21 января 2010, 21:17 Политика

Голубович взял показания обратно

Алексей Голубович изменил показания по поводу ЮКОСа

Светлана Бочарова Бывший топ-менеджер ЮКОСа Алексей Голубович, выступающий на процессе Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, изменил показания. Он оценил как неравноценную сделку, которую во вторник назвал «справедливой». Раньше его показания усиливали позицию защиты, теперь играют на руку обвинению.

В четверг в Хамовническом суде Москвы на процессе по второму уголовному делу экс-главы ЮКОСа Михаила Ходорковского и бывшего руководителя МФО МЕНАТЕП Платона Лебедева продолжился допрос бывшего сотрудника обеих этих компаний Алексея Голубовича. Во вторник бывший директор по стратегическому планированию и корпоративным финансам ЮКОСа обнадежил своими показаниями сторону защиты, подтвердив, что одна из интересующих обвинение сделок ― мена акций дочерних предприятий Восточной нефтяной компании (ВНК) на 36 млн акций ЮКОСа в 1998 году ― была справедливой и вынужденной: таким образом ЮКОС защищал акции ВНК от притязаний швейцарской компании «Биркенхольц», добившейся в суде ареста акций. В суде не раз отмечалось, что эта компания связана с еще одним свидетелем обвинения Евгением Рыбиным, допрошенным в самом начале процесса. Обвинение настаивает на том, что обмен акций между дочками ВНК и ЮКОСа не был эквивалентным: ВНК, по мнению обвинителей, стоила гораздо дороже пакета ЮКОСа.

В четверг Голубович пришел в суд совсем в другом настроении. Встав на трибуну и беспомощно оглядев правый угол зала, где сидит пресса, свидетель попросил у суда время для заявления. Продемонстрировав газету «Ведомости», Голубович сообщил, что адвокат Ходорковского Вадим Клювгант неверно интерпретировал его вторничные показания, и попросил защиту «воздержаться от комментариев», по крайней мере на то время, пока он дает показания. Ранее Клювгант сказал журналистам, что Голубович расценил сделку как законную и необходимую.

«Я не делал таких признаний», ― заверил Голубович слушателей, часть из которых присутствовали на предыдущем заседании и записывали его показания на диктофоны. Там была его фраза: «На тот момент у меня не возникало сомнений, я полагал, что это справедливый обмен (акциями)».

Кроме того, Голубович заявил, что распространяемые СМИ сведения о том, что он и его семья находятся под программой о защите свидетелей, а также о том, что он проходил обвиняемым по делу об обмене акций дочек ВНК на акции ЮКОСа, не соответствуют действительности и наносят ему «ощутимый ущерб».

Защита Ходорковского и Лебедева комментировать выступление свидетеля не стала ни в ходе заседания, ни по окончании. Зато Голубовича горячо поддержал прокурор Валерий Лахтин, немало натерпевшийся от Лебедева и адвокатов, не упускающих случая указать обвинителю на многочисленные упущения в работе. Прокурор обиженно отметил, что просьба Голубовича соответствует закону, который предписывает уважать личность свидетеля, а защита не права, когда комментирует обстоятельства процесса до его завершения.

Лахтин принялся задавать Голубовичу те же вопросы, что и во вторник. Свидетель отвечал на них иначе, чем раньше.

Он, в частности, рассказал, что, со слов бывшего главы правового управления Дмитрия Гололобова, решение совета директоров о сделке мены не было единогласным. Сообщил, что по поводу этой сделки его вызывали к прежнему министру экономического развития Герману Грефу, который хотел услышать разъяснения о ее обстоятельствах. После того как было возбуждено уголовное дело по факту сделки, стало ясно, что кто-то из участников совета директоров не только голосовал против сделки, но и жаловался на решение в правоохранительные органы. Грефу, по воспоминаниям Голубовича, он сказал, что сделка предусматривает обратный обмен акций. На вопрос, почему акции не были возвращены ВНК ни в 99-м, ни в 2000 годах, когда угроза со стороны «Биркенхольц» миновала, Голубович ответил предположением о том, что для этого «могли быть какие-то экономические причины». Нехотя подтвердил подозрения Лахтина о том, что, пока акции дочек ВНК находились у ЮКОСа, сами эти дочки находились у ЮКОСа «в подчинении», а также о том, что «36 млн акций ЮКОСа не могли стоить столько же, сколько все активы ВНК», отметив, впрочем, что документов оценки не видел.

Наконец, Лахтин задал «контрольный» вопрос: «Был ли эквивалентным обмен акций дочек ВНК на акции ЮКОСа в 98-м году?» «По моему мнению, не был. Но нужно оценку посмотреть», ― с каким-то даже облегчением ответил Голубович.

В пятницу допрос Голубовича продолжится.