Изменчивый мозг

Один из главных выводов нейрофизиологических исследований последних двух десятилетий формулируется следующим образом: вы в силах поменять свой мозг. Сейчас можно с уверенностью утверждать, что сформировавшийся взрослый мозг способен к реорганизации. Еще недавно в этом были большие сомнения. Однако в последнее время, прежде всего благодаря усовершенствованию аппаратуры и новым методам сканирования, стало возможным перейти из области предположений и гипотез к экспериментальным наблюдениям.

В середине 1990-х нейролог Альваро Паскуаль-Леоне провел не совсем обычный эксперимент. Он попросил людей играть на пианино. Группе добровольцев предлагались простые упражнения на музыкальной клавиатуре, которые они должны были выполнять каждый будний день в течение двух часов. Играть полагалось одной рукой. Несмотря на относительную легкость, задания требовали определенной тренировки и получались у испытуемых не сразу. Но к концу первой недели, после пяти дней занятий, количество ошибок заметно сократилось. Мозг постепенно адаптировался к задаче.

Паскуаль-Леоне интересовал вопрос, каким образом такая адаптация будет отражена в ткани мозга. Можно ли имеющимися методами обнаружить в ней следы такой адаптации. Вероятнее всего, полагал он, изменения должны затронуть моторные области коры, связанные с пальцами тренируемой руки. Поэтому в начале эксперимента у каждого добровольца были определены зоны мозга, куда проецируются сигналы мышц сгибателей и разгибателей среднего пальца кисти. Для этой цели был использован метод фокальной транскраниальной магнитной стимуляции (ТМС), который позволяет строить кортикальные карты с высоким разрешением. Проверялась моторная область, связанная со средним пальцем, у всех испытуемых каждый день, до и после музицирования. Для целей контроля кортикальные карты строились для пальцев обеих рук. Также снимались аналогичные показания с контрольных групп, которые не выполняли упражнений. Измерения ТМС показали: в результате упражнений моторная зона пальцев тренируемой руки стремительно росла. Уже к концу первой недели она увеличилась в разы (рис. А).

«Материальность» мысли

Очевидно, что в первые дни мозг отреагировал на новый опыт всплеском нейрональных подключений. Он задействовал прилежащие области коры, и движением пальца теперь занималось больше нейронов. Таким способом был усилен контроль за механикой движений с тем, чтобы обеспечить их точность. Однако бурное расширение кортикальной «пальцевой» зоны наблюдалось лишь в первую неделю. Следующие четыре недели ее размер постепенно сокращался (рис. В), несмотря на то, что испытуемые продолжали заниматься. По мере того, как шло обучение, выполнение упражнений все больше смещалось в фазу стереотипа и все меньше требовало корректирующих воздействий. По мнению Паскуаль-Леоне, быстрое и краткосрочное расширение моторных зон, которое он обнаружил, представляет собой первую необходимую стадию обучения, за которой следует более глубокая реорганизация коры, переводящая недавно приобретенный навык в долгосрочный автоматизм.

Добровольцы другой группы получили схожее задание: играть одной рукой на клавиатуре каждый день по два часа. Однако им не предоставили упражнений, позволив наигрывать что угодно. Несмотря на аналогичную с основной группой нагрузку на пальцы, рост их кортикальных зон оказался гораздо слабее выражен. Из эксперимента следовало, что сама по себе двигательная активность не приводит к существенным сдвигам в возбуждении коры. По-видимому, главной составляющей расширения моторных зон у основной группы служила фокусировка на задаче и сознательный контроль движений.

Паскуаль-Леоне развил эту идею, исключив влияние движений. Он предложил еще одной группе выполнять те же упражнения в том же самом режиме, только мысленно. Во время эксперимента пальцы у испытуемых оставались неподвижными. В результате моторные зоны не только отреагировали на воображаемые движения — их динамика почти полностью повторила рост, отмеченный у основной группы. Моторные области людей, выполнявших упражнения в уме, походили по размеру на соответствующие участки тех, кто по-настоящему занимался на клавиатуре (рис. С). Мысленная тренировка привела к реальной натренированности — к изменению нейрофизиологических свойств ткани мозга.

