Президент Чеченской республики Рамзан Кадыров

Данила Гальперович: Мы находимся в гостях у президента Чеченской республики Рамзана Кадырова. Эти "гости", можно сказать, очень необычные. Сейчас в Чечне ночь, мы находимся в резиденции Рамзана Кадырова. И вопросы ему задают сотрудник радиостанции "Свободная Европа" Грегори Файфер и мой коллега Олег Кусов, специалист по Кавказу, автор многих программ по кавказской тематике.

Здравствуйте, господин президент!

Рамзан Кадыров: Здравствуйте!

Данила Гальперович: Большое вам спасибо за то время, которое вы нам уделяете. И по традиции, мы знакомим наших радиослушателей с вашей краткой биографией.

Кто же такой Рамзан Кадыров? Нужно для начала сказать, когда он родился, это было 5 октября 1976 года, в селе Центарой тогда еще Чечено-Ингушской АССР, сейчас это Чеченская республика. Окончил там же среднюю школу. До 2000 года известно было, что Рамзан Кадыров занимался спортом, участвовал в соревнованиях по боксу. С 1996 года был помощником и личным телохранителем своего отца, муфтия Чеченской республики Ичкерия тогда, Ахмада Кадырова. В 2000 году, с избранием Ахмада Кадырова президентом Чечни, стал начальником президентской Службы безопасности. И некоторое время занимал должность помощника главы Министерства внутренних дел Чеченской республики, был членом Госсовета Чечни. А 10 мая 2004 года назначен первым вице-премьером Чечни. И после того, как погиб отец Рамзана Кадырова, Ахмад-хаджи Кадыров, это произошло 9 мая 2004 года, по прошествии трех лет с этого момента, когда Рамзан Кадыров исполнял обязанности первого вице-премьера Чечни, потом премьера Чечни, и вот 2,5 года назад примерно вы стали президентом.

2,5 года – большой срок. Мы сегодня проехали по Грозному, и, на самом деле, для многих, кто бывал в этом городе раньше, в середине 90-х или в начале 2000-х, эта поездка, конечно же, что называется, впечатление. Расскажите, пожалуйста, о вашей программе восстановления республики. Есть ли у вас какая-то картина сложившаяся, как это будет идти, сколько это займет времени и сколько это потребует денег?

Ну, у меня программы нету, программа еще при жизни моего отца, нашего первого президента, была разработана. Мы полностью выполняем все, что наметил наш первый президент, все его программы реализуем сегодня, доводим до логического конца. И на сегодняшний день сколько денег и как это будет выглядеть – очень сложно сказать самому сильному экономисту и финансисту. У нас каждый год бывают разные экономические спады, подъемы бывают, и, так сказать, что будет завтра – никто не знает. Но я одно знаю, что мы Чеченскую республику восстановим, полностью восстановим, и будет у нас обеспечены полностью все социальные вопросы, будут созданы рабочие места. Чечня будет самым процветающим регионом Российской Федерации. Даже, я скажу, взять в мире, как Чеченская республика, такой регион, такой участок земли нигде не будет. Я в этом почему-то больше чем уверен.

Данила Гальперович: Но вот если проще говорить, буквально три ближайшие самые важные вещи, которые вы хотите построить здесь?

Рамзан Кадыров: Я хочу построить сильную безопасность, чтобы никто никогда не нарушал. И хочу вот определить направление жизни общества нашей республики, чтобы они никогда не поддавались на провокации. И обеспечить население, чтобы они получали удовольствие от жизни. Туда входит все. Если мы будем перечислять, это будет часами, сутками можно сидеть, и будут у нас новые мысли, мысли будут, и новые там приобретения можем мы придумать здесь. Мы все хорошо выучены и знаем… Как известно, вы хорошо знаете языки, языки как инструмент, как "разводить" людей, и чтобы меня на "разводить", лучше я вам так скажу. Самая для меня главная задача – это все намеченные планы моего отца, нашего первого президента, и Владимир Владимировича Путина, нашего национального лидера, довести до логического конца. Чтобы народ знал, что эти два сильных человека желали гражданам России и чеченцам мира, стабильности и процветания.

Грегори Файфер: Господин президент, пожалуйста, скажите, а почему вы считаете, пожалуйста, нам расскажите, почему именно вы приспособлены больше других чеченцев принести стабильность и процветание?

Рамзан Кадыров: Да нет, у нас… Я в команде, я член команды. У нас мощная команда, команда первого президента Чеченской республики, и я один из членов команды. Я не считаю себя, я – слуга народа, я служу народу, стараюсь правильно, правдиво служить. У нас есть команда, и команда направляет, команда определяет, команда разрабатывает и реализует все программы и проекты. Я – член команды.

Олег Кусов: Рамзан Ахмадович, через 2,5 года заканчивается первый президентский срок ваш.

Рамзан Кадыров: Ух ты…

Олег Кусов: Естественно, ваши планы? А вы с народом советуетесь, что он говорит по этому поводу?

Рамзан Кадыров: Еще 2,5 года! Еще очень огромный там срок, время. Я вообще об этом не думал. Вот сегодня я задумался (смеется).

Олег Кусов: А что, в вашем понятии, президент северокавказской республики – это наместник центра или же это вот, скажем, человек народа?

Данила Гальперович: Можно даже сказать, наверное, это человек, который как бы проводит решения центра на место или это самостоятельный вождь?

