Игра на деньги

Что право на проведение футбольного чемпионата мира 2018 года обернется для российского налогоплательщика очередным грабежом, было ясно с первых же минут после объявления 2 декабря исторического решения исполкома ФИФА. Тогда, помнится, Владимир Путин говорил о 10 миллиардах долларов, которые планируется потратить на мундиаль, а независимые эксперты - о 50 млрд долларов, полагая, что чемпионат обойдется куда дороже, чем зимняя Олимпиада в Сочи (30 млрд долларов). И, судя по всему, они оказываются правы.

ЧМ-2018 Россия собирается провести на шестнадцати стадионах в Москве, Петербурге, Нижнем Новгороде, Калининграде, Казани, Краснодаре, Сочи, Саранске, Екатеринбурге, Ростове-на-Дону, Московской области, Ярославле, Волгограде и Самаре. Из них существует и удовлетворяет требованиям ФИФА только один - московские "Лужники".

В российской заявке указывалось, что общие затраты на строительство стадионов составят $3,8 млрд. В частности, на строительство стадиона в Калининграде понадобится 210 млн долларов, Казани - 250 млн, Краснодаре - 260 млн, Нижнем Новгороде - 240 млн, Ростове-на-Дону - 220 млн, Петербурге - 415 млн, Самаре - 180 млн, Саранске - 180 млн, Сочи - 225 млн, Волгограде - 210 млн, Ярославле - 200 млн, на строительство стадиона в Московской области - 260 млн, на стадион для "Спартака" в Москве - 290 млн, на реконструкцию "Лужников" и "Динамо" - соответственно 240 млн и 280 млн. Но, судя по тому, что мы сейчас наблюдаем в Петербурге, эти затраты можно смело удвоить, и то и утроить.

О том, что в Петербурге для "Зенита" надо строить новый стадион, заговорили задолго до того, как появилась идея приглашения мундиаля, - в 2004 году. Городское правительство приняло постановление - считать строительство нового стадиона на Крестовском острове "стратегическим инвестиционным проектом", реализуемым за счет средств "Газпрома".

В ноябре 2005 года был объявлен конкурс, в феврале 2006 года подвели его итоги, назвали стоимость работ: 6,7 млрд рублей, 250 млн долларов. После этого лихо снесли уникальное творение архитектора Никольского - стадион имени Кирова, который в 1950 году в Ленинграде возводили буквально всем миром и радовались до слез, когда он был открыт: после войны и блокады, это была первая крупная стройка, а футбол в послевоенном Ленинграде любили самозабвенно. А затем "Газпром", которому принадлежит "Зенит", отказался платить за строительство, и оно полностью легло на питерский бюджет. Мол, "компания №1" (на самом деле не "Газпром", а только "Газпром нефть") платит в Петербурге налоги - вот и стройте стадион на эти деньги. При этом, обещав построить за свои деньги стадион, "Газпром" получил от города в качестве "компенсации" земельные участки на Крестовском острове, в Комарове и в Таврическом саду, на каждом углу продолжал именовать себя благодетелем города, и настаивал на том, чтобы новый стадион назвали "Газпром-ареной".

Стоимость стадиона, что характерно, все время росла: последняя озвученная цифра - почти 24 миллиарда рублей. А на этой неделе город проснулся от известия "прибавить бы надо": губернатор внесла в городской парламент проект закона об увеличении финансирования. И немаленьком: на 9,4 миллиарда рублей. Мол, пришлось переработать проект еще в рамках подготовки российской заявки на мундиаль, выполнить рекомендации ФИФА и УЕФА, которыми "в значительной степени ужесточаются требования к футбольным аренам, к вопросам безопасности зрителей всех категорий на трибунах, а также к уровню их комфорта". Пришлось, объясняли в Смольном, увеличить вместимость стадиона, уменьшить плановое время эвакуации, обеспечить запасные выходы, в том числе на крышу (как в случае чего с этой крыши будут эвакуировать, - остается загадкой).

Увидев этот проект, депутаты питерского парламента, обычно покладистые как складные зонтики, потребовали создать комиссию и поручить ей проверку сметы. Комиссия собралась - но все одобрила! Пришедшие на ее заседание чиновники объяснили, что у стадиона будет раздвижная крыша и выдвижное поле, которое будут сушить на солнышке, чтобы не менять травяное покрытие "каждую неделю", поскольку в обычное время на него будет попадать мало солнечных лучей. А увеличить вместимость стадиона с 62 до 69 тысяч зрителей (что и является главным фактором удорожания) нужно потому, что в Петербурге планируется провести полуфинал ЧМ, а ФИФА требует для этого 70-тысячных стадионов.

Иначе говоря, за почетное право провести ОДИН матч мундиаля питерские налогоплательщики должны выложить лишние девять с лишним миллиардов. Не дороговато ли обойдется? Кто мешает (учитывая систему проведения ЧМ, где полуфиналы играются в разные дни) провести оба полуфинальных матча в Москве - на 90-тысячных "Лужниках"? И вообще, откуда берутся такие общие расходы на питерский стадион (в расчете на одно зрительское место получается 16 тысяч долларов, или 12 тысяч евро - между тем УЕФА считает нормой 3 тысячи евро на место).

Напомним, что парижский "Стад де Франс" на 80 тысяч мест стоит 380 миллионов долларов, 70-тысячная мюнхенская "Альянс Арена" - 470 миллионов, 60-тысячный "Эмирэйтс" в Лондоне - 631 миллион. Ну, а 40-тысячный новый стадион клуба "Эспаньол" в Барселоне стоит всего 108 миллионов долларов, в расчете на одно место в шесть раз дешевле, чем стадион на Крестовском.

А Украина, где запланирован чемпионат Европы-2012, где надо при строительстве стадионов выполнять ровно те же "ужесточившиеся" требования УЕФА и где не менее остро, чем в России, стоит проблема коррупции, откатов и приписок? Оценим цифры: 50-тысячный стадион в Донецке - 400 миллионов долларов, 80-тысячный стадион в Киеве - 560 миллионов. В расчете на одно место 7-8 тысяч долларов. А на Крестовском, как уже сказано, 16 тысяч. Впрочем, это не единственный питерский пример: километр "стройки века" - Западного скоростного диаметра - в Петербурге обходится в 70 миллионов долларов: в шесть раз дороже, чем в Европе, и в двадцать раз дороже, чем на Украине. Не потому ли, что там меньше воруют и лучше контролируют?

До мундиаля еще больше семи лет. И никто не поручится сейчас, что ныне объявленные цены и расходы окончательные. Но нам не привыкать удивлять мир щедростью и купеческим размахом. Хотя победа на мундиале нам и не светит, мы все равно за ценой не постоим. Это, с точки зрения властей, куда важнее, чем лечение смертельно больных детей (на что у государства обычно денег нет). Ведь футбол больше чем игра.