Кремлевские планы и планки

«Мы изменились», — заявил на Санкт-Петербургском экономическом форуме Дмитрий Медведев

Прошлогодний Петербургский форум проходил под знаком борьбы с кризисом, нынешний — под знаком «начала его конца». На прошлом форуме президент Медведев констатировал недостатки российской экономики, которые не удалось преодолеть за «тучные»...

Прошлогодний Петербургский форум проходил под знаком борьбы с кризисом, нынешний — под знаком «начала его конца».

На прошлом форуме президент Медведев констатировал недостатки российской экономики, которые не удалось преодолеть за «тучные» годы — на этом форуме он был предельно оптимистичен и предсказывал, что Россия будет «соучредителем нового мирового экономического порядка и полноправным участником коллективного политического лидерства в посткризисном мире».

На прошлом форуме он говорил, что кризис «приведет к переформатированию мира» — на этом форуме он заявил: «Прошел год. Произошло нечто большее: мы изменились».

«Лопнули пузыри, которые создавали иллюзию процветания и мифы, казавшиеся реальностью», — заявил Медведев. И тут же выстроил собственный проект: Россия должна стать «страной, где благополучие обеспечивается не сырьевыми ресурсами, а инновационной экономикой, и «страной, куда будут стремиться люди со всего мира в поисках своей мечты».

Назвав создание комфортных условий для инвесторов «важнейшей задачей», президент напомнил, что некоторое время назад он «изменил правила работы правоохранительных органов в отношении бизнеса» и что «теперь уже по закону ограничены возможности ареста предпринимателей при расследовании экономических преступлений». После чего объявил об отмене с 2011 года налога на прирост капитала при осуществлении долгосрочных прямых инвестиций, заявил об упрощении миграционного режима для приезжающих высококвалифицированных специалистов, о сокращении в пять раз числа стратегических предприятий и обещал «улучшение визовых правил» для тех, кто хочет делать бизнес и карьеру в России.

Иностранные участники зааплодировали — но вряд ли кто-то из них не вспомнил, что упомянутый президентом закон, запрещающий арест предпринимателей, был уверенно проигнорирован российскими судами в «деле Ходорковского». И никто в этой ситуации не поручится, что инвестиции в России (тем более — долгосрочные) будут реально находиться под защитой.

Прочее в президентской речи было серьезными пожеланиями. Превращение Москвы в финансовый центр, рубля — в резервную валюту, а Сколкова — в «уникальную для нашей страны систему отбора, реализации, коммерциализации и последующей поддержки инновационных проектов» — все это должно исполниться в неопределенном будущем. Ни слова не было сказано о коррупции и невозможности экономической модернизации без политической реформы. У меня сложилось впечатление, что решать экономические задачи Медведев рассчитывает, не меняя политического устройства.

На других сессиях ПЭФа прозвучали некоторые новые идеи, хотя и не слишком радостные.

Вице-премьер и министр финансов Алексей Кудрин отметил, что российская экономика хотя и растет, но темпы роста с каждым годом все больше отстают от «докризисных» прогнозов правительства. Еще он заявил о триллионном дефиците бюджета Пенсионного фонда и неизбежности повышения пенсионного возраста: мол, «когда мы это решим — через год, через два, через пять, — это не так важно сейчас, но это придется сделать». И обещал существенное увеличение акцизов на бензин, алкоголь и табак — что немедленно увеличит цены.

Пенсионную тему продолжил экс-министр труда и социального развития, а ныне сенатор Александр Починок, назвав российскую пенсионную систему «аттракционом неслыханной щедрости» и констатировав провал программы «софинансирования пенсий», в которую включилось всего 5% работающих граждан. После чего призвал отказаться не только от «солидарной» пенсионной системы, но и вообще от пенсионного возраста. Мол, каждый должен сам позаботиться о своей будущей пенсии, а государство должно только с определенного возраста «включать пособие на бедность».

В ответ глава Пенсионного фонда Антон Дроздов уверил, что, по расчетам ПФР, до 2070 года банкротство пенсионной системы не наступит. На что Починок язвительно заметил, что за последние 20 лет «ни один расчет, связанный с пенсионным законодательством, не оправдался».

На сессии, где обсуждали «Инноград» в Сколкове, глава «Роснано» Анатолий Чубайс (по словам помощника президента Аркадия Дворковича, он «первый поверил в этот проект») заявил, что это позволит создать «новое качество», которого нет в действующих технопарках, наукоградах и особых экономических зонах. А Виктор Вексельберг признался, что предложение возглавить проект стало для него неожиданным, и радостно заявил, что его «удивила общественная реакция» и готовность многих крупных компаний мира в нем участвовать.

Присутствовавшие представители целого ряда таких компаний (в том числе один из руководителей компании «Нокиа», бывший премьер-министр Финляндии Эско Ахо) охотно подтвердили эту готовность. Которая, впрочем, легко объяснима: они понимают, что Сколково — источник денег, что их вложения в Сколково будут надежно защищены и что все проблемы будут решаться быстро и в отсутствие обычной российской бюрократии и коррупции.

Бывший глава корпорации «Интел» Крейг Барретт заметил, что инвестировать надо в первую очередь в новые идеи. И что, «если у вас есть хорошее образование и идеи, — надо создать условия, когда умные люди могут применить новые идеи, чтобы была возможность быстро начать бизнес». По его словам, надо в первую очередь создать соответствующую «атмосферу», при этом важны не столько «физические» примеры таких инновационных центров, как Сколково, сколько «виртуальное предпринимательство», когда «общество своей культурой поддерживает это».

Вексельберг продолжил мысль Барретта (который согласился стать координатором иностранных участников проекта): главная задача — создать «климат, среду свободного творческого предпринимательства». И заявил, что это «таинство и загадка». Вообще-то эту загадку мир давно уже разгадал: вся страна должна быть свободной, а не только Сколково — тогда и климат будет соответствующим.

«Можно построить островок свободы и успешного бизнеса, если во всей стране эти условия не обеспечены?» — спросил обозреватель «Новой» у Аркадия Дворковича. «Мы будем шаг за шагом обеспечивать эти условия во всей стране, — последовал ответ. — Всегда надо с чего-то начинать. Начнем делать то, что можно сегодня, и будем двигаться вперед». На вопрос о том, сколько времени нужно, чтобы «обеспечить условия» во всей стране, Дворкович ответил: «Несколько лет».