивное интервью Радио Свобода. С Рамзаном Кадыровым в его резиденции в Чечне побеседовали журналисты Радио Свобода Данила Гальперович, ведущий программы "Лицом к лицу", Олег Кусов, специалист по Кавказу, автор многих программ по кавказской тематике, а также сотрудник радиостанции "Свободная Европа" Грегори Файфер.
Данила Гальперович: Господин Кадыров, вы находитесь на посту президента Чеченской республики уже два с половиной года, это – большой срок. Мы сегодня проехали по Грозному, и для многих, кто бывал в этом городе раньше, в середине 90-х или в начале 2000-х, эта поездка, что называется, производит впечатление. Расскажите, пожалуйста, о вашей программе восстановления республики. Сколько это займет времени и сколько на это потребуется денег?
Рамзан Кадыров: Ну, у меня программы нет, программа еще при жизни моего отца, нашего первого президента, была разработана. Мы полностью выполняем все, что наметил наш первый президент, все его программы реализуем сегодня, доводим до логического конца. На сегодняшний день очень сложно сказать даже самому сильному экономисту и финансисту, сколько потребуется денег и как это будет выглядеть. Но я одно знаю, что мы Чеченскую республику полностью восстановим и будут у нас полностью решены все социальные вопросы, будут созданы рабочие места. Чечня будет самым процветающим регионом Российской Федерации.
Данила Гальперович: Какие вы можете назвать три самые важные ближайшие вещи, которые вы хотите построить здесь?
Рамзан Кадыров: Я хочу построить сильную безопасность, чтобы никто никогда законов не нарушал. И хочу определить направление жизни общества нашей республики, чтобы она никогда не поддавалась на провокации. И обеспечить население, чтобы люди получали удовольствие от жизни. Если мы будем перечислять, это будет часами, сутками можно сидеть. Самая для меня главная задача – все намеченные планы моего отца, нашего первого президента, и Владимир Владимировича Путина, нашего национального лидера, довести до логического конца. Чтобы народ знал, что эти два сильных человека желали гражданам России - и чеченцам - мира, стабильности и процветания.
Грегори Файфер: Господин президент, скажите, а почему именно вы приспособлены больше других чеченцев для того, чтобы принести в республику стабильность и процветание?
Рамзан Кадыров: Я в команде, я член команды. У нас мощная команда, команда первого президента Чеченской республики. Я – слуга народа, я служу народу, стараюсь правильно, правдиво служить. У нас есть команда, и команда направляет, команда определяет, команда разрабатывает и реализует все программы и проекты.
Олег Кусов: Рамзан Ахмадович, через два с половиной года заканчивается ваш первый президентский срок. В вашем понимании, президент северокавказской республики – это наместник центра или же это, скажем так, человек народа?
Рамзан Кадыров: Вот я человек из народа, я патриот своего народа, я за свой народ жизнь отдам. Потому что род Кадыровых доказал, что они отдают жизнь за народ, за государство. И мой отец отдал жизнь именно за народ, в первую очередь. И на сегодняшней день я народный президент, но я служу и я чиновник Российской Федерации. Кремль определяет будущее Российской Федерации, он идет в правильном направлении, и я подчиняюсь, я полностью выполняю все намеченные программы. Мы служим и стараемся, чтобы больше получить от этого удовольствия для нашего народа. Ставленник, не ставленник… Если президент страны предлагает, парламент утверждает, я – чей человек?
Данила Гальперович: Какое сейчас, по-вашему, религиозное настроение в Чечне? Это глубоко религиозное общество? Это общество, которое только познает свое отношение к религии? Насколько, скажем, законы той религии, которую исповедуете вы и ваши соотечественники, совместимы с законами России?
Рамзан Кадыров: У нас абсолютно действуют, на все 100 процентов, законы Российской Федерации, Конституция Российской Федерации и Конституции Чеченской республики. Это выбор нашего народа, от этого никто не имеет права отходить. Мы здесь все должны железно, это наш святой долг – соблюдать Конституцию и законы Российской Федерации. И на сегодняшний день у нас есть наш традиционный ислам, который оставили нам наши пророки. И сегодня мы строим политику, не нарушая законы Российской Федерации. Это нам абсолютно не мешает, мы строим и мечети, и открываем святые места.
Данила Гальперович: То есть одно другому не противоречит?
Рамзан Кадыров: Абсолютно не мешает. Мы строим церкви, помогаем христианам. В Чеченской республике полностью в этом направлении - демократия, свобода слова и вероисповедания. Мы никому не мешаем. У нас любой человек может принять любую религию, может служить, и это не мешает.
Грегори Файфер: Для многих на Западе Чечня имеет образ "Дикого Запада". Распространяется такое мнение, что здесь зона насилия. Как вы объясняете это, почему так случилось?
Рамзан Кадыров: У нас в Чечне, а Чечня – это часть территории Российской Федерации, абсолютно соблюдаются все законы Российской Федерации. Кто-то говорит, что мы нарушаем права человека, - да, действительно, бывают моменты, это везде бывает, но если кто нарушил, будь то милиционер или он работает в спецслужбах, этого человека мы выявляем и наказываем. Это послевоенная республика. Здесь были представители 51 государства, и это были люди, подготовленные против суверенного государства России. У них была задача – развалить Российскую Федерацию. Чечня, религия, ислам – ничем таким у них и не пахло. Поэтому Запад, который строил эту политику, который хотел через Чеченскую республику развалить суверенное государство Россию, обвиняет сегодняшнюю власть Чеченской республики.
