Медведев признался, что спорный закон о ФСБ разработан по его прямому поручению

Президент РФ Дмитрий Медведев заявил в четверг на совместной пресс-конференции с канцлером ФРГ Ангелой Меркель в Екатеринбурге, что поправки в закон о ФСБ, взывавшие бурную критику правозащитников, готовятся по его прямому поручению. Эти слова главы государства стали первой официальной реакцией Кремля на громкий законопроект. Ранее противники документа обещали "дойти до президента" в своей борьбе против расширений полномочий ФСБ.

На пресс-конференции немецкая журналистка спросила Меркель, считает ли она, что Россия находится "на верном пути" в области создания правового государства и соблюдения прав человека, учитывая тот факт, что убийство правозащитницы Натальи Эстемировой спустя год не расследовано, а в Думе в третьем чтении обсуждается новый закон о ФСБ (Госдума рассмотрит законопроект, расширяющий полномочия Службы безопасности, в пятницу, 16 июля).

Медведев решил ответить первым, поскольку, по его словам, часть вопроса журналистки "адресована Ангеле, но посвящена России", сообщает GZT.RU.

- По иронии судьбы, "Мемориал" обратился к президенту как к последней адекватной "инстанции"
- Правозащитники и оппозиционеры еще рассчитывают на Миронова: его партия против закона
- Киллер, расстрелявший Наталью Эстемирову, установлен и объявлен в розыск, сообщил Медведев
- Саммит РФ-ФРГ: Меркель осадила Медведева, но в России этого не поняли

ВИДЕО пресс-конференции длительностью около получаса представлено на сайте телеканала "Вести". Вопрос к Меркель звучит на 23-й минуте. Медведев, слушавший перевод через наушник, очень иронично криво усмехается и говорит вопросительно-утвердительным тоном: "Ну я начну?". Меркель не показывают, но с ее стороны, видимо, не было попытки незамедлительного ответа.

"Я бы не очень хотел сейчас комментировать те изменения в законодательстве, которые у нас проходят, но раз уж вы об этом сказали, во-первых, я хотел бы обратить внимание на то, что это наше внутреннее законодательство, а не международный акт. Во-вторых, каждая страна имеет право на совершенствование своего законодательства, в том числе и в отношении спецслужб", - сказал президент.

"И мы будем это делать. И то, что сейчас происходит, - я хотел бы, чтобы вы об этом знали, - сделано по моему прямому поручению", - заключил Медведев.

Ангела Меркель в свою очередь заметила, что дискуссии в российском обществе относительно нового закона показывают, что не все в стране происходит "за закрытыми дверями". Канцлер ФРГ считает это позитивной тенденцией. "Но то, что в Германии на эту тему была бы другая дискуссия, - это между нами обоими и так тоже понятно", - подчеркнула Меркель.

"Мемориал" напрасно надеялся на "адекватную реакцию" главы государства

Между тем, "признание" Медведева стало своего рода ударом для российских правозащитников и оппозиционеров - по иронии судьбы, именно в четверг они обратились к президенту как к последней "инстанции", от которой можно ожидать адекватной реакции на спорный законопроект.

"Мы не питаем решительно никаких иллюзий относительно судьбы этого законопроекта: нет сомнений, что 16 июля Дума одобрит его в третьем чтении. Однако у нас нет и оснований сомневаться в юридической компетентности главы государства. И мы не теряем надежды на то, что когда этот закон, частично - бессмысленный, а частично - опасный для общественной свободы, поступит на подпись к президенту РФ, тот оценит его надлежащим образом и наложит на него вето", - говорится в обнародованном в четверг заявлении международного общества "Мемориал".

"Полномочия Федеральной службы безопасности в нашей стране давным-давно вышли за всякие разумные рамки. ФСБ в России - больше, чем спецслужба; она наделена даже правом вести следствие по ряду преступлений. Теперь к ФСБ отходит еще одно полномочие прокуратуры - профилактика", - подчеркивают правозащитники.

