27 декабря 2010, 17:51 Политика

«Любой приговор больше 8 лет будет жестоким»

Политики и общественные деятели о приговоре Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву

Екатерина Савина, Александр Артемьев, Светлана Бочарова, Ольга Болотова Приговор Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву говорит о том, что гуманизация законодательства для предпринимателей, затеянная Медведевым, фактически не сработала, а решение суда по срокам в адрес экс-руководителей ЮКОСа будет жестким. В этом уверены опрошенные «Газетой.Ru» эксперты.

Владимир Милов, сопредседатель Партии народной свободы

— Скорее всего, приговор будет жестким, и других прогнозов у меня никогда не было. Это личная вендетта Владимира Путина: он имеет личную заинтересованность. Когда дело ЮКОСа еще только началось, Путин воспринял его как борьбу за власть, а Ходорковского – как опасного конкурента, реального политического соперника. И Путин его боится: это видно по тому, с какой агрессией он говорит о процессе.

Дмитрий Орешкин, политолог

— Жалко судью Данилкина. Понятно, что и Ходорковский, и Лебедев были готовы к тому, что их признают виновными. Понятно, что у нас нет независимого суда и нет шансов в ближайшее время стать правовым государством. Но есть правила игры, которые называются произволом. Любой приговор больше 8 лет будет жестоким, потому что он не будет перекрываться сроком, который Ходорковский и Лебедев уже отсидели. 10, 12 или 14 лет – уже не важно. Важно, что он будет вынесен не судьей и не законом, а властью.

Павел Данилин, публицист, автор книги «Враги Путина»

— Хорошо, что приговор обвинительный, важно — сколько именно дадут. В том, что приговор будет именно такой, я не сомневался с самого начала процесса.

Я как автор книги про Ходорковского («Враги Путина») считаю, что его вина не подлежит сомнению.

Игорь Яковенко, секретарь Союза журналистов России

— Комментарий такой же банальный и предсказуемый, как предсказуем и этот приговор.

Все, с кем я разговаривал последнее время, все-таки имели надежду, что вдруг судья Данилкин окажется человеком, ориентированным на закон, а не свои служебные соображения, надеялись на чудо, что Медведев окажется президентом, а не тем, кем он является. Но чуда не случилось — страна, видимо, еще неопределенное время будет погружаться и дальше.

Нулевые продолжаются, и это печально.

Борис Акунин, писатель

— Вертикаль свое слово сказала. Кто бы сомневался, каким оно будет. Теперь все зависит от общества. Надо требовать от президента помилования и не отступаться, пока Ходорковский с Лебедевым не выйдут на свободу. Если же проглотим, смиримся – ну, стало быть, туда нам всем и дорога. Долгая и тошнотворная.

Яна Яковлева, глава некоммерческого партнерства «Бизнес Солидарность»

— Приговор, это уже понятно, обвинительный, и теперь остается гадать только о сроках, о том, к чему будет приурочен выход Ходорковского. Сейчас идет торговля именно по этому вопросу, а не по поводу того, признавать или не признавать его виновным, ведь речь шла о политической необходимости его нахождения в тюрьме, и это было понятно всем. Общаясь с предпринимательством, в основном страдающим от государства, могу сказать, что народ был уверен, что приговор будет обвинительным, поскольку никаких изменений в судебной системе не произошло и ни у кого не было надежд на перемены. Все были настроены достаточно пессимистично, и я думаю, вряд ли кто-то из бизнесменов вздрогнул. Никто и не собирался меняться: либерализация и гуманизация законодательства, о которой так много говорилось, касается лишь самых мелких бизнесменов, потому что суммы, с которых начинаются «тяжкие деяния», есть в каждом бизнесе, и поэтому все новшества, скорее всего, коснутся на деле только лишь воров и мелких мошенников. Те же предприниматели, у кого отбирают дело, приходят к другому выводу. Те, кто фабрикуют их дела, предъявляют все новые и новые обвинения, сажают по надуманным предлогам, а правосудие лишь послушный рычаг в их руках.