Они знают, что сегодня мы будем защищать целостность России, и через Кавказ ни у одного руководителя государства, ни у одного государства не получится поссорить с Россией. Мы будем защищать Россию! Мы обязаны защищать Россию! Я это даже слушать не хочу! У них своя политика, у нас своя политика. Пусть они занимаются своей политикой, а мы своей. Они нападают, мы защищаем. Будет время – мы будем нападать тоже. Поэтому шутить с Российской Федерацией мы никому не позволим. Это рубеж России – Кавказ, кавказцы, мы.
Данила Гальперович: Господин президент, вы затронули очень серьезную тему – об имидже, по-вашему - неверном имидже Чечни в глазах Запада. Тем не менее, многие международные правозащитные организации говорят об очень существенной вещи – о том, что в Чечне, по их мнению, безнаказанно нарушаются права людей. И они считают – это и "Хьюман Райтс Вотч", и "Эмнести Интернэшнл" – что очень многие правонарушения происходят именно от сотрудников правоохранительных органов, людей из власти, то есть ваших подчиненных. Как вы к этому относитесь?
Рамзан Кадыров: В первую очередь, хочу сказать, что у нас силовые структуры не подчиняются президенту, министр внутренних дел, как и я, назначен президентом Российской Федерации. Начальник прокуратуры по Чеченской республике, весь наркоконтроль, все-все структуры по Чеченской республике – они президенту не подчиняются. Я как гарант Конституции стараюсь, чтобы они служили правильно, правдиво. Вот читаешь всякие там доклады про продажных людей, которые сидят здесь и делают деньги, и у них чести, достоинства, совести – ничего нет... Пусть приезжают и выявляют, пусть помогают находить и наказывать по закону этих людей. Да, мы не ангелы, везде нарушают правоохранительные органы. А где не нарушают?
Нас убивают, моего отца убили, я потерял тысячи людей своих, я потерял всех своих родственников, одноклассников, друзей, товарищей! Никто не говорит, что Кадыров их потерял, а у Кадырова есть права человека. Все молчат, ничего не говорят. Когда террористы взрывают людей прямо в центре Грозного, милиционеров убивают, детей убивают, женщин убивают – правозащитники про них ничего не говорят! Как будто мы не люди, у нас нет своих прав. Представьте, Кадыров потерял все! Почему они не защищают мои права?
Значит, если где-то что-то бывает в Чечне, если кто-то что-то сделал неправильно, нарушил закон или совершил преступление – видимо, это Кадыров. Вот в других регионах нарушают, убивают, взрывают – их губернатора и не вспоминают. У них те же самые полномочия, как и у меня. Каждый журналист, я считаю, хочет делать себя в политике через Кадырова. Вот называют фамилию Кадыров – всем она известна по нехорошим событиям в Чеченской республике. Через Кадырова делают политику – я считаю так!
Пусть компетентные органы разбираются, прокуратура, Следственный комитет, МВД, ФСБ. Пусть разбираются и наказывают. При чем тут Кадыров? Я же не судья, не следствие, не адвокат. Я президент, и я стараюсь быть для всех одинаковым.
Грегори Файфер: Господин президент, я хотел вас спросить насчет Натальи Эстемировой. Вы сказали, что будете гарантировать объективное следствие, но в то же время ее коллеги обвиняют вас в ее убийстве. Почему не назначить или не приветствовать независимого человека, чтобы доказать, что действительно будет объективное расследование?
Рамзан Кадыров: Если у нас существует закон, почему мы должны привлекать людей извне? А что - в Российской Федерации хуже, чем в других государствах, прокуратура и Следственный комитет работают? У нас ведется следствие по полной программе. И каждый, кто меня обвинил, вот, скажем, Орлов Олег - этот человек как правозащитник нарушил мои права. Он, наоборот, должен был защищать меня в первую очередь, как человека.
Я говорю: если Кадыров виноват, если люди Кадырова виноваты, пусть докажут. Зачем Кадырову убивать женщину, которая никому не нужна? У нее чести, достоинства, совести не было никогда, и все равно я ее назначил председателем Совета. И я старался, я говорил: "Давай объективно будем подходить, решать вопросы". Ей это не нравилось. Она не ходит на совещания, не говорит, она всякую чушь, ерунду несет. Я ее пригласил и говорю: "Ты женщина. Мы стараемся хоть что-то сделать для народа. Но если у нас не получается, не обвиняй нас. Если есть выход из положения, я вам дам бюджет полностью. Бюджет республиканский, бюджет городской посмотри. Выбери сама там лучшее положение, чем сегодняшнее". – "Да, я понимаю, понимаю, понимаю…" Я тогда распустил этот Совет. И в чем моя вина, что убили Эстемирову? Пусть расследуют компетентные органы, и если Кадыров виноват, если виноваты люди, пусть накажут, сажают их.
Данила Гальперович: Правильно ли я понимаю, что вы хотели бы, например, чтобы Юнус-Бек Евкуров вернулся живой и здоровый?
Рамзан Кадыров: Конечно! Это мой друг, товарищ. Он очень мужественный парень, он очень решительный мужик. И он обязательно вернется, он обязательно будет служить ингушскому народу. У меня очень близкие, дружеские, товарищеские, братские отношения с Юнус-Беком Евкуровым. С первых дней после теракта наши старейшины молятся за него. Мы просим здоровья Юнус-Беку Евкурову. И мы задуманные все наши планы с Юнус-Беком Евкуровым доводим до конца. Мы уничтожаем бандитов и террористов, спецоперация продолжается и будет продолжаться.