Вот я вам больше скажу. Вот я человек из народа, я патриот своего народа, я за свой народ жизнь отдам. Потому что доказал род Кадыровых, что они отдают жизнь за народ, за государство. И мой отец отдал жизнь именно за народ в первую очередь. И на сегодняшней день я народный президент, но я служу и я чиновник государства Российской Федерации. Кремль определяет будущее Российской Федерации, они идут в правильном направлении, и я подчиняюсь, я полностью выполняю все намеченные программы, дороги, которые нам они дают. Мы служим и стараемся, чтобы больше получить от этого удовольствия для нашего народа. И сегодня вот ставленник, не ставленник… Если президент страны предлагает, парламент утверждает, я – чей человек? Это одно, а если в душе? Если ты не патриот, если ты в душе не веришь в себя в первую очередь, если ты будешь смотреть, что скажет Кремль, и будешь отходить от народных решений, правильных решений…

Вот сегодня элементарный вопрос: народ Чеченской республике два года назад был против игорного бизнеса – Кадыров взял и отменил полностью. Я собрал всех и сказал, я им вот не красиво говорил, а я говорю: "Вы сегодня портите жизнь населению. Общество сегодня от вас получает только вред. Давайте закрывайте. Лучше открывайте компьютерные классы, открывайте лучше маленькие кафе, интернет-кафе там открывайте. Ну, придумайте что-нибудь другое, не игорный бизнес". Потом, вы помните, если вы читали, меня обвиняли, чуть ли Кадыров ни провозгласил негласно шариатское правление в Чеченской республике. Нет, я исходил из того, что чеченцам нужен сегодня, вот в это время надо было запретить полностью игорный бизнес. В России чуть позже запретили, а Кадыров раньше показательно сделал это: вот можно запретить – и ничего от этого не будет. И вот решения глава субъекта должен принимать, именно в первую очередь касающиеся того, что необходимо для народа. Вот он должен, исходя из этого, принимать решения. И у нас есть очень много, по конституции можно вправо уйти, влево уйти, можно обходить, знаешь, больше делать для государства, для народа.

Данила Гальперович: Вот вы затронули очень важную тему, вы сейчас сказали, что вас обвинили в том, что чуть ли ни шариат вводите в Чечне. Вот какое сейчас, по-вашему, религиозное настроение в Чечне? Это глубоко религиозное общество? Это общество, которое только познает свое отношение к религии? Насколько, скажем, законы той религии, которую вы исповедуете и ваши соотечественники, совместимы с законами России, как по-вашему?

Рамзан Кадыров: Вот у нас абсолютно действуют, на все 100 процентов, законы Российской Федерации, Конституция Российской Федерации и Конституции Чеченской республики. Это выбор нашего народа, от этого никто не имеет права отходить. Мы здесь все должны железно, это наш святой долг – соблюдать Конституцию и законы Российской Федерации. И на сегодняшний день у нас есть наш традиционный ислам, который оставили наши овлия – это от Всевышнего люди, которые нам привезли ислам, именно на Кавказ, это наши овлия, наши пророки. И на сегодняшней день они что оставили нам, мы полностью это соблюдаем. И сегодня строим именно политику, не нарушая законы Российской Федерации. Это нам абсолютно не мешает на сегодняшний день, мы строим мечети, открываем святые места. У нас 22 августа будет открыто Российский Исламский университет имени Кун-та-хаджи. Это мой устаз, я именно стал против ваххабизма, терроризма. Еще 150 лет назад он говорил, что будет война, что будут ваххабиты эти, террористы у нас в республике, как с ними надо вести. Он тогда еще это говорил, и наши старики нам об этом говорили.

Данила Гальперович: То есть одно другому не противоречит.

Рамзан Кадыров: Абсолютно не мешает. Мы строим церкви, строим, помогаем христианам. Абсолютно в Чеченской республике полностью в этом направлении демократия, свобода слова и вероисповедания. Мы никому не мешаем. У нас любой человек может принять любую религию, может служить, и это не мешает.

Грегори Пфайфер: Я думаю, мы вернемся к этому вопросу. Я хотел вас спросить, вот для многих на Западе Чечня имеет образ "Дикого Запада". Такое мнение распространяется, что здесь зона насилия. Как вы объясняете это, почему так случилось?

Рамзан Кадыров: Дикие насилия, дикое общество, не знаю, как сказать, - это Запад. Вот они зашли в Ирак – убивают, в Афганистане убивают, заходят в Палестину – убивают! Полностью права человека нарушают. Концлагеря! Свободы человека вообще нигде нету. Если слово сказал – он враг, знаешь, на него все, что угодно, вешают.

У нас в Чечне, Чечня – это часть территории Российской Федерации, здесь абсолютно соблюдаются все законы Российской Федерации. Если кто-то говорит, что мы нарушаем права человека, да, действительно, бывают моменты, это везде бывает, где-то что-то бывает, но если кто нарушил, человек, будь то милиционер, будь то он работает в спецслужбах, этого человека мы наказываем, выявляем и наказываем, и строим республику. Это послевоенная республика. Здесь были представители 51 государства, и они сильно подготовленные люди были против суверенного государства России. У них была задача – развалить Российскую Федерацию. У них там Чечня, религия, ислам – и не пахло ничем. Поэтому Запад, который строил эту политику, который хотел через Чеченскую республику развалить суверенное государство Россию, они обвиняют сегодняшнюю власть Чеченской республики.

