Date
Author
Александр Беляев; Where Moscow
Source
Preserved copy
Original Material
Не хочу на U2
Жизнь не стоит на месте. За последние месяцы меня раз двести спросили, иду ли я на U2 и если иду, то по аккредитации или как. Вопрошающие были уверены, что иду я не «или как», а именно что по аккредитации, причем с каким-нибудь сумасшедшим бейджем-вездеходом. И заранее завидовали черной завистью бездельнику-журналюге, которому абсолютно точно достается за бесплатно все лучшее в жизни. (Кроме разве что денег.) В те же месяцы иногородние полузнакомцы пару раз просили меня забрать из офиса продавца билеты, купленные по Интернету. Один раз за эту «работу» предложили «гонорар» в тысячу рублей. Не съездил я лишь потому, что дежурил в редакции. (Зря смеетесь -- «штука» на дороге не валяется. Либо я не теми дорогами хожу.) И всем этим спрашивающим/просящим я не решался сказать, что сам-то на U2 не пойду. Потому что не хочу.
И вроде аккредитаций никто не отменял (хотя ходили такие кошмарные слухи). И вроде даже еще вчера в кассах были билеты (и не самые дорогие). Инсайдер из компании-промоутера слила мне информацию: сцена круглая, это сбивало с толку людей, покупавших дорогие билеты на места, которые в реальности отнюдь не самые лучшие. Ну не знаю. Проверить все равно не смогу. Потому что не пойду. Потому что не вижу в этом смысла. Хотя очень серьезно отношусь к своему ремеслу. Стараюсь посещать все концерты, слушать все новинки и читать все рассылки музыкальных контор -- даже откровенную ахинею про то, как у какой-нибудь певички силикон из правой груди перетек в левую ягодицу. Читаю про плохое и слушаю плохое. Потому что «если б не было зимы, мы б не знали лета», как пела одна замечательная певица. Или, как убеждал жену один сомелье: «Ты ничего не понимаешь в хорошем красном вине, потому что не пробовала плохого».
Между тем U2 я обожаю. Собрал лучшие их альбомы в «родном» виде. Могу сыграть пару песен на гитаре. Слышал, наверное, все, и почти все мне нравится. U2 я впервые услышал в 1991 году в Штатах, куда поехал по школьному обмену. Я жил в интеллигентной итало-ирландской семье, и понятно, что для них U2 были как для русских Галич, Окуджава и Высоцкий вместе взятые. Для меня U2 на фоне тогдашней музыкальной конъюнктуры (глэм-рок, рэп, зарождающийся гранж) стали откровением и освежителем вкуса, как чистая родниковая вода. Удивительное дело: музыка простая, витальная, но крайне оригинальная. Все песни разные, все «садятся на уши», запоминаются, но запоминаются не как попса какая-нибудь, а как хороший афоризм, в котором сплелись юмор и мудрость. Голосом вокалиста Пола Хьюсона по прозвищу Боно восхищался сам Фрэнк Синатра. Какие тут еще рекомендации нужны?
U2 -- чистый образец чистого таланта и самородка. Конечно, у них были и предтечи, и аналоги. Waterboys, the Smiths, R.E.M. -- много кто из гитарного рока 80-х. Это мы ни черта не знали. То есть я.
Никому из моих друзей U2 тогда не нравились, несколько лет я слушал их в гордом одиночестве. Широкое общественное мнение их тоже игнорировало: очень мало видел я альбомов U2 и в студиях звукозаписи, и в пиратских ларьках, и на старой «виниловой» «Горбушке». Хотя концертная версия песни Pride была издана в СССР аж в 1989 году. Да, точно: держу в руках двойную пластинку Greenpeace. Breakthrough, где она идет первой. «Апрелевский ордена Ленина завод грампластинок. 1989. Зак. 51. Тираж 350 000». Обратите внимание на последнюю цифру. Сколько же народу услышало песню. Ноль реакции.
А потом пополз какой-то странный тренд. В середине 90-х городская молодежь, более или менее модная, студенческая по преимуществу, начала слушать U2. Не помню, с чего вдруг интерес проснулся; подозреваю, что виной клип на песню One, что опубликована была еще в 1991-м (альбом Achtung, Baby). Потом оказалось, что все ждут нового альбома U2. Он вышел под названием Pop, вскоре последовали видеокассеты с туром Pop Mart. И тут у меня в голове произошел сдвиг. Если записи предыдущего тура отдавали чем-то китчевым и пропагандистским, то в Pop Mart это все дошло до абсурда. Это был никакой не поп-арт или постмодерн, а самый настоящий китч. Но в шоу-бизнесе ведь как: если ты сделал что-то помпезное/масштабное, то следующее твое свершение должно быть еще более масштабным, иначе люди не поймут. Финансовая пирамида. Плюс возня Боно с политиками и благотворителями. Плюс возня с Боно Нобелевского комитета, вдруг решившего, что артист заслуживает выдвижения на ихнюю премию мира.
В общем, никто не заметил, как квартет, некогда простые парни, группа без имиджа, превратился в гламурных политизированных клоунов. Характерно, что новые поклонники U2, говоря о группе, чаще пользуются глаголом «видеть», чем «слышать», и существительным «шоу», а не, допустим, «песня», «концерт» или на худой конец «саунд». А еще на их «шоу» нужно непременно «ездить», желательно в какую-нибудь приятную европейскую столицу вроде Берлина. Заодно прибарахлить какой-нибудь Sonderangebot и пивка попить. «Вот такая вот музыка, такая, блин, вечная молодость!» При этом про новые альбомы принято говорить с прохладным одобрением, используя бессодержательное прилагательное «неплохой». А старые альбомы лучше вообще не упоминать. Почему U2 у нас оценили так поздно и какой смысл их слушать сейчас -- я не понимаю. Кто понимает, пусть напишет на форуме на сайте, буду крайне признателен. А вообще подозреваю, что в таких вот массовых помешательствах давно разобрался Антон Павлович Чехов, известный доктор. В его рассказе «Брожение умов» два человека смотрели на стаю ворон. Прохожие тоже останавливались и тоже смотрели, силясь понять, что узрели любители природы. Собралась огроменная толпа. А зачем, никто не понял.
Тем не менее надеюсь, что брожение умов сегодня вечером на Большой спортивной арене «Лужников» будет иметь смысл. Очень надеюсь. Я ведь тоже поклонник, как ни крути.