Данила Гальперович: Насколько известно, операциями руководит Адам Делимханов – все-таки депутат Госдумы, человек не военный, он не обладает возможностью приказывать. В каком, что называется, статусе он руководит?
Рамзан Кадыров: Он советник президента Чеченской республики. И я не имею права командовать, там командуют командиры спецподразделений, которые непосредственно там присутствуют. Он полностью курирует операции, он работает с обществом. У нас есть очень хороший инструмент управленческой власти – это тейпы наши, уважаемые люди, он с ними работает. Он с дагестанским, ингушским министром внутренних дел, руководителем Совбеза находит общий язык, если где-то надо быстро решать вопросы. А командуют… если чеченская милиция – там чеченский министр командует, если ингушская милиция – ингушский министр.
Данила Гальперович: То есть, он не отдает приказы?
Рамзан Кадыров: Нет, конечно! Он не имеет права отдавать приказы. И я не имею права отдавать приказы. У нас есть штаб, вот туда он входит, и как депутат, как советник президента, как уважаемый человек на Кавказе, он весь авторитет использует. Он поднимает дух бойцам и дает дорогу верности и служения государству, Российской Федерации.
Грегори Файфер: Господин президент, каким вы видите будущее Северного Кавказа, вашу роль в будущем Чечни и Северного Кавказа? И нужна ли реструктуризация федеральной территории?
Рамзан Кадыров: Кому это надо? Вот у нас есть Кавказ, на Кавказе есть регионы, есть Чеченская республика, есть Дагестан, есть
Данила Гальперович: Есть разные сведения о том, когда же вы все-таки взяли в руки оружие. Я помню интервью, где говорится, что первый раз все-таки это было в 17 лет, это была первая чеченская война, и вы вместе с многими другими участвовали в ней, естественно, против федеральных сил?
Рамзан Кадыров: Я никогда не был против Российской Федерации, я был с народом. Тогда народ против был, и это заставили те политики - Ельцин, Березовский и тому подобные, они хотели развалить Российскую Федерацию, как развалили Советский Союз. Можно было с Дудаевым договориться, они выпили по 100 граммов и сказали бы: "Давай разойдемся". Тогда наш народ полностью был против именно Российской Федерации. Потому что на нас отправляют танки, их благословляют, как будто они идут против фашистов воевать, а мы все это видели и это все терпели. И это заставляло нас быть против России.
Когда сильные стратеги появились именно в политике Российской Федерации, наш народ понял: да, действительно, нам сейчас можно хоть чем-то быть полезными для России. Можно будет найти пощаду и прощение и можно найти примирение с народом Российской Федерации. И доказать всему российскому обществу, что чеченский народ не виноват в этом. И абсолютно никогда не было у нас идеи воевать против Российской Федерации. Нас заставили, привели в тупик, сделали так, чтобы чеченский народ стал против Российской Федерации. И потом, когда это все поняли, благодаря мудрой политике тогдашнего президента Владимира Владимировича Путина и нашего первого президента Ахмад-хаджи Кадырова, мы доказали, что мы – патриоты России. Мы с БТРами, танками, с военными, со спецслужбами встали на защиту Российской Федерации. Благодаря чеченцам, сократилось количество трупов, которые отправляли из Чеченской республики в регионы Российской Федерации.
Даже словами не передать, какое это горе, страдания у нас, оскорбления, унижения со всех сторон. Все журналисты были направлены на то, чтобы показать образ чеченца как бандита, террориста. Чеченец – бандит, террорист, и все. Бизнесмена давили, хорошего давили, плохого давили, давили, давили, давили… Вот сейчас весь мир видит, что самые достойные, самые лучшие воины, которые обязаны защищать Российскую Федерацию, - это чеченцы.
Олег Кусов: Я бы хотел затронуть тему Южной Осетии. Российско-грузинский конфликт, который произошел год назад, - вы были на стороне Российской Федерации?
Рамзан Кадыров: Конечно.
Олег Кусов: Естественно, восстанавливать территориальную целостность, как это пытался сделать Тбилиси, силовым методом – это, конечно, неправильно и не может быть поддержано нормальными людьми. Но есть такое мнение, что именно Российская Федерация таким же способом восстанавливала территориальную целостность на территории вашей республики. Как вы к этому относитесь?
Рамзан Кадыров: Даже если на сегодняшний взять момент - хорошо, что Россия не отпустила Чеченскую республику. Если бы дали
А Южная Осетия – это повод для американцев, чтобы зайти через Кавказ и забрать Кавказ, а потом диктовать свои условия. Правильно сделал федеральный центр – не пустили. И не пустим. Я буду молиться, и я буду всегда против этого. Если даже федеральный центр будет за – отдать Южную Осетию, я всегда буду против этого. Потому что Кавказ – это рубеж России. Почему мы должны отдавать Южную Осетию или Абхазию? Пусть будут суверенные государства, пусть они будут независимые государства, но для России они будут союзные государства.
Олег Кусов: Что касается Чечни, есть мнение, что Россия непропорционально применила силу на территории республики, слишком много здесь было всего...
