Это вам не лобио кушать

Грузия не пускает Россию в ВТО

Пункт пропуска «Нижний Зарамаг» в Южной Осетии Грузия по-прежнему считает российско-грузинской таможенной границей, как и КПП на абхазском участке на реке Псоу

ВТО — это вам не лобио кушать. Россия и Грузия провели в Швейцарии переговоры о вступлении РФ во Всемирную торговую организацию (ВТО). Этот факт Москва даже не подтвердила официально, что неудивительно: после августа 2008-го Дмитрий Медведев провозгласил отказ от любых контактов с «режимом Саакашвили». Однако выхода нет: Грузия единственная из 153 членов ВТО возражает против присоединения РФ и грозит применить право вето. Какая кошка в очередной раз пробежала между двумя странами — выяснял The New Times

Увеличить изображение (348 кб, 1024х518, откроется в новом окне)

Грузия требует от России решения вопроса о таможенных контрольно-пропускных пунктах на реке Псоу в Абхазии и у Рокского тоннеля в Южной Осетии: оба КПП, настаивает Тбилиси, должны иметь статус таможенной границы между Россией и Грузией. «Мы не можем поддержать вступление России в ВТО, пока не будут выполнены эти условия», — заявила пресс-секретарь грузинского президента Манана Манджгаладзе. Москва же в первую очередь добивается от Грузии снятия угрозы вето на свое вступление в ВТО, имея в виду урегулировать таможенные процедуры «в рабочем порядке». Третий — негласный, но зримый — участник коллизии — США, важнейший стратегический союзник Саакашвили. Проблема Тбилиси в том, что Вашингтон скорейшее вступление России в ВТО очень даже поддерживает и устами президента Обамы пообещал Москве всячески в этом содействовать. Именно американцы убедили грузин отправиться в Швейцарию и попытаться урегулировать разногласия с русскими. «Ситуация непростая: между Россией и Грузией сейчас нет дипломатических отношений, позиции сторон весьма далеки от сближения», — прокомментировал для The Nеw Times ход переговоров в Берне директор Информационного бюро по присоединению России к ВТО Алексей Портанский.
«Последняя очередь»
А между тем возражения Тбилиси были вполне ожидаемы. Еще осенью прошлого года тогдашний министр реинтеграции (попросту говоря — ответственный за оккупированные территории) Темури Якобашвили обозначил позицию своей страны: «ВТО регулирует вопросы торговли между ее членами. С точки зрения подавляющего большинства стран мира Южная Осетия и Абхазия остаются частью Грузии. А значит, и российско-грузинские таможенные пункты должны находиться на реке Псоу (КПП «Гантиади — Адлер». — The New Times) и возле Рокского тоннеля (КПП «Роки — Нижний Зарамаг». — The New Times). Единственный, кто препятствует законному праву Грузии поставить в этих пунктах своих таможенников, — российские войска, оккупировавшие Абхазию и Цхинвальский регион».
«Понятно, что разногласия с Тбилиси возникли не вчера, и российские переговорщики прекрасно понимали: рано или поздно уткнутся в «грузинскую стену», — разъясняет Алексей Портанский. — При этом позиция всех наших западных партнеров сводилась к следующему: сначала снимите спорные вопросы с другими странами, а Тбилиси оставьте на последнюю очередь. И вот эта «последняя очередь» наступила».
Предостережения Якобашвили не были услышаны еще и потому, что Москву вдохновил прогноз советника президента США по экономике (теперь бывшего) Лоуренса Саммерса, сделанный после переговоров с первым вице-премьером РФ Игорем Шуваловым в октябре 2010-го: процесс вступления России в ВТО может быть завершен в течение года. Правда, Саммерс связал это с необходимостью неких «креативных решений».
Авторитетный Байден
В чем именно заключается «креатив», стало ясно во время визита на прошлой неделе в Москву вице-президента США Джозефа Байдена — на самом деле одного из немногих членов администрации США, чье мнение в Тбилиси пользуется непререкаемым авторитетом. Именно на это и сделала ставку Москва, обратившись примерно за месяц до визита к Байдену с просьбой надавить на неуступчивых грузин. Во время переговоров Байден—Путин выяснилось: американцы настоятельно советовали грузинам не мешать вступлению России в ВТО, а вместо этого согласиться на компромиссный вариант — пусть пункты пропуска с грузинской стороны контролируют таможенные наряды из ЕС.
Для Тбилиси, как рассказали The New Times источники в официальных структурах грузинской столицы, это «не очень удачный вариант». Дело не только в «дипломатической потере лица». Европейцам, опасаются грузины, будет трудно разобраться как в хитростях оформления, так и в самом характере грузов, следующих из РФ в Абхазию и Южную Осетию и обратно. Между тем главный вопрос сейчас: а что, собственно, представляют собой эти товарные потоки? Кто их реально контролирует по обе стороны так называемой «границы дружбы»? И готова ли на самом деле Россия сделать их полностью прозрачными?

Тем не менее, как дали понять наши грузинские собеседники, их делегация в Берне во главе с советником премьер-министра Тамарой Ковзеридзе готова уступить увещеваниям США и согласиться на передачу таможенных дел в ведение ЕС. Но «дальше отступать Грузии некуда».
Головная боль Москвы
Признав в конце августа 2008 года Абхазию и Южную Осетию, Россия сама создала себе лишнюю головную боль. И не только потому, что резко осложнила процесс своего вступления в ВТО, который и без того длится уже 17 лет. Просто теперь Москва вынуждена строить свою торговую политику, исходя из потребностей двух квазигосударственных образований, не обладающих ни полноценной экономикой, ни боеспособной армией, ни нормальной дипломатической службой. Между тем оба нахлебника, полностью зависящие от российских вливаний, категорически возражают против любого таможенного контроля: грузинского или европейского (считая его прогрузинским).
В результате России тоже пришлось «креативить». В дни переговоров в Берне глава Роспотребнадзора Геннадий Онищенко, время от времени подвизающийся на ниве внешней политики, объявил: Россия, возможно, откроет ворота для грузинского вина. Впрочем, предложение г-на Онищенко для многих экспертов выглядело примитивным подкупом. Неискушенный в дипломатических тонкостях специалист по санитарии умудрился в рамках одного выступления напрямую привязать вопрос о грузинском вине к переговорам по ВТО, оценить требования Грузии как «комедийные» и обозвать равного партнера по переговорам «национально-территориальным образованием». Таким образом, вопрос о вступлении России в ВТО, как и ожидалось, завис. Вопрос — как надолго?

В подготовке материала участвовали Дмитрий Докучаев и Борис Юнанов

Москва добивается членства в ВТО с 1993 года. Грузия вступила в эту международную организацию в июне 2000-го. Двусторонние переговоры по вопросу о присоединении России к ВТО успешно завершились еще в 2004 году, однако после августовской войны 2008 года и признания Россией независимости Абхазии и Южной Осетии Тбилиси отозвал свою подпись под документом и выдвинул дополнительные условия.