"Теоретически, профилактика преступлений - вполне благородная и гуманная задача: остановить человека, находящегося на грани совершения преступных деяний, объяснить ему возможные последствия его действий и тем предотвратить преступление - куда как лучше, чем отправлять его за решетку, - продолжают они. - Однако попытки юридически регламентировать профилактическую работу - заведомо бессмысленны".

"Если "предостережение" регламентируется законодательством, если оформляется "юридический" механизм этого предостережения, то оно неизбежно становится орудием политического запугивания. Попытка скрестить право с заведомо неправовым механизмом политической репрессии неизбежно приводит либо к разрушению права, либо к неэффективности репрессии. В данном случае, по-видимому, имеет место и то, и другое", - заключают авторы заявления.

Правозащитники и оппозиционеры еще рассчитывают на Миронова - его партия против закона

Одновременно с открытым обращением к спикеру Совета Федерации Сергею Миронову обратились около 80 видных правозащитников, оппозиционеров и общественных деятелей. Оно размещено на сайте Общероссийского общественного движения "За права человека" и озаглавлено "В защиту Конституции России: закон о спецпрофилактике подписывать нельзя!".

Авторы документа считают, что "несмотря на утверждения, что в данный закон внесены исправления, учитывающие критику со стороны специалистов и общественности, концепция предлагаемого закона остается прежней и чрезвычайно опасной".

"Законопроект, расширяющий полномочия ФСБ, отказывается от законных рамок ее деятельности, - рассуждают они. - Законопроект сосредотачивает в руках ФСБ тройные функции: по сбору сведений о любых законных действиях граждан, т. е. по осуществлению тотальной слежки; по бесконтрольной их оценке как создающих условия для совершения преступления и по предъявлению официальных требований гражданину - в отсутствие устанавливаемых законом, а значит, произвольно определяемых на практике санкций за их невыполнение. Реализация всех этих функций носит заведомо внепроцессуальный и избирательный характер!"

"Общественность в России и за рубежом уже отметила, что новый законопроект возвращает ФСБ полномочия спецслужб тоталитарного режима. Инициаторы, скорее всего, рассчитывают создать юридический инструмент для массового запугивания недовольных, инакомыслящих и критиков власти - в том числе органов ФСБ", - делают вывод авторы обращения.

По их мнению, законопроект стал "ответом на критику спецслужб в связи с их действиями на Северном Кавказе и терактами в Москве 29 марта 2010 года". "Все это напоминает стремление разбить зеркало, "посмевшее" отразить неудобную действительность".

Среди подписавших документ - глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, видные правозащитники "Мемориала", а также юристы, журналисты, писатели, деятели оппозиции.

Отметим, возглавляемая Мироновым "Справедливая Россия", как и КПРФ, ранее заявила, что этот законопроект не имеет отношения к профилактике терроризма, а направлен на "борьбу с инакомыслящими".

Закон о ФСБ (справка)

Законопроект "О внесении изменений в Федеральный закон "О Федеральной службе безопасности" и в Кодекс РФ об административных правонарушениях был принят депутатами Госдумы 9 июля во втором чтении. Документ расширяет полномочия ФСБ в области профилактики правонарушений.

В частности, он вводит административную ответственность за неповиновение законному требованию или распоряжению сотрудника ФСБ и воспрепятствование исполнению им служебных обязанностей. Правонарушение будет наказываться штрафом на граждан в размере 500-1000 рублей или административным арестом до 15 суток; для должностных лиц - штрафом 1-3 тыс. рублей, для юридических - 10-50 тыс. рублей. Ко второму чтению законопроект был дополнен примечанием, согласно которому эти положения не распространяются на граждан в случае применения в отношении них мер профилактики.

Госдума рассмотрит законопроект в третьем чтении 16 июля. Оппозиция и правозащитники считают документ "дубиной над головой оппозиционера". Уполномоченный по правам человека при президенте РФ Владимир Лукин назвал его "антифээсбэшным законом, дискредитирующим ведомство". По мнению омбудсмена, законопроект "содержит слишком много мутных штуковин". Слова Лукина вызвали критику со стороны его региональных коллег, обвинивших омбудсмена в недостаточной твердости позиций.