Рамзан Кадыров: Было, конечно. Не показывали, что творилось на территории Чеченской республики, нарушали права человека, убивали, взрывали. Это все было. Но большинство воевало не против чеченцев, мы тоже должны это понять, например, Трошев Геннадий Николаевич. Вот если федеральный центр поставил задачу не нарушать, не совершать преступлений, вот если там люди, которые совершают преступления, они обязательно несут за это ответственность. Если какой-то командующий совершил преступление, пусть этого командующего, коменданта или генерала, чеченца, русского, осетина, если он совершил преступление, накажут, он должен получить по заслугам.
Грегори Файфер: Рамзан Ахмадович, многие шутят, наполовину всерьез говорят, что вы настолько успешно здесь правите, у вас столько авторитета, что, в принципе, вы самый успешный сепаратист. Как вы относитесь к этому мнению?
Рамзан Кадыров: Я самый успешный сепаратист – как это понять (смеется)?
Олег Кусов: Вы добились большего, чем добился Дудаев в свое время.
Рамзан Кадыров: (смеется) Не оскорбление это? Я добился того, что… даже не добился ничего. У нас не полностью восстановлена республика, у нас… Чего я добился? Нефть – у "Роснефти", газ – у "Газпрома", свет – у других…
Данила Гальперович: Как важно, что вы это сказали! Вы хотите, чтобы все это было в республике?
Рамзан Кадыров: Зачем это нам нужно? Зачем эти хлопоты нам нужны? Нам нужны деньги, а нефть пусть будет у "Роснефти", газ – у "Газпрома". Нам нужны деньги, чтобы восстановить, чтобы строить экономику республики. У нас разрушена республика,
Я хочу добиться большего, чем кто-либо другой, для своего народа. Я для чего руководитель? Я несу перед Всевышним, в первую очередь, ответственность за свой народ. Я должен добиваться, я должен требовать, я должен просить, чтобы люди от этого получили удовольствие. Я должен делать так, чтобы у нас не было ни одного человека на улице, чтобы все получили жилье, рабочие места, чтобы детям было где играть, где веселиться, чтобы они могли полностью получить образование, спорт, туризм развивать, культуру. Для чего я президент? Для того, чтобы делать все это. А если я требую от федерального центра, я не боюсь это сказать, если я прошу у них - что, я виноват что ли? Для чего меня назначили? Для того, чтобы строить политику в республике, мирную, процветающую.
Данила Гальперович: Вы не считаете, что в Чечне есть культ вашей личности? Много портретов, много цитат…
Рамзан Кадыров: (смеется) Вот на сегодняшний день я определяю политику, и если где-то портреты висят, то Кадыров нравится, и хорошо, что Кадыров сегодня правит. Если их будут убирать, если выбрасывать, зачеркивать – все, Кадыров не нужен. И вот я не раз снимал эти портреты, клянусь Аллахом, мне неудобно было, когда про меня что-то говорят, если мои портреты висят, самому противно это мне бывает! Зачем мне мои портреты? Мне достаточно, что авторитет есть. Зачем я буду себя рекламировать? Это люди делают.
Данила Гальперович: И последний вопрос: каково ваше отношение к Владимиру Путину и к Дмитрию Медведеву?
Рамзан Кадыров: Путин – мой кумир! Я его люблю, я его уважаю. Я за него жизнь отдам! Я жизнью обязан этому человеку. Поэтому это мое, личное. А как президент Чеченской республики напомню, что президент у нас – Дмитрий Анатольевич Медведев, сильный, мудрый, правильный политик. Если он был бы другим, его не выбрала бы команда, не поддержала бы этого человека. И Путин еще раз доказал, что он сильный человек, что он слуга своего народа. Он, не стесняясь, снизил свой пост на председателя правительства, на самом ответственном месте служит для своего народа, для государства. И мое отношение к Путину не изменить! Чтобы не подвести его, чтобы он не краснел из-за меня, я жизнь отдам.
Данила Гальперович: А вы хотите, чтобы он стал президентом снова?
Рамзан Кадыров: Очень хочу! Я хочу, чтобы он был пожизненным президентом Российской Федерации.
Полностью интервью с Рамзаном Кадыровым можно прочесть здесь.
Ваш браузер не поддерживает HTML5
Рамзан Кадыров, президент Чечни
Данила Гальперович: Господин Кадыров, вы находитесь на посту президента Чеченской республики уже два с половиной года, это – большой срок. Мы сегодня проехали по Грозному, и для многих, кто бывал в этом городе раньше, в середине 90-х или в начале 2000-х, эта поездка, что называется, производит впечатление. Расскажите, пожалуйста, о вашей программе восстановления республики. Сколько это займет времени и сколько на это потребуется денег?
Рамзан Кадыров: Ну, у меня программы нет, программа еще при жизни моего отца, нашего первого президента, была разработана. Мы полностью выполняем все, что наметил наш первый президент, все его программы реализуем сегодня, доводим до логического конца. На сегодняшний день очень сложно сказать даже самому сильному экономисту и финансисту, сколько потребуется денег и как это будет выглядеть. Но я одно знаю, что мы Чеченскую республику полностью восстановим и будут у нас полностью решены все социальные вопросы, будут созданы рабочие места. Чечня будет самым процветающим регионом Российской Федерации.
Данила Гальперович: Какие вы можете назвать три самые важные ближайшие вещи, которые вы хотите построить здесь?
Рамзан Кадыров: Я хочу построить сильную безопасность, чтобы никто никогда законов не нарушал. И хочу определить направление жизни общества нашей республики, чтобы она никогда не поддавалась на провокации. И обеспечить население, чтобы люди получали удовольствие от жизни. Если мы будем перечислять, это будет часами, сутками можно сидеть. Самая для меня главная задача – все намеченные планы моего отца, нашего первого президента, и Владимир Владимировича Путина, нашего национального лидера, довести до логического конца. Чтобы народ знал, что эти два сильных человека желали гражданам России - и чеченцам - мира, стабильности и процветания.