За прошедшее время проведены другие эксперименты; понятие mental rehearsal (мысленная репетиция) вошло в научный обиход, а метод мысленной визуализации используется в том числе для уменьшения фантомных болей. Теперь уже ясно, что проигрывание ситуаций в уме в самом деле обогащает мозг новым опытом. В определенном смысле на уровне физического субстрата сознание не проводит различий между действительными и моделируемыми движениями, инициируя сходные изменения мозга. Хорошая новость состоит в том, что, используя указанное свойство, можно подготовить себя к предстоящей двигательной активности, развив соответствующие участки неокортекса. Это особенно пригодится спортсменам, военным, спасателям и др. профессионалам. Плохая новость касается каждого: воображая те или иные негативные ситуации, прокручивая их в уме, мозг действительно способен проживать их как настоящие. И это нередко находит отражение в состоянии нервной ткани.

Видеть без глаз

Попытаемся проиллюстрировать, насколько далеко простирается возможность мозга к перестройке собственных информационных потоков. Как известно, поступающие извне сигналы обрабатываются в различных районах мозга в зависимости от типа сенсорной системы, передавшей данные. Названия отделов неокортекса отражают эту зависимость: зрительная кора, слуховая кора, соматосенсорная кора. Очевидно, что, например, при повреждении глаз информация перестает поступать в зрительные центры и человек лишается зрения, несмотря на работоспособность соответствующего поля коры. Как поведет себя мозг, если зрительные сигналы начнут приходить к нему посредством сенсорной системы другого типа? Современный уровень развития электроники позволяет ответить на этот вопрос.

В настоящий момент разработано и тестируется устройство, помогающее слепым видеть при помощи языка. Прибор называется BrainPort и состоит из миниатюрной видеокамеры, крепящейся в районе лба, а также процессора, который помещается в руке, и небольшой решетки из электродов, накладывающейся на язык. Видеосигнал поступает от камеры в процессор, который переводит пиксели в электрические импульсы. Далее они направляются на поверхность языка, причем каждый электрод связан с определенным пучком пикселей. Интенсивность света корреспондирует с силой тока и продолжительностью электрических сигналов, которые ощущает язык.

Решетка обеспечивает также пространственную корреляцию: вспышка в центре зрительного поля будет соответственно отображена в виде импульса в середине решетки.

Слепые начинают видеть. Естественно, разрешение их черно-белого поля зрения ограничено числом электродов, которое пока невысоко. Но даже в этом случае им удается видеть не пятна, а предметы. Например, человек способен нажать кнопку лифта, читать буквы и цифры или взять со стола чашку, не расплескав содержимое. Мозг людей, имевших возможность использовать BrainPort, очень быстро освоил новую ситуацию. Вероятно, анализируя поступающие сигналы, мозг распознал в них паттерн, который в базовых чертах характерен для информации, обычно идущей от органов зрения. Совместив эти сигналы со знанием о движениях головы, мозг попытался построить картинку. Когда он убедился в наличии обратной связи, то стал учиться интерпретировать идущие от языка импульсы как визуальную информацию. Грубо говоря, он рекрутировал язык для выполнения функции глаз.

Язык в качестве «глаз» может показаться экзотическим выбором, но это не каприз исследователей. Слюна служит отличным проводником электрических импульсов, а нервные волокна расположены в языке очень близко к поверхности. При этом высока их плотность на единицу площади, за счет чего язык является крайне чувствительным органом. Практически идеальным для зрения. После глаз.

