Борис Долгин: Слово и дело

Борис Долгин

Есть те, кто создает форматы, и те, кто их транслирует. Дима Ицкович относится к первым.

Не надеюсь перечислить все, но, во-первых, - это интеллектуальное издательство, соединяющее науку, нон-фикшн, качественный фикшн – и обходящееся практически без макулатуры.

Во вторых, полноценное медиа в Интернете – не специализированное информагентство, а издание общего интереса. Еще важнее – издание нового типа. Издание, которое делают не журналисты. Издание, исходящее из научно-экспертного сообщества и гражданского общества. Журналисты могут и будут включаться, но не портить обедни.

Дальше мы видим трансляцию этого подхода – в колонках «Газеты.ру» и «Ведомостей», в, к сожалению, покойных «Комментариях» «Коммерсанта», в «Слоне» - во всяком случае, раннем - и т.д.

Интеллектуальное кафе, в котором можно устроить лекцию, литературные чтения, концерт, купить книгу, пообедать, назначить переговоры или интервью, спокойно проработать весь день, а потом обнаружить за соседними столиками смутно или уверенно знакомых людей, с которыми как раз и хотелось провести вечер.

Экспертные семинары – как бы открытые, но закрытые. Открытые своим продуктом и принципиальной установкой на разнообразие присутствующих. Закрытые отсутствием бессмысленных болельщиков, пришедших показать себя.

Публичные лекции, как будто отсылающие к старой, дореволюционной традиции, а потом и к опыту замечательных гуманитариев излета Застоя и Перестройки. Но все равно новые – по самой сверхидее, формату и подбору.

Кто сейчас не проводит лекций? Возникла новая проблема – ориентация в массиве. Пока Дима не займется, все равно не станет понятно, как соединить полноту агрегации и вкус.

А натолкнет его на идею уже реализованный опыт - разного рода агрегация Официального. Пока - с идеей, что официальный документ не должен врать. И он действительно не врет – там, где не пытается навязать правду.

В какой-то момент Дима увидит проблему и будет неделями носиться с ней. А потом появится идея.

Она обязательно вызовет у нас ужас: «И что нам теперь с этим делать? Так хорошо жили – и опять революция». У меня появится желание объяснить, почему уж так-то точно нельзя – или хотя бы вредно.

Как показывает опыт, первая задача – понять, что вообще Дима имеет в виду. Вторая – не отвергнуть идею с порога. За многие годы я почти научился начинать ответ ему не с «Нет», а хотя бы с «И да, и нет».

В процессе споров можно будет выйти на что-то, как будто не похожее на первоначальное Димино описание, но на самом деле - именно то самое, появление чего он и хотел спровоцировать. И тогда опять родится новый формат.

Бессмысленно заявлять, что форматы придумывал не он один. Что рядом всегда были другие замечательные люди. Конечно, были. Но не было бы Димы – и их бы рядом не оказалось.

Он очень любит собирать людей, угощать их друг другом. А еще – угощать вкусными идеями, блюдами и экстрагированными из длинного рассказа институциональными анекдотами.

Есть люди, живущие написанными текстами, и люди, живущие разговорами. Не теми, которые спасают от тишины, а теми, из которых рождается понимание и дело. Дима относится ко вторым.