Лоббисты столкнулись лбами

Ритейлеры и поставщики делят будущие доходы в коридорах Госдумы

Лоббисты запутались в сетях. 11 ноября в Госдуме должно пройти второе чтение законопроекта о регулировании торговой деятельности. Вокруг документа ведутся беспрецедентные по своему накалу бои. Кто и за что борется — выяснял The New Times

Текст законопроекта изначально был полем для «перетягивания каната» между производителями и поставщиками продуктов, с одной стороны, и ритейлерами-продавцами — с другой. Разыгрываемый приз немалый: в чью пользу перераспределятся прибыли от продаж в самых популярных в стране сетевых магазинах, на долю которых приходится от 30% до 60% торгового оборота крупных городов. Однако лоббистский процесс зашел так далеко, что предсказать его результат не берется уже никто из участников.

Доступ к уху
Все началось с памятного летнего рейда премьер-министра Путина в один из столичных «Перекрестков». Его возмущение 120-процентной торговой наценкой на мясные продукты нашло мгновенный отклик в Госдуме: проект закона «О государственном регулировании торговой деятельности в РФ» был немедленно внесен правительством в парламент. Естественно, документ был направлен прежде всего на обуздание произвола торговых сетей, который не устраивал производителей и поставщиков. К элементам такого произвола относятся в первую очередь всевозможные бонусы, например, плата за вход, раскладка на наиболее выгодных местах, а также отсрочки по платежам и условия обратного выкупа товаров (см. подробнее The New Times № 23 от 15 июня 2009 года).

Нынешняя редакция законопроекта относит бонусы к «недобросовестным практикам», вводит жесткие сроки расчета с поставщиками, а главное — ограничивает число магазинов, которыми может владеть одна сеть в границах муниципального района (в случае, если оборот этой сети превышает 1 млрд рублей, а ее доля на рынке данного района больше 25%). Это наиболее болезненные для российских сетевых магазинов нововведения, принятие которых приведет к разрушению их бизнеса. Неудивительно, что в борьбе за свои интересы стороны задействовали все возможные ресурсы.

«Борьба между поставщиками и торговыми сетями идет с подключением лоббистских групп, — говорит руководитель Центра по изучению проблем взаимодействия бизнеса и власти, доцент ГУ-ВШЭ Павел Толстых. — Причем в качестве главных «ударных сил» используются федеральные ведомства». По словам эксперта, расклад сил следующий: Минпромторг отстаивает интересы ритейлеров, Федеральная антимонопольная служба (ФАС) — поставщиков, Минсельхоз традиционно лоббирует интересы крупных производителей сельскохозяйственной продукции, поэтому тоже выступает на стороне поставщиков. «После того как в 2008 году вопросы торговли перешли из ведения Минэкономразвития к Министерству промышленности, там появился департамент государственного регулирования внутренней торговли, — поясняет Алексей Третьяков, глава Санкт-Петербургской ассоциации малого бизнеса в сфере потребительского рынка. — Его возглавил Олег Сазанов, бывший исполнительный директор Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ). Когда за всю торговлю в государстве отвечает пусть бывший, но один из главных сетевиков страны, даже трудно назвать это лоббированием. Сюда больше подходит фраза сатирика Задорнова: «Тяжело бороться с компартией под ее руководством».

Однако даже такой мощный административный ресурс не спас ритейлеров. Лобби крупных производителей, в первую очередь сельскохозяйственных, оказалось мощнее. «Как только законопроект о торговле попал в Госдуму, стало ясно, что наши возможности слабее, — на условиях анонимности поделился с The New Times руководитель одной из крупнейших сетевых компаний. — Что вы хотите, если даже спикер парламента Грызлов публично заявляет, что пора «разобраться с торговой мафией»? Давний популистский лозунг «Во всем виновата торговля» оказался очень удобным для достижения политических интересов». По словам собеседника The New Times, мощное аграрно-промышленное лобби в лице Минсельхоза, которое тратит огромные государственные деньги, переложило свою ответственность за рост цен на плечи торговых сетей. По некоторым сведениям, в лоббистской борьбе Минсельхоз нашел поддержку в лице первого вице-премьера Виктора Зубкова, который имеет прямой «доступ к уху» премьера Путина.

Цена компромисса
Депутатский корпус проявил чрезвычайную чуткость к сигналам из Белого дома. Голосование за проект закона в первом чтении 11 сентября показало предсказуемое единодушие: 350 — за, 4 — против. Ничего удивительного: законопроект вышел из Белого дома, возмущенного произволом ритейлеров, а значит, партия власти, при всем разнообразии интересов ее отдельных членов, проголосовала, как было приказано. В ходе дебатов по проекту закона особым рвением отличилась депутат от «Единой России» Ирина Яровая: количество ее выступлений в прессе в защиту отечественного производителя бьет все рекорды. В ответ на обвинения в лоббизме депутат Яровая на парламентских слушаниях 20 октября отметила большое количество «заказных исследований» по проекту закона о торговле, якобы представленных депутатам для того, чтобы «оказать давление».

