В оппозиции

Письмо к тем, кто его прочтет

29 ОКТЯБРЯ 2010 г. АНТОН ОРЕХЪ



Знаете, я два дня молчал. Потому что — ну кто я такой? Я не принадлежу к видным деятелям либерального движения, не выступаю на митингах, не вхожу ни в какие демократические структуры. Просто говорю на радио и пишу временами в «ЕЖ». И вот я ждал, что кто-нибудь из тех, кто входит, выступает, участвует, кто пользуется действительным авторитетом и влиянием в демдвиженииЮ что-нибудь уже скажет об этом. Я имею в виду выступление Лимонова по поводу Людмилы Алексеевой. Выступление абсолютно хамское. По одному только тону. Я не говорю уже про содержание. Просто откровенно хамское. По-человечески, по-мужски. И не в политике дело. Речь все-таки идет о женщине, причем, увы, не молодой. О человеке, чьи заслуги перед правозащитным движением в нашей стране не просто велики – огромны! Людмила Михайловна всей своей жизнью, десятками лет и десятками поступков всем всё давным-давно доказала. И уж точно не Лимонову ее учить.

Он был когда-то интересным писателем и ярким хулиганом. Писательство его, к сожалению, исчерпалось, а хулиганство осталось. Человеку хочется быть в центре внимания. И он выбрал для себя путь политического борца. Будучи человеком большого таланта, придумал действительно эффектную идею со Стретегией-31. Но при этом я ни одной секунды не сомневался тогда и тем более не сомневаюсь сейчас: никакая 31-я статья, никакая Свобода для него не являются главным. Главное – Бунт. Он будет бунтовать всю жизнь. На Триумфальной или где-то еще. По поводу 31-й статьи или по какому угодно другому поводу. Он будет национал-большевиком под флагом фашистского типа, будет демократом, будет кем угодно – лишь бы быть.

И дело не в 1500 согласованных участниках или 800, или 200. Если речь идет о свободе митингов, то здесь важен принцип, а не количество. Хотели Триумфальную – получили Триумфальную. И это — победа вне зависимости от того, 800 человек туда придут или вдвое больше. Но Лимонову это не интересно. Потому что его целью всегда будет драка. Разрешили бы 1500 – а почему так мало, почему не 3000? Или 5000? (И кстати: а что так уперлись в 1500? Почему 800 – мало, а 1500 – в самый раз?) У этой акции когда-то была благородная цель, а теперь у нее цель лимоновская. День, когда власти разрешат митинг с любым количеством участников и никого не побьют, станет для Лимонова черным. Потому что на мирном митинге без поножовщины ему просто нечего предъявить! Ему там будет скучно! Какие требования, какие лозунги? Да никаких – он не готов идти «с Алексеевой на разрешенный митинг, где немного пожуют слова, покричат кого в отставку и разойдутся...». Главное – устроить свалку, желательно с мордобоем. «А потом про этот случай раструбят по Би-Би-Си».

И мне очень жаль, что Людмила Михайловна, Сергей Адамович и другие приличные люди оказались с ним в одной компании. Жаль, что наше демократическое движение таково, что Лимонов оказывается его лидером.

Но это лирика – бог с ней. Я о другом. Два дня я ждал, что кто-то из тех, кто общается с Лимоновым, кто участвует с ним в акциях, все-таки скажет: мужик, охолони, зачем женщину оскорблять? Того мудака, который напал в метро на Людмилу Михайловну, его дружно осудили, а от «своих» хамство – это в порядке вещей? Но никто ничего не сказал! Только коллега по «ЕЖу» Подрабинек развил лимоновский замысел и после притчи «о сарайчике» появилась притча «о кошельке» и 800 рублях. Мне это непонятно. Не с точки зрения политики, демократии или чего-то еще. Просто по-человечески не понятно.

Фотография РИА Новости