Они знают, что на все 100 процентов сегодня мы будем защищать целостность России, и через Кавказ ни одного руководителя государства, ни одно государство не получится поссорить с Россией. Мы будем защищать Россию! Мы обязаны защищать Россию! Поэтому нам кидают всякую ерунду, чушь, не знаю. Я это даже слушать не хочу! У них своя политика, у нас своя политика. Пусть они занимаются своей политикой, а мы своей. Они нападают, мы защищаем. Будет время – мы будем нападать тоже. Защищать – всегда это не так хорошо. Когда нападешь, лучше бывает защищать. Поэтому шутить с Российской Федерацией мы никому не позволим. Это рубеж России – Кавказ, кавказцы, мы.

Данила Гальперович: Господин президент, вы очень серьезную затронули тему – об имидже, по-вашему неправильном имидже, неверном имидже Чечни в глазах Запада. Тем не менее, многие международные организации, правозащитные, говорят об очень существенной вещи – о том, что в Чечне, по их мнению, существует безнаказанность того, как нарушаются права людей. И они считают – это и "Хьюман Райтс Вотч", и "Эмнести Интернэшнл", – что очень многие правонарушения происходят именно от сотрудников правоохранительных органов, людей из власти, то есть ваших подчиненных. Как вы к этому относитесь?

Рамзан Кадыров: В первую очередь вам хочу сказать, что у нас силовые структуры не подчиняются президенту, они назначены, министр внутренних дел, как и я, президентом Российской Федерации. Начальник Прокуратуры по Чеченской республике, весь наркоконтроль, все-все структуры по Чеченской республике – они президенту не подчиняются. У нас что? Я, как гарант Конституции, стараюсь, чтобы они подчинились, чтобы они служили правильно, правдиво. Если они думают, что… Вот читаешь всякие там доклады про продажных людей, которые сидят здесь и делают деньги, и у них чести, достоинства, совести – ничего нет. Пусть приезжают и выявляют, пусть помогают находить и наказывать по закону людей. Да, мы не ангелы, везде нарушают правоохранительные органы. А где не нарушают?

Америка давит на всех подряд, и все молчат, никто ни о чем не говорит. Вот в Южной Осетии – приехали, заехали ночью, расстреляли население, уехали. И продолжают почему-то все молчать. Вот если нас убивают, моего отца убили, я потерял тысячи людей своих, я потерял всех своих родственников, одноклассников, друзей, товарищей! Никто не говорит, что Кадыров потерял, у Кадырова есть права человека. Все молчат, ничего не говорят. Когда террористы взрывают прямо в центре Грозного, милиционеров убивают, детей убивают, женщин убивают – вот правозащитники про них ничего не говорят! Как будто, знаешь, мы не люди, у нас нет своих прав. Представь, Кадыров потерял все! Почему они не защищают мои права?

Значит, если где-то что-то бывает в Чечне, миллионы населения, и кто-то что-то сделал неправильно, нарушил закон или совершил преступление – видимо, это Кадыров. Вот в других регионах нарушают, убивают, взрывают – их губернатора и не вспоминают. У них те же самые полномочия, как и у меня. Вот где-то что-то нарушают – сразу Кадыров, Кадыров… Вот каждый журналист, я считаю, хочет делать себя в политике через Кадырова. Вот называют фамилию Кадыров – всем известно именно по нехорошим событиям в Чеченской республике, известна фамилия Кадырова. Вот через Кадырова делают политику – я считаю так!

Данила Гальперович: Мы стараемся не сделать политику. Мы стараемся, на самом деле, во-первых, нарисовать ваш портрет, потому что мы с вами…

Рамзан Кадыров: Я вам говорю про людей, которые там вот…

Данила Гальперович: Да, а во-вторых, мы пытаемся выяснять, что называется, как обстоят дела. Вот, например, есть вот это многочисленное, повторяющееся действие, когда к людям приезжают, - и это было в докладах у той же "Хьюман Райтс Вотч", - сжигают или разрушают их дома. Вы сами как, одобряете эти действия?

Рамзан Кадыров: Не одобряю, конечно! Дом сожгли – что от этого меняется? Ничего не меняется! Вот у человека убили брата, отца, и чтобы как-то успокоить себя, он поехал…

Данила Гальперович: То есть вы считаете, что это такие случайные вещи?

Рамзан Кадыров: Это случайно, конечно. Это не целенаправленно делают же. Целенаправленно это никто не делает. Вот с нами люди служат, которые были командующими, были генералами, у них дома целые стояли, никогда не разрушались. Если сегодня там приехал человек, если убили там десятки люди, они, чтобы как-то успокоить себя, совершают преступление. Мы ищем их, и если есть информация, кто это сделал, пусть нам напишут, мы будем разбираться. Смотри, я говорю, если где-то нарушили, совершили преступление, не виноват Кадыров. Пусть компетентные органы разбираются, прокуратура, Следственный комитет, МВД, ФСБ. Пусть разбираются и наказывают. При чем тут Кадыров? Я же не судья, не следствие, не адвокат. Я президент, и я стараюсь быть для всех одинаковым.

Грегори Файфер: Господин президент, я хотел вас спросить насчет Натальи Эстемировой. Вы сказали, что вы будете гарантировать объективное следствие, но в то же время ее коллеги обвиняют вас в ее убийстве. Почему не назначить или не приветствовать независимого человека, третьего человека, чтобы доказать, что действительно будет объективное расследование?