Грегори Файфер: Господин президент, скажите, а почему именно вы приспособлены больше других чеченцев для того, чтобы принести в республику стабильность и процветание?
Я – слуга народа, я служу народу, стараюсь правильно, правдиво служить. У нас есть команда, и команда направляет, команда определяет, команда разрабатывает и реализует все программы и проекты
Рамзан Кадыров: Я в команде, я член команды. У нас мощная команда, команда первого президента Чеченской республики. Я – слуга народа, я служу народу, стараюсь правильно, правдиво служить. У нас есть команда, и команда направляет, команда определяет, команда разрабатывает и реализует все программы и проекты.
Олег Кусов: Рамзан Ахмадович, через два с половиной года заканчивается ваш первый президентский срок. В вашем понимании, президент северокавказской республики – это наместник центра или же это, скажем так, человек народа?
Рамзан Кадыров: Вот я человек из народа, я патриот своего народа, я за свой народ жизнь отдам. Потому что род Кадыровых доказал, что они отдают жизнь за народ, за государство. И мой отец отдал жизнь именно за народ, в первую очередь. И на сегодняшней день я народный президент, но я служу и я чиновник Российской Федерации. Кремль определяет будущее Российской Федерации, он идет в правильном направлении, и я подчиняюсь, я полностью выполняю все намеченные программы. Мы служим и стараемся, чтобы больше получить от этого удовольствия для нашего народа. Ставленник, не ставленник… Если президент страны предлагает, парламент утверждает, я – чей человек?
Данила Гальперович: Какое сейчас, по-вашему, религиозное настроение в Чечне? Это глубоко религиозное общество? Это общество, которое только познает свое отношение к религии? Насколько, скажем, законы той религии, которую исповедуете вы и ваши соотечественники, совместимы с законами России?
Мы здесь все должны железно, это наш святой долг – соблюдать Конституцию и законы Российской Федерации
Рамзан Кадыров: У нас абсолютно действуют, на все 100 процентов, законы Российской Федерации, Конституция Российской Федерации и Конституции Чеченской республики. Это выбор нашего народа, от этого никто не имеет права отходить. Мы здесь все должны железно, это наш святой долг – соблюдать Конституцию и законы Российской Федерации. И на сегодняшний день у нас есть наш традиционный ислам, который оставили нам наши пророки. И сегодня мы строим политику, не нарушая законы Российской Федерации. Это нам абсолютно не мешает, мы строим и мечети, и открываем святые места.
Данила Гальперович: То есть одно другому не противоречит?
Рамзан Кадыров: Абсолютно не мешает. Мы строим церкви, помогаем христианам. В Чеченской республике полностью в этом направлении - демократия, свобода слова и вероисповедания. Мы никому не мешаем. У нас любой человек может принять любую религию, может служить, и это не мешает.
Грегори Файфер: Для многих на Западе Чечня имеет образ "Дикого Запада". Распространяется такое мнение, что здесь зона насилия. Как вы объясняете это, почему так случилось?
Рамзан Кадыров: У нас в Чечне, а Чечня – это часть территории Российской Федерации, абсолютно соблюдаются все законы Российской Федерации. Кто-то говорит, что мы нарушаем права человека, - да, действительно, бывают моменты, это везде бывает, но если кто нарушил, будь то милиционер или он работает в спецслужбах, этого человека мы выявляем и наказываем. Это послевоенная республика. Здесь были представители 51 государства, и это были люди, подготовленные против суверенного государства России. У них была задача – развалить Российскую Федерацию. Чечня, религия, ислам – ничем таким у них и не пахло. Поэтому Запад, который строил эту политику, который хотел через Чеченскую республику развалить суверенное государство Россию, обвиняет сегодняшнюю власть Чеченской республики.
Будет время – мы будем нападать тоже. Поэтому шутить с Российской Федерацией мы никому не позволим. Это рубеж России – Кавказ, кавказцы, мы
Они знают, что сегодня мы будем защищать целостность России, и через Кавказ ни у одного руководителя государства, ни у одного государства не получится поссорить с Россией. Мы будем защищать Россию! Мы обязаны защищать Россию! Я это даже слушать не хочу! У них своя политика, у нас своя политика. Пусть они занимаются своей политикой, а мы своей. Они нападают, мы защищаем. Будет время – мы будем нападать тоже. Поэтому шутить с Российской Федерацией мы никому не позволим. Это рубеж России – Кавказ, кавказцы, мы.
Данила Гальперович: Господин президент, вы затронули очень серьезную тему – об имидже, по-вашему - неверном имидже Чечни в глазах Запада. Тем не менее, многие международные правозащитные организации говорят об очень существенной вещи – о том, что в Чечне, по их мнению, безнаказанно нарушаются права людей. И они считают – это и "Хьюман Райтс Вотч", и "Эмнести Интернэшнл" – что очень многие правонарушения происходят именно от сотрудников правоохранительных органов, людей из власти, то есть ваших подчиненных. Как вы к этому относитесь?
