Original Material
Родина и беда
Если кто еще в этом сомневается, пусть прочитает заявление, принятое по случаю годовщины войны на Кавказе гг. Грызловым («Единая Россия»), Зюгановым (КПРФ), Жириновским (ЛДПР) и Мироновым («Справедливая Россия»). «Мы исходим из того, что человеческая жизнь должна быть главной ценностью, защищена и священна, и в этом должна состоять основная цель каждого государства и руководства», -- пишут партийные лидеры. Вот в Сочи «руководству», очевидно, они и объясняли, в чем состоит его, "руководства", главная цель.
«Мы и впредь будем исходить из того, что каждый гражданин РФ всегда должен быть уверен, что Россия его в беде не оставит, -- пишут думцы. -- Россия и впредь будет готова встать на защиту своих исторических позиций, своих соотечественников независимо от страны проживания».
Когда прочел эти строки, взял себя в руки, чтобы не прослезиться от умиления и стал звонить своим друзьям-«соотечественникам независимо от страны проживания», чтобы донести до них эту благую весть от г-на Грызлова и его коллег. Пусть теперь соотечественники будут уверены: "Родина в беде не оставит".
Некоторые из друзей, правда, стали вопросы задавать: «Что, говорят и вправду, как Билл Клинтон, экс-президенты российские поедут в логово к врагу вызволять из каторги своих граждан?» Друзья насмотрелись репортажей из Северной Кореи, где недавно супруг госсекретаря США встретился не только с тамошним начальником Ким Чен Иром, но и с двумя американскими журналистками Лорой Лин и Юной Ли, осужденными северокорейским судом на 12 лет каторжных работ за незаконное пересечение госграницы и другое «тяжкое преступление» против КНДР. После чего «преступницы» были увезены г-ном Клинтоном в США.
Я, конечно, не растерялся и ответил сомневающимся соотечественникам правильно и политкорректно. Во-первых, говорю, у нас нет свободных от работы экс-президентов. Один скончался, а второй пока работает премьер-министром, и у него и без помощи соотечественникам забот хватает. Во-вторых, это пиар-акция семейства Клинтон, направленная на укрепление имиджа госсекретаря США Хиллари Клинтон. Да и вообще, сказал я, американцы очень боятся северокорейской ракетно-ядерной мощи и ищут любые способы, чтобы найти повод уговорить Пхеньян стать миролюбивым.
А мы в России, как известно, не боимся Северную Корею так сильно, как американцы. Мы вообще никого не боимся, поэтому у нас нет повода кого-то куда-то посылать, чтобы кого-то так демонстративно спасать. Вот, скажем, шесть лет назад американцы спасли из неволи другого своего журналиста, Леонида Комаровского. Когда-то он, правда, был наш, но к тому моменту, к 2002 году, стал уже их. Бывает. Так вот Сапармурат Туркменбаши Великий (тогда он был еще живой) и его генеральный прокурор Курбанбиби Атаджанова (тогда она была еще на свободе, сейчас отбывает 20-летний срок) распорядились упрятать г-на Комаровского в тюрьму на много лет -- якобы за участие в так называемой попытке покушения на Туркменбаши в ноябре 2002 года. Целых пять месяцев понадобилось американскому послу в Ашхабаде, сенатору от штата Массачусетс и другим американцам, чтобы демонстративно спасти соотечественника. Только теперь, когда принято решение о строительстве газопровода «Набукко», понял, зачем это было им нужно: они искали повод, чтобы уже тогда попробовать уговорить туркмен пустить свой газ в трубу, идущую мимо России.
А нам в России поводы для общения с туркменами не нужны. Во-первых, мы их не боимся. А во-вторых, когда нужно, просто едем в Ашхабад и решаем вопросы. Кроме одного. Того, который касается судьбы наших соотечественников, осужденных по тому же делу, что и американец Леонид Комаровский. Их несколько. Самый известный -- бывший советский дипломат, экс-министр иностранных дел Туркмении Борис Шихмурадов. Они сидят в туркменских зинданах поодиночке. С тех пор как они арестованы в 2002 году, их не видел никто: ни родственники, ни адвокаты, ни представители Международного Красного Креста.
Разумеется, не видели их и российские консульские работники в Туркмении. В российском МИДе в прошлом году на запрос о судьбе россиян, сидящих в туркменских тюрьмах, посланный из аппарата омбудсмена Владимира Лукина, ответили исчерпывающе: поднимать данный вопрос считаем «нецелесообразным», поскольку это может подорвать «позитивный настрой» туркменской стороны на сотрудничество с Россией.
Но то было в прошлом году, еще до войны с Грузией в защиту российских граждан Южной Осетии. И нашим думским лидерам еще было далеко до составления юбилейных уверений соотечественников в том, что родина их «в беде не оставит». Теперь-то все иначе. И скоро гг. Грызлов, Жириновский, Зюганов и Миронов, очевидно, пошлют кого надо в Ашхабад, дабы поставить вопрос ребром перед тамошним руководством и потребовать свидания с арестованными семь лет назад россиянами.
Кроме того, воодушевленные своей уверенностью в том, что «современная политика должна строиться на принципах цивилизованности, гуманности, уважения прав людей и народов» (так они утверждают в своем заявлении), думцы, надо полагать, войдут в контакт и с руководством Таджикистана. Там надо выяснить судьбу пяти российских граждан, арестованных в прошлом месяце властями этой страны. И узнать, что стало с телами шести других граждан России, которые тогда же были уничтожены в ходе спецоперации против антиправительственных мятежников.
Конечно, этих боевиков не Москва посылала воевать против правительства президента Рахмона и не российского «рядового Райана» нужно спасать в Таджикистане. Но если им выдали однажды такие же российские паспорта, как и жителям Южной Осетии, то они тоже соотечественники. Как и те, которых поклялись защищать от недружественных властителей наши высокопоставленные думцы.