Рамзан Кадыров: Если у нас существует закон, почему мы должны извне привлекать людей? А что, в Российской Федерации хуже, чем в других государствах Прокуратура и Следственный комитет работают? У нас ведется следствие по полной программе. И каждый вот, кто меня обвинил, вот Орлов Олег, и этот человек как правозащитник нарушил мои права. Он, наоборот, должен был защищать меня в первую очередь, как человека. И потом, он должен был подумать, о чем он будет говорить, а потом озвучить. Он меня обвинил в убийстве. Кадыров – убийца, он убил Эстемирову. Потом я ему говорю: "Господин Орлов, ты же в возрасте мужик. Будь человеком! Один раз в жизни будь человеком и скажи, почему вы нарушаете мои права?" Он говорит: "Я не так сказал. Вот вы как президент…" Ну, знаешь, он текст, который… Они же юристы все, они вот по закону придумали текст, и люди, которые там сидят, слушают радио или читают интернет, говорят: о, Орлов обвинил Кадырова. А он говорит: "Я как президента, гаранта обвинил тебя. Не убийцы ни ты, ни твои люди, я их не обвинил. Как президент обвинил", – он мне говорит. Вот такой подход у них, очень сильные юристы, они вот говорят одно, а юридически нету там зацепки.

Я говорю: если Кадыров виноват, люди Кадырова виноваты, пусть докажут. Путь хоть кого привезут и докажут, что виноват. Зачем Кадырову убивать женщину, которая никому не нужна? У нее чести, достоинства, совести не было никогда, и все равно я ее назначил председателем Совета, и туда я заместителем ей ставил Муслима Хучиева, мэра Грозного. И я старался, знаешь, я говорю: "Давай объективно будем подходить, решать вопросы". Ей это не нравилось. Она не ходит на совещания, не говорит, она всякую чушь, ерунду несет. Я ее пригласил и говорю: "Ты женщина. Мы стараемся хоть что-то сделать для народа. Но если у нас не получается, не обвиняй нас. Если есть выход из положения, я вам дам бюджет полностью. Бюджет республиканский, бюджет городской посмотри. Выбери сама там лучшее положение, чем сегодняшнее". – "Да, я понимаю, понимаю, понимаю…" Я тогда распустил этот Совет: "Спасибо им за работу. Вы не оправдали доверие". Потом она написала этому Орлову, что Кадыров с ней вот так, знаешь… Я ей сказал, рабочий момент был у нас, она была председатель комиссии, а я отчитывал ее как президент республики. И я ей сказал: "Вот так, вот так, вот так… Вы не справляетесь…" И все, распустил Совет. И в чем моя вина там, что убили Эстемирову? Пусть расследуют компетентные органы, и если Кадыров виноват, если виноваты люди, пусть накажут, сажают их.

Грегори Файфер: Господин президент, я хотел вас спросить насчет того, что международные организации в последнее время волнуются насчет того, что в разных местах в мире, в Вене, в Дубаи убивают людей, которые критиковали вас, которые говорят, что у них был компромат на вас, грубо говоря. Как вы это объясняете?

Рамзан Кадыров: На меня столько наплели, ругают меня в интернете (смеется). Я что, должен обеспечить их безопасность? В Вене убили преступника, он был в федеральном розыске в Российской Федерации, его искали. А в Вене его приютили и с ним работали спецслужбы. Сперва они писали против Кадырова. Поэтому я к этому отправил человека, говорю: "Почему ты эту ерунду говоришь? Я хотел тебя спасти, знаешь, хотел тебя спасти, сделать из тебя нормального человека. Ты уехал. Я тебе деньги дал, когда ты уезжал. Почему ты ерунду там несешь?" Он говорит: "Прости, Рамзан, вот заставили меня". Другого в Дубаи убили. В Дубаи убили преступника того же самого, которого мы тоже ищем. Он здесь убивал, он здесь похищал людей. У этих людей, у них есть кровники, тысячи у них кровников. При чем тут Кадыров? Они Кадырова не обвиняли, Кадырова просто им дали возможность… знаешь, сказали: "Давайте очерните Кадырова, может, у вас здесь получится". Абсолютно они… Я не несу ответственность за них. Они жили в Дубаи, в Вене – пусть там и отвечают за них.

Данила Гальперович: Господин президент, я помню, как Ахмад-хаджи Кадыров на похоронах первого из погибших братьев Ямадаевых говорил о том, что убийцы тех, кто противостоит ваххабитам, должны быть наказаны и так далее. Как случилось, в чем тут дело, какая кошка пробежала между вами и Ямадаевыми?

Рамзан Кадыров: Вот я вам скажу открыто. Они похищали людей, им поставлена была задача, вот сотрудники их говорят, что каждую неделю один раз они должны были находить схрон в Чеченской республике и должны были найти трупы боевиков якобы.

Данила Гальперович: Подождите, и им эту задачу ставило ГРУ?

Рамзан Кадыров: Не знаю, кто им ставил. Вот ребята сегодня говорят: "Нам ставил задачу такую Ямадаев Сулим Бекмирзаевич, и Сулейман нам ставил такую задачу". У нас в Чечне – похищения, убийства. Не только они убивали наших людей, но затаскивали сюда из Дагестана, и находили в Веденском районе, во преступления совершали, вот злодейские преступления. Я начал выступать против этих преступлений. Когда они братьев Арсамаковых похитили и убили, это доказано сейчас, убили, расчленили, потом сожгли… Понимаешь, есть люди, которые полностью… Бадик, их брат, по указанию Ямадаева Сулеймана, по указанию второго брата Исы Ямадаева. Если это я сделал бы, прокуратура не слезла бы с меня. Если мой человек сделал бы, они душили бы меня днем и ночью. Иса Ямадаев сидит в Москве, дает интервью, что на него покушение совершено там, хотели покушение совершить, это… Он вводит в заблуждение общество Российской Федерации, а мы этих "шнурков" сидим и слушаем!