Рамзан Кадыров: В первую очередь, хочу сказать, что у нас силовые структуры не подчиняются президенту, министр внутренних дел, как и я, назначен президентом Российской Федерации. Начальник прокуратуры по Чеченской республике, весь наркоконтроль, все-все структуры по Чеченской республике – они президенту не подчиняются. Я как гарант Конституции стараюсь, чтобы они служили правильно, правдиво. Вот читаешь всякие там доклады про продажных людей, которые сидят здесь и делают деньги, и у них чести, достоинства, совести – ничего нет... Пусть приезжают и выявляют, пусть помогают находить и наказывать по закону этих людей. Да, мы не ангелы, везде нарушают правоохранительные органы. А где не нарушают?
Нас убивают, моего отца убили, я потерял тысячи людей своих, я потерял всех своих родственников, одноклассников, друзей, товарищей! Никто не говорит, что Кадыров их потерял, а у Кадырова есть права человека
Нас убивают, моего отца убили, я потерял тысячи людей своих, я потерял всех своих родственников, одноклассников, друзей, товарищей! Никто не говорит, что Кадыров их потерял, а у Кадырова есть права человека. Все молчат, ничего не говорят. Когда террористы взрывают людей прямо в центре Грозного, милиционеров убивают, детей убивают, женщин убивают – правозащитники про них ничего не говорят! Как будто мы не люди, у нас нет своих прав. Представьте, Кадыров потерял все! Почему они не защищают мои права?
Значит, если где-то что-то бывает в Чечне, если кто-то что-то сделал неправильно, нарушил закон или совершил преступление – видимо, это Кадыров. Вот в других регионах нарушают, убивают, взрывают – их губернатора и не вспоминают. У них те же самые полномочия, как и у меня. Каждый журналист, я считаю, хочет делать себя в политике через Кадырова. Вот называют фамилию Кадыров – всем она известна по нехорошим событиям в Чеченской республике. Через Кадырова делают политику – я считаю так!
Пусть компетентные органы разбираются, прокуратура, Следственный комитет, МВД, ФСБ. Пусть разбираются и наказывают. При чем тут Кадыров? Я же не судья, не следствие, не адвокат. Я президент, и я стараюсь быть для всех одинаковым.
Грегори Файфер: Господин президент, я хотел вас спросить насчет Натальи Эстемировой. Вы сказали, что будете гарантировать объективное следствие, но в то же время ее коллеги обвиняют вас в ее убийстве. Почему не назначить или не приветствовать независимого человека, чтобы доказать, что действительно будет объективное расследование?
Рамзан Кадыров: Если у нас существует закон, почему мы должны привлекать людей извне? А что - в Российской Федерации хуже, чем в других государствах, прокуратура и Следственный комитет работают? У нас ведется следствие по полной программе. И каждый, кто меня обвинил, вот, скажем, Орлов Олег - этот человек как правозащитник нарушил мои права. Он, наоборот, должен был защищать меня в первую очередь, как человека.
Зачем Кадырову убивать женщину, которая никому не нужна? У нее чести, достоинства, совести не было никогда, и все равно я ее назначил председателем Совета
Я говорю: если Кадыров виноват, если люди Кадырова виноваты, пусть докажут. Зачем Кадырову убивать женщину, которая никому не нужна? У нее чести, достоинства, совести не было никогда, и все равно я ее назначил председателем Совета. И я старался, я говорил: "Давай объективно будем подходить, решать вопросы". Ей это не нравилось. Она не ходит на совещания, не говорит, она всякую чушь, ерунду несет. Я ее пригласил и говорю: "Ты женщина. Мы стараемся хоть что-то сделать для народа. Но если у нас не получается, не обвиняй нас. Если есть выход из положения, я вам дам бюджет полностью. Бюджет республиканский, бюджет городской посмотри. Выбери сама там лучшее положение, чем сегодняшнее". – "Да, я понимаю, понимаю, понимаю…" Я тогда распустил этот Совет. И в чем моя вина, что убили Эстемирову? Пусть расследуют компетентные органы, и если Кадыров виноват, если виноваты люди, пусть накажут, сажают их.
Данила Гальперович: Правильно ли я понимаю, что вы хотели бы, например, чтобы Юнус-Бек Евкуров вернулся живой и здоровый?
Рамзан Кадыров: Конечно! Это мой друг, товарищ. Он очень мужественный парень, он очень решительный мужик. И он обязательно вернется, он обязательно будет служить ингушскому народу. У меня очень близкие, дружеские, товарищеские, братские отношения с Юнус-Беком Евкуровым. С первых дней после теракта наши старейшины молятся за него. Мы просим здоровья Юнус-Беку Евкурову. И мы задуманные все наши планы с Юнус-Беком Евкуровым доводим до конца. Мы уничтожаем бандитов и террористов, спецоперация продолжается и будет продолжаться.
Данила Гальперович: Насколько известно, операциями руководит Адам Делимханов – все-таки депутат Госдумы, человек не военный, он не обладает возможностью приказывать. В каком, что называется, статусе он руководит?
Рамзан Кадыров: Он советник президента Чеченской республики. И я не имею права командовать, там командуют командиры спецподразделений, которые непосредственно там присутствуют. Он полностью курирует операции, он работает с обществом. У нас есть очень хороший инструмент управленческой власти – это тейпы наши, уважаемые люди, он с ними работает. Он с дагестанским, ингушским министром внутренних дел, руководителем Совбеза находит общий язык, если где-то надо быстро решать вопросы. А командуют… если чеченская милиция – там чеченский министр командует, если ингушская милиция – ингушский министр.
Данила Гальперович: То есть, он не отдает приказы?