Андрей Макаров, депутат Госдумы, фракция «Единая Россия»

— Вы же знаете, что я юрист. Давайте договоримся, что, как только вынесут приговор, я его прочитаю, звоните – я вам сразу все прокомментирую. Но я не могу комментировать по одной фразе произнесенной. Надо смотреть систему доказательств, что и как.

Вадим Клювгант, адвокат Михаила Ходорковского

— Фактически, хотя слов о признании (Ходорковского и Лебедева) виновными не прозвучало – не то место приговора, но фактически, раз суд говорит о совершении ими преступления, значит приговор обвинительный. Это значит, что, во-первых, есть ответ Дмитрию Медведеву, который не далее как три дня назад, сказал, что хотел бы видеть доказательства таких же действий другими лицами. Если суд решил, что хищение состоит в том, что цена (на нефть) в Роттердаме отличается от цены в Тюменской области, то я хочу сказать Медведеву, что компания «Газпром», где он был председателем совета директоров много лет, закупает нефть на промыслах примерно в 10 раз ниже цены в Роттердаме.

Я хочу понимать, как теперь будет у нас с избирательностью или неизбирательностью правосудия. Что касается доказательств, то в компании, где Медведев был главным, ему не составит трудности такие доказательства получить.

То содержание (приговора), которое мы слышим, не оставляет у нас сомнения, что было давление на суд, что суд был несвободен при принятии решения. Потому что, даже если он (теоретически предположим) нашел какое-то преступление, писать в приговоре такие вещи, которые заведомо для него не могли иметь место, здравомыслящий человек в свободном состоянии, конечно же, не может.

Там, например, написано про фиктивное право собственности у ЮКОСа. А есть десятки судебных решений, и судье они известны, где единственным собственником нефти назван ЮКОС. Все эти решения вступили в законную силу. Есть про 13 млн тонн (нефти), похищенных у «Томскнефти» за такой-то год. Компания «Томскнефть» ни в одном году не добыла 13 млн, всегда меньше. Роттердамские цены, от которых даже прокуроры отказались, опять звучат в приговоре как установленные.

Как мы уже говорили, если бы суд был независимым, он не мог бы принять иного решения, кроме как оправдательного. То, что приговор обвинительный, косвенно свидетельствует о том, что суд независимым не был.

Разумеется, после того как приговор будет полностью оглашен, мы его обжалуем, потому что, независимо от того чем он закончится, какая будет резолютивная часть, в том числе в части меры наказания, мы считаем, что это не просто ошибочное, а заведомо ложное, фальшивое обвинение, это преступление, это преступная расправа.

пресс-служба администрации президента США Барака Обамы

Мы глубоко обеспокоены тем, что российский судья сегодня обозначил, что Михаил Ходорковский и Платон Лебедев во второй раз будут признаны виновными. Нас беспокоят сообщения о серьезных процессуальных нарушениях и то, что представляется злоупотреблением судебной системой с неподобающими целями. Видимое избирательное правосудие в отношении этих людей подтачивает репутацию России как страны, приверженной укоренению верховенства закона. Российское правительство не может созидать современную экономику, не развивая независимую судебную систему, которая служит инструментом для дальнейшего экономического роста, обеспечивая равное обращение перед лицом правосудия, продвигая правосудие предсказуемым и честным образом.

Администрация Барака Обамы по-прежнему солидарна со многими членами российского правительства, судебной, правовой системы, представителями гражданского общества, которые привержены укреплению принципов верховенства закона и универсальным ценностям, закрепленным в российской Конституции. Отказ России от этой приверженности, включая приверженность верховенству закона, препятствует модернизации страны и углублению связей с США.

Президент Обама часто разговаривал с президентом Медведевым насчет этого и других дел в рамках продолжающегося диалога по поводу важной кампании президента Медведева по укреплению принципов верховенства права и модернизации российской политической и экономической системы. Мы продолжим пристально следить за последующим развитием этого дела, обращая внимание на справедливость приговора и его (возможное) обжалование судами более высокой инстанции при процедуре апелляции.