Я официально сказал Сулейману Бермирзаевичу, отправил человек и сказал: "Если с сегодняшнего дня ты будешь совершать преступления, если ты не отдашь братьев Арсамаковых, у нас с тобой дальше не может быть отношений. Я – гарант Конституции". Вот когда я стал исполняющим обязанности президента, я ему поставил такой ультиматум. Он сказал, что "это мое дело, пусть компетентные органы разбираются, это не твое дело". Я говорю: "Это мое дело, я президент Чеченской республики". Вот что я ему говорил: не похищать, не убивать народ. Это все знают! Я официально по телевизору выступил, официально их родственникам сделал заявление.

Его использовали. Он был наркоман конченый, он на последней дозе сидел. И братья его, и он – они все наркоманы, и все это знают. И правозащитники молчат! Вот когда они в Бороздиновской, их поход, убили там десятки людей, из Дагестана привезли строителей - расстреляли, из Кабардино-Балкарии одного журналиста похитили, держали, вымогали машину, все-все, - он лично давал показания. Военная прокуратура, которая сидит в Ханкале, все эти дела забирает и в долгий ящик!

Данила Гальперович: Как вы считаете, Ямадаевы замышляют или замышляли что-то лично против вас?

Рамзан Кадыров: Да нет, против меня что они могут? Они мне клялись, божились, что "мы все будем преданы вам". Я говорю: "Первую вашу преданность покажите – отдайте братьев Арсамаковых". Оказывается, у них их не было, они их расстреляли на второй день. И из-за этого у нас пошло это.

Олег Кусов: Рамзан, вы президент Чеченской республики, вы примерно наш ровесник. Как складываются ваши отношения…

Рамзан Кадыров: Я молодой! Что ровесник (смеется)?

Олег Кусов: А мы тоже, мы тоже молодые люди. Как складываются ваши отношения с людьми другого возраста, например, с президентом Дагестана Муху Алиевым (бывший коммунистический секретарь обкома партии КПСС)? С другой стороны, как вы относитесь к некоторым высказываниям ингушских оппозиционеров, когда они вас критиковали за то, что вам поручили выполнять спецоперацию в Ингушетии? Вот как у вас складываются с соседями отношения в этом плане?

Рамзан Кадыров: Вот я не преподношу себя как президента, как коллегу их. Аксакалы. Муху Гимбатович – уважаемый человек, аксакал. Я с ним всегда… уважение к старшим – это для нас святое. Я это проявляю и стараюсь быть молодым, вот когда я с ним рядом, стараюсь угодить ему. Я молодой, он в возрасте, ну, аксакал наш. Я все предпочтения отдаю Муху Гимбатовичу.

Оппозиция ингушская – это "шнурки", они не знают, о чем они сами говорят. Они не знают, о чем они сами говорят. И они даже вопросы поднимают, там хотят они обвинить Чеченскую республику из Ингушетии…

Данила Гальперович: Вы за или против?

Рамзан Кадыров: Я, конечно, против. Что я там могу полезного сделать для своего народа? Нефть там или море, или горы, что там такого? Проблемный регион. Зачем мне это нужно?

Данила Гальперович: Правильно ли я понимаю, что вы хотели бы, например, чтобы Юнус-бек Евкуров вернулся живой и здоровый…

Рамзан Кадыров: Конечно! Это мой друг, товарищ. Он очень мужественный парень, он очень решительный мужик. И он обязательно вернется скоро, он обязательно будет служить ингушскому народу. И у меня очень близкие, дружеские, товарищеские, братские отношения с Юнус-беком Евкуровым. С первых дней после теракта наши старейшины молятся за него. Мы просим здоровья Юнус-беку Евкурову. И мы не обращаем внимания, мы задуманные все наши планы с Юнус-беком Евкуровым доводим до конца. Мы уничтожаем бандитов и террористов, спецоперация продолжается и будет продолжаться. Я в неделю три раза разговариваю минимум с Юнус-беком Евкуровым, у него здоровье очень отличное, и дай Аллах, чтобы у него было это.

Данила Гальперович: Насколько это известно, операциями руководит или направляет их Адам Делимханов – все-таки депутат Госдумы, человек не военный, не обладает возможностью приказывать. В каком, что называется, статусе он руководит?

Рамзан Кадыров: Он советник президента Чеченской республики. И я не имею права командовать, там командуют командиры спецподразделений, которые непосредственно там присутствуют. Он курирует, он полностью курирует операции, он работает с обществом. И он добывает… у нас есть очень хороший инструмент управленческой власти – это тейпы наши, уважаемые люди, он с ними работает. Он с дагестанским, ингушским министром внутренних дел, руководителем Совбеза – с ними он находит общий язык, если где-то что-то надо быстро решать вопросы. Чисто курирует там. Командуют… если чеченская милиция – там министр командует, если ингушская милиция – ингушский министр.

Данила Гальперович: То есть, грубо говоря, он не отдает приказы.

Рамзан Кадыров: Нет, конечно! Он не имеет права отдавать приказы. И я не имею права отдавать приказы. У нас есть штаб, вот туда он ходит, и как депутат, как советник президента, как уважаемый человек на Кавказе, он весь авторитет использует. Он поднимает дух бойцам и дает дорогу верности и служения государству, Российской Федерации.