Рамзан Кадыров: Нет, конечно! Он не имеет права отдавать приказы. И я не имею права отдавать приказы. У нас есть штаб, вот туда он входит, и как депутат, как советник президента, как уважаемый человек на Кавказе, он весь авторитет использует. Он поднимает дух бойцам и дает дорогу верности и служения государству, Российской Федерации.
Грегори Файфер: Господин президент, каким вы видите будущее Северного Кавказа, вашу роль в будущем Чечни и Северного Кавказа? И нужна ли реструктуризация федеральной территории?
Рамзан Кадыров: Кому это надо? Вот у нас есть Кавказ, на Кавказе есть регионы, есть Чеченская республика, есть Дагестан, есть
Ингушетия, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия. Зачем создавать лишние проблемы? Я вообще в эту тему не лезу. Я занимаюсь политикой в Чеченской республике. Если надо будет защищать Кавказ как рубеж России, я встану впереди и буду защищать, и я умею воевать очень хорошо. В жизни что я знаю отлично – это воевать. Я очень хороший стратег. У меня никогда не было потерь, когда я участвовал, непосредственно командовал группами и успешно реализовывал все специальные мероприятия. Уничтожал сотни, сотни бандитов, тысячи, можно сказать, и руководителей их бандгрупп.В жизни что я знаю отлично – это воевать. Я очень хороший стратег
Данила Гальперович: Есть разные сведения о том, когда же вы все-таки взяли в руки оружие. Я помню интервью, где говорится, что первый раз все-таки это было в 17 лет, это была первая чеченская война, и вы вместе с многими другими участвовали в ней, естественно, против федеральных сил?
Рамзан Кадыров: Я никогда не был против Российской Федерации, я был с народом. Тогда народ против был, и это заставили те политики - Ельцин, Березовский и тому подобные, они хотели развалить Российскую Федерацию, как развалили Советский Союз. Можно было с Дудаевым договориться, они выпили по 100 граммов и сказали бы: "Давай разойдемся". Тогда наш народ полностью был против именно Российской Федерации. Потому что на нас отправляют танки, их благословляют, как будто они идут против фашистов воевать, а мы все это видели и это все терпели. И это заставляло нас быть против России.
Когда сильные стратеги появились именно в политике Российской Федерации, наш народ понял: да, действительно, нам сейчас можно хоть чем-то быть полезными для России. Можно будет найти пощаду и прощение и можно найти примирение с народом Российской Федерации. И доказать всему российскому обществу, что чеченский народ не виноват в этом. И абсолютно никогда не было у нас идеи воевать против Российской Федерации. Нас заставили, привели в тупик, сделали так, чтобы чеченский народ стал против Российской Федерации. И потом, когда это все поняли, благодаря мудрой политике тогдашнего президента Владимира Владимировича Путина и нашего первого президента Ахмад-хаджи Кадырова, мы доказали, что мы – патриоты России. Мы с БТРами, танками, с военными, со спецслужбами встали на защиту Российской Федерации. Благодаря чеченцам, сократилось количество трупов, которые отправляли из Чеченской республики в регионы Российской Федерации.
Даже словами не передать, какое это горе, страдания у нас, оскорбления, унижения со всех сторон. Все журналисты были направлены на то, чтобы показать образ чеченца как бандита, террориста. Чеченец – бандит, террорист, и все. Бизнесмена давили, хорошего давили, плохого давили, давили, давили, давили… Вот сейчас весь мир видит, что самые достойные, самые лучшие воины, которые обязаны защищать Российскую Федерацию, - это чеченцы.
Олег Кусов: Я бы хотел затронуть тему Южной Осетии. Российско-грузинский конфликт, который произошел год назад, - вы были на стороне Российской Федерации?
Рамзан Кадыров: Конечно.
Олег Кусов: Естественно, восстанавливать территориальную целостность, как это пытался сделать Тбилиси, силовым методом – это, конечно, неправильно и не может быть поддержано нормальными людьми. Но есть такое мнение, что именно Российская Федерация таким же способом восстанавливала территориальную целостность на территории вашей республики. Как вы к этому относитесь?
Рамзан Кадыров: Даже если на сегодняшний взять момент - хорошо, что Россия не отпустила Чеченскую республику. Если бы дали
нам независимость, оставили бы нас – это гибель нашего народа, верная гибель. Все, больше ничего нам не было бы, мы должны были погибать. Вот у нас в Чеченской республике турки, арабы из Арабских Эмиратов, Иордании, Саудовской Аравии, люди из Украины, из Москвы – все отщепенцы со всего мира были здесь, на территории Чеченской республики. И одни говорили, что мы должны стать турками, другие говорили, что мы должны стать арабами, третьи говорили, что украинцами, а другой вообще говорил, что мы должны стать душманами. А мы говорили, что мы хотим остаться чеченцами. И если бы не Российская Федерация, то будущего для чеченского народа не было бы, даже просвета не было. До того нас ввели в заблуждение, что Россия, русские убивают нас, подрастающее поколение. Вот тогда мы все это поняли, что, действительно, русский и чеченец или христианин и мусульманин больше схожи, чем в других западных странах, что мы больше братья, товарищи, чем другие государства, и будущее Чеченской республики – только в составе Российской Федерации.И если бы не Российская Федерация, то будущего для чеченского народа не было бы, даже просвета не было. До того нас ввели в заблуждение
А Южная Осетия – это повод для американцев, чтобы зайти через Кавказ и забрать Кавказ, а потом диктовать свои условия. Правильно сделал федеральный центр – не пустили. И не пустим. Я буду молиться, и я буду всегда против этого. Если даже федеральный центр будет за – отдать Южную Осетию, я всегда буду против этого. Потому что Кавказ – это рубеж России. Почему мы должны отдавать Южную Осетию или Абхазию? Пусть будут суверенные государства, пусть они будут независимые государства, но для России они будут союзные государства.