Вы это можете

Современные технологии позволяют продемонстрировать еще одну грань способности мозга перестраивать свою работу. Как и в первом примере с экспериментом Паскуаль-Леоне, речь идет о возможности сознательно влиять на электрическую активность мозга. Если в режиме реального времени снабжать сознание информацией о текущих физиологических параметрах организма (обычно остающейся для него недоступной), то эти показатели постепенно можно научиться менять и приводить в норму. Как известно, в естественной ситуации множество процессов, идущих в организме, сознание напрямую не контролирует. За деятельностью внутренних органов, желез, кровеносных и лимфатических сосудов, за обменом веществ и постоянством среды следит вегетативная нервная система. Человек не умеет усилием воли изменять свое кровяное давление, температуру конечностей или значение альфа-ритма мозга. Однако он может получать текущую информацию о состоянии систем своего организма посредством специальных визуализаций, например, геометрических фигур или диаграмм на экране компьютера. Для этого к испытуемому подключаются датчики, которые в режиме реального времени снимают показания и передают их в процессор. После необходимых преобразований, очищения и усиления сигналов, данные выводятся на экран. Наблюдая за ними достаточно долгое время, человек оказывается способен сознательно приводить эти данные к нужным значениям. Обычно это выглядит как изменение цвета фигур или высоты столбцов. Может быть также задействован звук. Другими словами, мозг учится входить в состояние, соответствующее «правильным» визуализациям, и оставаться в нем.

Как и в предыдущем примере с языковым зрением, мозг использует обратную связь, чтобы угадать предназначение поступающих данных и затем перестроить свою работу. Происходит условно-рефлекторное обучение вегетативной нервной системы путем подкреплений в форме видео-, аудио- или тактильных образов. Описанная способность мозга к саморегуляции дала развитие отдельному направлению научной медицины. В этой связи, как правило, используют термин neurofeedback (нейрофидбэк), или биологическая обратная связь. В настоящее время терапия применяется для коррекции различных психосоматических расстройств, включая эпилепсию, неврозы, панические атаки, дефицит внимания, мигрени, мышечные зажимы и т.д.

Саморемонт мозга

Вышеприведенные примеры иллюстрируют способность мозга быстро откликаться на изменившиеся обстоятельства и перестраивать свою работу. Электрическая активность (ритмы, прохождение сигналов, включение-выключение групп нейронов) — это то, что поддается коррекции в пределах минут, часов. Вместе с тем имеется другой класс проблем, прежде всего травмы, последствия которых возможно устранить или хотя бы в какой-то мере компенсировать только путем анатомических изменений в структуре мозга. Поврежденная часть не способна отрасти заново, как не может отрасти потерянный палец или конечность. Но мозг иногда оказывается в состоянии преобразовать имеющуюся ткань, сформировав уникальные структуры и проложив новые нервные пути. Это гораздо более долгий процесс, и он может занимать годы.

Не так давно медиков потряс случай американца Терри Уоллиса, который в 1984 г. в 20-летнем возрасте угодил в автокатастрофу, после которой впал в кому. Мозг получил серьезные повреждения, врачи исключили возможность какого-либо улучшения ситуации в будущем. Уоллис 19 лет находился в так называемом «состоянии минимального сознания» (minimally conscious state) и пришел в себя в 2003 г. В течение трех дней к нему вернулась способность разговаривать. Он хорошо помнил свою жизнь до катастрофы и полагал, что находится в середине 80-х. С течением времени большинство когнитивных функций восстановилось, хотя остались проблемы с памятью. Дважды его мозг изучали методом диффузионно-тензорной визуализации, diffusion tensor imaging (DTI). Исследования показали наличие анатомически уникальных, не характерных для обычного мозга структур. Мозг Уоллеса и не был обычным. Столкнувшись с задачей восстановления функций после обширных повреждений, он выработал альтернативную схему соединений, инициировав рост аксонов в сохранившихся отделах. На протяжении многих лет, незаметное со стороны, шло осторожное и кропотливое строительство нового мозга. И все это время поддерживался гомеостаз и жизнеобеспечение организма.

Приведенные выше примеры служат иллюстрацией лишь небольшой части феноменальных умений мозга видоизменять себя на ходу. Не так давно такое считалось маловероятным. В последние годы, с появлением современной аппаратуры, стало возможно заглянуть в происходящие трансформации и исследовать их научными методами. Нет сомнений, что в будущем нас ждут более удивительные случаи.

Разобравшись с механизмами пластичности, ученые со временем научатся провоцировать полезные изменения в мозге, чтобы помочь ему справиться с проблемами различного рода, как то: психические расстройства, старение, травмы. Это обещает повышение качества жизни (а иногда и ее спасение) миллионов людей. Диагноз перестанет звучать как приговор.