Грегори Файфер: Господин президент, как вы видите будущее вообще Северного Кавказа, вашу роль в будущем Чечни и Северного Кавказа? И нужна ли реструктуризация федеральной территории?

Рамзан Кадыров: Кому это надо? Вот у нас есть Кавказ, на Кавказе есть регионы, есть Чеченская республика, есть Дагестан, есть Ингушетия, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия. Зачем создавать лишние проблемы? Я вообще в эту тему не лезу. Я занимаюсь политикой в Чеченской республике. Если надо будет защищать Кавказ как рубеж России, я встану впереди и буду защищать, и я умею воевать очень хорошо. В жизни что я знаю отлично – это воевать. Я очень хороший стратег. У меня никогда не было потерь, когда я участвовал, непосредственно командовал группами и реализовывал успешно все специальные мероприятия. Уничтожал сотни, сотни бандитов, тысячи, можно сказать, и руководителей их бандгрупп.

Данила Гальперович: Есть разные сведения о том, когда же вы все-таки взяли в руки оружие. Было вроде как интервью, и я его помню, что первый раз все-таки это было в 17 лет, это была первая чеченская война, и вы вместе с очень многими участвовали в ней, естественно, против федеральных сил.

Рамзан Кадыров: Я никогда не был против Российской Федерации, я был с народом. Тогда народ против был, и это заставили те политики, Ельцин, Березовский и тому подобные, они хотели развалить, как развалили Советский Союз, так развалить Российскую Федерацию. Они дали нам, полностью вооружили наш народ, отправили Грачева. И можно было с Дудаевым договориться, они выпили по 100 граммов и сказали бы: "Давай разойдемся". Они ущемляли Дудаева, отправили сами, а потом ущемляли его там. Тогда наш народ полностью был против именно Российской Федерации. Потому что на нас отправляют танки, их благословляют, как будто они идут на немцев, против фашистов воевать, а мы все это видели и это все терпели. И это заставляло нас вот быть против России.

Когда умные политики, сильные стратеги появились именно в политике Российской Федерации, наш народ понял, что, да, действительно, нам сейчас можно хоть чем-то быть полезными для России. И чтобы все наши грехи, которые там затеяли Ельцин, Березовский, вот можно будет найти там пощады и прощения, и можно найти примирение, так сказать, именно с народом Российской Федерации. И доказать всему обществу российскому, что чеченский народ не виноват в этом. И абсолютно никогда не было у нас идеи воевать против Российской Федерации. Нас заставили, привели в тупик, сделали так, чтобы чеченский народ стал против Российской Федерации. И потом, когда это все поняли, благодаря мудрой политике президента тогдашнего Владимира Владимировича Путина и нашего первого президента Ахмад-хаджи Кадырова мы доказали, что мы – патриоты России. Мы именно с БТРами, танками, с военными, со спецслужбами встали на защиту Российской Федерации. Благодаря чеченцам, сократились трупы, которые отправляли из Чеченской республики в регионы Российской Федерации. Вот сегодня мы воюем, мы погибаем.

Именно наш народ понес… знаешь, даже это словами не передать, какое это горе, страдания у нас, оскорбления, унижения со всех сторон. Все журналисты именно были направлены показать чеченца – образ бандита, террориста. И нас всех определяли – хороший, плохой. Чеченец – бандит, террорист, все. Бизнесмена давили, хорошего давили, плохого давили, давили, давили, давили… Вот сейчас, на сегодняшний день весь мир это видит, что самые достойные, самые лучшие воины, которые должны, обязаны защищать Российскую Федерацию, - это чеченцы.

Олег Кусов: Я бы хотел затронуть тему, о которой вы уже вскользь сказали, - Южная Осетия. Российско-грузинский конфликт, который год назад произошел, - вы на стороне Российской Федерации были, да, Рамзан?

Рамзан Кадыров: Конечно (смеется).

Олег Кусов: Естественно, восстанавливать территориальную целостность, как это пытался сделать Тбилиси, силовым методом – это, конечно, неправильно и не может быть поддержано нормальными людьми. Но есть такое мнение, что именно Российская Федерация таким же способом восстанавливала территориальную целостность на территории вашей республики. Как вы к этому относитесь?

Рамзан Кадыров: Даже если на сегодняшний взять момент, хорошо, что Россия не отпустила Чеченскую республику. Если бы дали нам независимость, оставили бы нас – это гибель нашего народа, верная гибель. Все, больше ничего нам не было бы, мы должны были погибать. Вот у нас в Чеченской республике арабы, турки, не знаю, из Арабских Эмиратов, Иордании, Саудовской Аравии, с Украины, из Москвы – все отщепенцы со всего мира были здесь, на территории Чеченской республики. И одни говорили, что мы должны стать турками, другие говорили, что мы должны стать арабами, третьи говорили, что украинцами, а другой вообще говорил, что мы должны стать душманами. А мы говорили, что мы хотим остаться чеченцами. И если бы не Российская Федерация, то будущего для чеченского народа не было бы, даже просвета не было. И поэтому я, воевавший против России, я тогда взял автомат в руки, я никогда не думал, что я буду здороваться с русским – вот до того… Мне было 17 лет, и я вообще даже не представлял… До того нас ввели в заблуждение, что вот Россия, русские убивают нас, подрастающее поколение. Вот когда мы все это поняли, вот, действительно, русский и чеченец или христианин и мусульманин больше схожи, чем в других западных, мы больше братья, товарищи, чем другие государства, и только будущее Чеченской республики – в составе Российской Федерации.

