Горбачев о падении Берлинской стены: объединение Германии было неизбежным

От преодоления раскола в центре Европы, символом которого почти 30 лет была Берлинская стена, выиграли все, но это решение потребовало немалого мужества от советского руководства. Об этом в интервью ИТАР-ТАСС рассказал бывший президент СССР Михаил Горбачев.

"Это событие, которое не упало, как манна небесная. На самом деле очень трудный путь к этому дню был", - сказал он.

"Если бы, не было у нас перестроечных процессов, и новое поколение уже не оказалось у власти здесь, если бы не начались демократические перемены, если бы мы не пошли по пути демократии, если бы вслед за нами не пошли страны Восточной и Центральной Европы, трудно предположить, что было бы", - добавил Горбачев.

"Но главное - это то, что произошло, что произошло с немцами и нами, русскими, главными участниками той страшной, кровавой войны. Мы все-таки прошли очень сложный путь. Ведь, по сути дела, произошло примирение между двумя народами. Это самое важное и главное", - подчеркнул он.

Горбачев, которого нередко упрекали за то, что он не предъявил более жестких условий объединения Германии, убежден, что историческая правда на его стороне.

"Все выиграли! Да упрекали и упрекают сейчас. Потому что ничего не знают, но обсуждают все эти вопросы. Но надо бы в таких крупных вопросах отказаться от легких суждений и наскоков кавалеристских", - заметил он.

Бывший советский лидер убежден, что объединение Германии было неизбежным. "Пришло время, когда немцы должны были стать едиными. И ясно, что мы должны были опираться и на тех и на других", - говорит Горбачев, объясняя, почему возглавив страну начал "дружить" с другими немцами - не восточными и западными.

Главную роль в объединении Германии сыграли русские и немцы, убежден Горбачев. Если говорить о политических лидерах, то, "что тут считать: один столько сделал, а этот столько". "Это была тяжелая работа, политическая борьба даже с друзьями и партнерами", - признался он, напомнив, в частности, что президент Франции Франсуа Миттеран "говорил: мы так любим немцев, что хотим, чтобы было две Германии", а премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер вообще была против, "говорила: мы так любим немцев, что хотим, чтобы ничего не трогали и все существовало, как есть".

"Главные герои объединения - русские и немцы. Без этих двух героев - русских и немцев - никто был не решил этого вопроса", - подчеркнул он. "Если бы Советский Союз не хотел, ничего бы не было, никакого объединения. И что бы произошло, не знаю, может быть, третья мировая война", - добавил Горбачев.

"Если говорить об уроках, то урок один: не надо стены ставить, возводить. Сейчас, между прочим, разделительные линии опять появляются. А надо жить в мире, в Европе, в этом доме европейском с разными дверями и окнами. Надо вести диалог. Надо воспользоваться богатейшим культурным и историческим опытом Европы. Только Европа в сотрудничестве с Россией и США сможет сыграть свою роль и в глобальных процессах, в строительстве нового миропорядка", - убежден бывший советский лидер.

Что касается "разделительных линий", то теперь, спустя 20 лет, обидно, по словам Горбачева не только это. "Я вел честную политику, открытую политику, политику, чтобы сделать все через демократию и без крови. И это мне самому дорого обошлось, - сказал он. - Многое не состоялось, из того, что должно было состояться. Потому что Запад и прежде всего США рассчитывали, что полная монополия теперь у них в руках и они будут вершить судьбу. В общем, заболели комплексом победителей. Вот этот комплекс победителя дорого обошелся. Многое уже можно было бы решить. И в Европе не было бы войн. Так что из этого надо извлечь уроки".

Что касается падения Берлинской стены, то это лишь один из эпизодов окончания "холодной войны". Горбачев убежден, что судьба ее была предрешена. "Я в ту ночь просто спал. Ничего нового для меня тут не было. Все шло к этому", - рассказывает он, не скрывая гордости за то, что удалось решить все мирным путем.

"Я горжусь тем, что мы нашли такой подход, что учли чаяния, и то, что нужно всем, чтобы у нас это самое больное место было ликвидировано. И дело не в стене. А в том, что расколота была страна в центре Европы, огромный народ. И надо было сделать так, чтобы все наши войска, которые там находились, а это около 400 тысяч, оставались на своих местах. Позиция была такая: пусть немцы решают сами. Вот они решили. И я думаю, решили неплохо. Я горжусь тем, что мы пошли на это. Мы - это мы все, не только участники коалиции, но все страны Западной и Восточной Европы", - заключил Горбачев.