Олег Кусов: Что касается Чечни, есть мнение, что Россия непропорционально применила силу на территории республики, слишком много здесь было всего...
Рамзан Кадыров: Было, конечно. Не показывали, что творилось на территории Чеченской республики, нарушали права человека, убивали, взрывали. Это все было. Но большинство воевало не против чеченцев, мы тоже должны это понять, например, Трошев Геннадий Николаевич. Вот если федеральный центр поставил задачу не нарушать, не совершать преступлений, вот если там люди, которые совершают преступления, они обязательно несут за это ответственность. Если какой-то командующий совершил преступление, пусть этого командующего, коменданта или генерала, чеченца, русского, осетина, если он совершил преступление, накажут, он должен получить по заслугам.
Грегори Файфер: Рамзан Ахмадович, многие шутят, наполовину всерьез говорят, что вы настолько успешно здесь правите, у вас столько авторитета, что, в принципе, вы самый успешный сепаратист. Как вы относитесь к этому мнению?
Рамзан Кадыров: Я самый успешный сепаратист – как это понять (смеется)?
Олег Кусов: Вы добились большего, чем добился Дудаев в свое время.
Рамзан Кадыров: (смеется) Не оскорбление это? Я добился того, что… даже не добился ничего. У нас не полностью восстановлена республика, у нас… Чего я добился? Нефть – у "Роснефти", газ – у "Газпрома", свет – у других…
Данила Гальперович: Как важно, что вы это сказали! Вы хотите, чтобы все это было в республике?
Рамзан Кадыров: Зачем это нам нужно? Зачем эти хлопоты нам нужны? Нам нужны деньги, а нефть пусть будет у "Роснефти", газ – у "Газпрома". Нам нужны деньги, чтобы восстановить, чтобы строить экономику республики. У нас разрушена республика,
полностью разрушена, вся инфраструктура. Должны восстановить? Мы только строим экономику республики. Не восстанавливаем, а строим! Федеральный центр должен восстановить регион, часть территории Российской Федерации? Мы же помогаем, разминируем где-то там в других государствах. До сих пор не идет полным ходом разминирование у нас в республике, а мы помогаем другим государствам, отправляем туда МЧС, тысячи людей направляем, отправляем гуманитарную помощь. А у нас до сих пор не получили даже за землетрясение, которое у нас было, - ничего не получили. Мы сами помогли народу, нарушая бюджетное законодательство, но все равно чуть помогли, успокоили население.Я хочу добиться большего, чем кто-либо другой, для своего народа. Я для чего руководитель?
Я хочу добиться большего, чем кто-либо другой, для своего народа. Я для чего руководитель? Я несу перед Всевышним, в первую очередь, ответственность за свой народ. Я должен добиваться, я должен требовать, я должен просить, чтобы люди от этого получили удовольствие. Я должен делать так, чтобы у нас не было ни одного человека на улице, чтобы все получили жилье, рабочие места, чтобы детям было где играть, где веселиться, чтобы они могли полностью получить образование, спорт, туризм развивать, культуру. Для чего я президент? Для того, чтобы делать все это. А если я требую от федерального центра, я не боюсь это сказать, если я прошу у них - что, я виноват что ли? Для чего меня назначили? Для того, чтобы строить политику в республике, мирную, процветающую.
Данила Гальперович: Вы не считаете, что в Чечне есть культ вашей личности? Много портретов, много цитат…
Рамзан Кадыров: (смеется) Вот на сегодняшний день я определяю политику, и если где-то портреты висят, то Кадыров нравится, и хорошо, что Кадыров сегодня правит. Если их будут убирать, если выбрасывать, зачеркивать – все, Кадыров не нужен. И вот я не раз снимал эти портреты, клянусь Аллахом, мне неудобно было, когда про меня что-то говорят, если мои портреты висят, самому противно это мне бывает! Зачем мне мои портреты? Мне достаточно, что авторитет есть. Зачем я буду себя рекламировать? Это люди делают.
Данила Гальперович: И последний вопрос: каково ваше отношение к Владимиру Путину и к Дмитрию Медведеву?
Рамзан Кадыров: Путин – мой кумир! Я его люблю, я его уважаю. Я за него жизнь отдам! Я жизнью обязан этому человеку. Поэтому это мое, личное. А как президент Чеченской республики напомню, что президент у нас – Дмитрий Анатольевич Медведев, сильный, мудрый, правильный политик. Если он был бы другим, его не выбрала бы команда, не поддержала бы этого человека. И Путин еще раз доказал, что он сильный человек, что он слуга своего народа. Он, не стесняясь, снизил свой пост на председателя правительства, на самом ответственном месте служит для своего народа, для государства. И мое отношение к Путину не изменить! Чтобы не подвести его, чтобы он не краснел из-за меня, я жизнь отдам.
Данила Гальперович: А вы хотите, чтобы он стал президентом снова?
Рамзан Кадыров: Очень хочу! Я хочу, чтобы он был пожизненным президентом Российской Федерации.
Полностью интервью с Рамзаном Кадыровым можно прочесть здесь.