А Южная Осетия – это повод для американцев, чтобы зайти через Кавказ и забрать Кавказ, а потом диктовать свои условия. Правильно сделал федеральный центр – не пустили. И не пустим. Я буду молиться, и я буду всегда против этого. Если даже федеральный центр будет за – отдать Южную Осетию, я всегда буду против этого. Потому что вот Кавказ – это рубеж России. Если отдать Кавказ Западу, то в России это все, считай что крест. Американцы говорят, Запад говорит: зачем для русских столько земель? Они через Украину стараются заходить, через Азербайджан хотят, через Грузию хотят заходить. Зачем? У нас в Казахстане можно сделать пожизненный срок президентства, в Туркменистане можно, в Азербайджане можно, а почему России нельзя? Потому что Россия – это великая держава! Государство, которое имеет противовес. Они хотят все у нас забрать. Почему мы должны отдавать Южную Осетию или Абхазию? Пусть они будут вот суверенные государства, пусть они будут независимые государства, но они союзные государства будут для России.

Олег Кусов: Что касается Чечни, есть мнение, что Россия непропорционально применила силу на территории республики, слишком много здесь было всего такого.

Рамзан Кадыров: Было, конечно. Я и не поддерживаю. И не показывали, что творилось на территории чеченской республики, нарушали права человека, убивали, взрывали. Это все было. Но большинство воевало не против чеченцев, мы тоже должны это понять, вот Трошев Геннадий Николаевич, допустим, вот он заходил из Дагестана, он заходил, он давал срок, я был лично переговорщиком, и он вел переговоры. Он говорил: "Даем вам амнистию, складывайте оружие". Он вел переговоры. А Шаманов заходил оттуда, вот там были, вы знаете, сколько разрушений.

Олег Кусов: Со стороны Владикавказа.

Рамзан Кадыров: Да, он заходил оттуда. Вот если федеральный центр поставил задачу не нарушать, не совершать преступлений, вот если там люди, которые совершают преступления, они обязательно несут за это ответственность. Я буду требовать, чтобы, если я виноват, меня наказывали. Если какой-то командующий совершил преступление, пусть этого командующего, коменданта или генерала, чеченца, русского, осетина, если он совершил преступление, он должен получить по заслугам.

Данила Гальперович: Как вы отнеслись, в конечном счете, к тому, что Юрия Буданова выпустили на свободу?

Рамзан Кадыров: (смеется) Смотри, это оскорбление целого Министерства обороны! Всех солдат, всех офицеров оскорбили. Если Буданов изнасиловал девушку, офицер, командир, если он такое чудовищное совершил преступление, и если его сегодня не наказывают, - это чудовищное преступление, это оскорбление всего чеченского народа. Настанет день, и его накажут. Опять обвинят Кадырова. Я просил, мой отец просил тогда, не только одну женщину, девушку он изнасиловал, он убил в целом десятки людей, - и вот таких людей надо судить! Если таких людей не будут судить, если их будут официально опускать… Вот не хватило закона, чтобы наказать Буданова. Есть все основания, все доказательства есть, есть свидетели, как он совершал это преступление, есть свидетели. Красивая 16-17-летняя девушка, 15-летняя девушка, снайперша там, она стреляла… Такого у нас никогда не было.

Данила Гальперович: Какие вообще у вас взаимоотношения сейчас с военными? Потому что ведь здесь же огромные противоречия, правда: с одной стороны, огромные жертвы в ваше республике, и все это всегда помнят; с другой стороны, вроде как сейчас они здесь, и они наверняка здесь останутся.

Рамзан Кадыров: Абсолютно вот после того, как поменяли командира дивизии… Здесь был командир дивизии, фамилию забыл, генерал-майор – нехороший человек. Он с Ямадаевым снюхался, и они делали политику, как будто они политики, как будто их направили сюда делать политические мероприятия. Вот после того, как этого человека… не человека даже, я не могу найти даже слова против него сказать, продажного офицера, генерала сняли, вот у нас очень хорошие отношения, как назначили командующим Северокавказского округа Макарова. У нас очень хорошие отношения, он не раз приезжал, он приезжал в Чеченскую республику. И Министерство обороны занимается своими делами, они должны оставаться у нас, дивизии и бригады должны остаться на территории Чеченской республики, потому что это Чечня, это Северный Кавказ, это приграничная территория с Грузией.

А с внутренними войсками у нас вообще хорошие отношения. Вот население Чеченской республики дружит с внутренними войсками. Это как свои, вот нужно помощь – обращаются. Очень хорошие отношения (чтобы не сглазить)!

Грегори Файфер: Рамзан Ахмадович, я хотел вас спросить насчет опять темы независимости. Многие шутят, ну, полусерьезно, что вы настолько успешно здесь правите, у вас столько авторитета, что, в принципе, вы самый успешный сепаратист. Как вы относитесь к этому мнению?

Рамзан Кадыров: Я самый успешный сепаратист – как это понять (смеется)?

Олег Кусов: Вы добились большего, чем добился Дудаев в свое время.

Рамзан Кадыров: (смеется) Не оскорбление это? Дудаев, знаешь… Я добился того, что… даже не добился ничего! У нас не полностью восстановлена республика, у нас… Чего я добился там? Нефть – у "Роснефти", газ – у "Газпрома", свет – у других…

Данила Гальперович: Как важно, что вы это сказали! Подождите секунду, вы хотите, чтобы все это было в республике?