Каждый законопроект в России, как известно, имеет свою цену. Но беготня лоббистов по коридорам Думы с сумками, набитыми купюрами, — вчерашний день. Сегодняшняя практика такова: министерство-куратор сводит тех, кого оно лоббирует, с заинтересованными депутатами, опосредованно имеющими какой-либо бизнес. Если нужные поправки проходят, «должник» депутата заключает с народным избранником выгодную сделку. Есть и свои таксы. «Принятие законопроекта в Госдуме стоит от $150 тыс. до $5 млн, — просвещает Павел Толстых. — Цена зависит от наличия системных противников. Чем они сильнее, тем больше сумма». Понятно, что закон о торговле попадает под самую высокую таксу. Впрочем, убеждены собеседники The New Times, решающую роль в формулировках закона могут сыграть не столько деньги, сколько очевидный заказ «сверху» на лоббирование интересов производителей.

Тем более что ряды сетевиков подкосили и неоднородные интересы в их среде, считает директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко. По его словам, ограничение доли рынка для сетей в рамках муниципального образования в пределах 25% невыгодно компании Х5 Retail Group (владеет «Пятерочкой», «Перекрестком» и «Каруселью»), которая занимает около 30% рынка Санкт-Петербурга, зато выгодно собственникам «Седьмого континента» (Александру Занадворову и депутату Госдумы Владимиру Груздеву), поскольку доля этой сети в Москве невелика и ограничения на экспансию конкурентов увеличивают ее стоимость. Также эта норма вполне устраивает западные сети, которые используют крупные форматы — гипермаркеты и создают не более одного-двух магазинов в пределах муниципального района. Об этом открыто заявили, в частности, представители «Ашана».

Ненужный закон
Разнонаправленные лоббистские атаки привели к тому, что законопроект оброс гигантским числом поправок — их оказалось около 400, из которых в ходе обсуждения на рабочей группе, по словам Виктора Звагельского, заместителя председателя Комитета по экономической политике Госдумы, осталось около 150. Самая скандальная статья 16, определяющая порог доминирования сети в 25% и вызывающая максимум споров, пока зависла: Федеральная антимонопольная служба получила от Росстата предупреждение, что статистики не имеют методики для подсчета доли сетей. Теперь ФАС склонен отсрочить вступление в действие данной статьи на несколько лет.

Главная схватка на рабочей группе шла по нескольким вопросам. «Бонусы, то есть входные билеты в сети, будут жестко отменены, — обещает Виктор Звагельский. — Во всем мире сети создают преференции для начинающих брендов, у нас все наоборот». Вводится также предельная наценка на социально значимые товары — в случае, если их цена в течение месяца подскочила более чем на 50%. «Это очень важно для сельхозпроизводителя, — замечает депутат. — Именно на его продукцию наценка делается сейчас 140–150%. То есть трехрублевая морковка продается в сети по 27 руб. за кг». Наконец, определены жесткие сроки оплаты товара: 10 дней — для скоропортящихся товаров, 40 дней — для всех остальных. «Сегодня сеть может не заплатить поставщику, если товар не продан или испорчен по ее вине, — говорит Звагельский. — С новым законом она будет обязана отдать деньги в любом случае».
Однако в России, как известно, между законом и его исполнением — большая дистанция. «Поставщиков будут толкать в сторону серых и черных форм торговли, так как с цивилизованным ритейлом им станет работать сложнее, — заявил The New Times Юрий Кобаладзе, управляющий директор компании X5 Retail Group. — Правительственный вариант проекта закона был болезненным, но реальным компромиссом, уравновешивающим пожелания всех участников процесса. Поправки, внесенные в последнее время, ставят на этом компромиссе крест. Этот закон никому не нужен – ни нам, ни производителям и поставщикам, ни потребителям».
Самое парадоксальное: в результате лоббистских схваток под ковром законопроект перестал устраивать даже тех, кто был изначально в нем заинтересован. «Из-за неграмотных действий законодателей, которые могут зарегулировать рынок, поднимутся цены и сократится присутствие товара на полках», — заключает Давид Якобашвили, председатель совета директоров компании «Вимм-Билль-Данн».

---

На долю торговли в России приходится 20,7% ВВП и 70% предприятий в сфере малого и среднего бизнеса. Сегодня торговля предоставляет 18% всех рабочих мест в стране. За первое полугодие 2009 года отрасль принесла в госбюджет 316 млрд рублей. Однако с января по август этого года падение отрасли составило 5,3% (по сравнению с аналогичным периодом прошлого года).

Источник: Минпромторг