Хиллари Клинтон, госсекретарь США

Сегодняшний приговор по второму делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева по обвинениям в мошенничестве и отмывании денег поднимает вопрос об избирательности правосудия и о том, что верховенство права заслоняется политическими соображениями. Этот и подобные случае имеют негативное влияние на российскую репутацию как страны, выполняющей свои международные обязательства в области прав человека и занимающейся улучшением инвестиционного климата. Мы приведствует планы по модернизации президента Медведева, но для их выполнения требуется развитие такого климата, при котором уважаются процессуальные нормы и судейская независимость. Мы будем следить за апелляционным процессом.

баронесса Кэтрин Эштон, верховный представитель ЕС по внешней политике и политике безопасности

Европейский союз продолжит очень внимательно следить за развитием событий, включая предстоящее оглашение приговора. Европейский союз ожидает от России соблюдения международных обязательств в области прав человека и верховенства закона.

Гидо Вестервелле, вице-канцлер Германии

Метод ведения этого процесса вызывает крайнюю озабоченность и представляет собой шаг назад на пути модернизации страны. В интересах наших российских партнеров серьезно отнестись к нашей обеспокоенности и поддержать правовое государство, демократию и права человека.

Бернар Валеро, официальный представитель МИД Франции

Как подчеркнул сам президент Дмитрий Медведев, консолидация правового государства является необходимым условием преуспеяния процесса модернизации в России. Важно, чтобы усилия, прилагаемые в этом смысле российскими властями, не прекращались. Какой бы приговор ни был объявлен, остаются как внутренние так и внешние средства правовой защиты. Мы останемся внимательны к продолжению судебного процесса.

Департамент информации и печати МИД России

В связи с заявлениями, прозвучавшими в Вашингтоне и ряде столиц Евросоюза по поводу процесса над Ходорковским и Лебедевым, хотели бы в очередной раз подчеркнуть, что данный вопрос относится к компетенции судебной системы Российской Федерации. Попытки оказывать давление на суд неприемлемы. Президент Российской Федерации в недавнем интервью с руководителями ведущих российских телеканалов подчеркнул, что никто не вправе вмешиваться в прерогативы судебных органов.

В случае с Ходорковским и Лебедевым речь идет о серьезных обвинениях в уклонении от уплаты налогов и отмывании доходов, полученных преступным путем. В любой стране подобные деяния относятся к уголовно наказуемым. В США, кстати, за них дают пожизненные сроки тюремного заключения. Суждения о каком-то избирательном применении правосудия в России безосновательны: в российских судах рассматриваются тысячи дел, касающихся ответственности предпринимателей перед законом.

Рассчитываем, что каждый будет заниматься своим делом - и у себя дома, и на международной арене.

Вадим Клювгант, адвокат Михаила Ходорковского (28 декабря)

По каналам информационных агентств прошло специальное заявление МИД, которое представляет собой сместь некомпетентности и прямой лжи. Во-первых, это реакция на заявление, прозвучавшее из Вашингтона, как там сказано и ряда столиц Евросоюза. Министерство иностранных дел даже не знает, что приговор уже оглашается, а не просто процесс идет, и поэтому говорит о каком-то двлении на суд. Суд, который уже постановил приговор. Во-вторых, — фантастическая вещь – оказывается, обвинение по этому делу – уклонение от уплаты налогов. Несмотря на то, что обвинение по этому делу прямо противоречит, исключает обвинение в уклонении от уплаты налогов, которое же было и которое они (власти РФ) сейчас отстаивают в ЕСПЧ и суде в Гааге. Это является прямой ложью (предыдущее можно списать на некомпетентность, хотя от этого не легче), но когда МИД говорит, что эти вопросы находятся в исключительной компетенции российской судебной системы, в то время как РФ (и это впрямую входит в сферу ответственности МИД) взяла на себя юрисдикцию Конвенции по правам человека, Пакта ООН по правам человека, согласно которым защита прав человека не является внутренним делом какого-либо государства, а является универсальной ценностью, которая стоит выше национального законодательства. И Россия под всем этим подписалась. И МИД это тот орган, который всеми этими договорами занимается. Вот такая у нас власть, которую мы содержим на свои налоги.