Рамзан Кадыров: Зачем это нам нужно? Зачем эти хлопоты нам нужны? Нам нужны деньги, а нефть пусть будет у "Роснефти", а газ – у "Газпрома". Нам нужны деньг, чтобы восстановить, чтобы строить экономику республики. Чего я добился? У нас разрушена республика, полностью разрушена, вся инфраструктура. Должны восстановить? Если у нас нет вообще, в экономике ничего нет у нас, мы только строим экономику республики. Не восстанавливаем, а строим экономику. Федеральный центр должен восстановить регион, часть территории Российской Федерации? Мы же помогаем, разминируем где-то там в других государствах. До сих пор не идет полным ходом разминирование у нас в республике, а мы помогаем другим государствам, отправляем туда МЧС, тысячи людей направляем, отправляем гуманитарную помощь. А у нас до сих пор не получили даже за землетрясение, которое у нас было, мы ничего не получили. Мы сами что-то там помогли народу, нарушая бюджетное законодательство, но все равно чуть помогли народу, успокоили население.

А чего я добился такого? Ничего не добился. Все люди придумали это все: Кадыров больше добился, чем Дудаев… Я хочу добиться большего, чем кто-либо другой, для своего народа. Я для этого руководитель. Я для чего руководитель? Я несу перед Всевышним в первую очередь ответственность за свой народ. Я должен добиваться, я должен требовать, я должен просить, чтобы люди от этого получили удовольствие. Я должен делать так, чтобы у нас не было ни одного человека на улице, чтобы все получили жилье, рабочие места, чтобы детям было где играть, где веселиться, чтобы они могли полностью получить образование, спорт, туризм развивать, культуру. Для чего я президент? Для того чтобы делать все это. А если я требую от федерального центра, я не боюсь это сказать, если я прошу у них, что, я виноват что ли? Для чего меня назначили? Для того чтобы строить политику в республике, мирную, процветающую. Я это делаю. Если у меня получается, я не виноват.

Данила Гальперович: У меня есть два вопроса, но сразу предупреждаю, неприятные.

Рамзан Кадыров: Да, давай, мне нравятся неприятные.

Данила Гальперович: Вы не считаете, что в Чечне есть культ вашей личности? Много портретов, много цитат…

Рамзан Кадыров: (смеется) Если я уберу сегодня портреты… Вот на сегодняшний день я определяю политику, и если где-то портреты висят, если их не трогают, то Кадыров нравится, и хорошо, что Кадыров сегодня правит. Если их будут убирать, если выбрасывать, зачеркивать – все, Кадыров не нужен. И вот я не раз снимал эти портреты, клянусь Аллахом, мне неудобно было, когда про меня что-то говорят, если мои портреты висят, самому противно это мне бывает! Зачем мне мои портреты? Мне достаточно, что авторитет есть. Зачем я буду себя рекламировать? Это люди делают. Вот чтобы вам не давать интервью, я все делаю, а Альви у меня вот здесь сидит и днем и ночью, 20 раз он все…

Данила Гальперович: Я сразу должен пояснить для радиослушателей, что Альви Каримов – это человек, который наполовину сделал все это возможным, это пресс-секретарь Рамзана Кадырова.

Рамзан Кадыров: Вот я говорю, что я избегаю журналистов, я стараюсь не давать интервью. Где-то они работают, пишут или говорят – я не виноват, они свою работу делают. Я снимаю… Я вас прошу, выйдите завтра, снимите все мои портреты и заберите себе (смеется). Спрячьте, чтобы никто не видел, и я буду спокоен.

Данила Гальперович: Хорошо, со следующего утра я начинаю собирать коллекцию. И последний вопрос, который… я не буду вам задавать вопрос типа, а кого вы больше любите – маму или папу, но, тем не менее, я все-таки задам вам вопрос, потому что это два человека, которые сыграли разную роль в вашей жизни. Каково ваше отношение к Владимиру Путину и к Дмитрию Медведеву?

Рамзан Кадыров: Путин – мой кумир! Мой кумир - Путин, я его люблю, я его уважаю. Я за него жизнь отдам! Такого второго нету, как личность. Вот лично для человека Кадырова ближе и я больше обязан в этой жизни… никому я не обязан как Путину. Я жизнью обязан этому человеку. Поэтому это мое личное. А как президент Чеченской республики, президент у нас – Дмитрий Анатольевич Медведев, сильный, мудрый, правильный политик. Если он был бы другим, его не выбрала бы команда, не поддержала бы этого человека. И Путин еще раз доказал, что он сильный человек, что он слуга своего народа. Он, не стесняясь, снизил свой пост на председателя правительства, на самом ответственном месте служит для своего народа, для государства. И мое отношение к Путину не изменить! Чтобы не подвести его, чтобы он не краснел из-за меня, я жизнь отдам.

Данила Гальперович: А вы хотите, чтобы он стал президентом снова?

Рамзан Кадыров: Очень хочу! Я хочу, чтобы он был пожизненным президентом Российской Федерации. Я хочу этого. Я прошу этого. Это мой кумир, я его жизнью обязан.

Данила Гальперович: Этот ночной эфир с Рамзаном Кадыровым в его резиденции провел Данила Гальперович, а участвовали в нем мой коллега Олег Кусов и журналист корпорации "Свободная Европа / Радио Свобода" Грегори Файфер. Спасибо большое, господин президент! Это был интересный разговор. Слушайте Радио Свобода!

Рамзан Кадыров: Я буду. Я никогда не слушал, а сейчас буду слушать (смеется). Спасибо вам большое!