Вылет в Лондон задерживается

Руководство «Домодедово» передумало идти на биржу, куда хотело еще 10 дней назад. Примечательно, что неделю назад бывший министр энергетики Юсуфов пожелал купить блокпакет акций аэропорта за 1 млрд долларов. Если «Домодедово» продастся «правильному» стратегу, наезды на него могут прекратиться.

У аэропорта «Домодедово» не складывается с размещением акций на Лондонской биржи. «Руководство Домодедово и его акционеры считают, что в текущих рыночных условиях акции не могут быть оценены на том уровне, который отражает реальную стоимость компании», — говорится в официальном сообщении Домодедово. Если рыночная ситуация выправится, утверждают менеджеры «Домодедово», компания может вернуться к идее первичного размещения. А может и не вернуться.

Road show должно было начаться на этой неделе. Мотивировка отказа (по крайней мере временного) от размещения, предлагаемая менеджерами аэропорта, не выглядит убедительным, если учитывать тот факт, что заявка на размещение была подана 18 мая 2011 года. Да, проводить размещение в мае не слишком удачная идея. Однако за две недели на рынке ситуация катастрофическим образом не менялась и причины стоит искать не только в рыночной ситуации.

У «Домодедово» имеются не только проблемы с оценкой и рыночной ситуацией.

На компанию в последние месяцы предпринята довольно серьезная корпоративная атака, конечной целью которой, по всей видимости, является захват аэропорта или серьезные ценовые подвижки в случае его принудительной продажи.

Сначала у «Домодедово» случился предновогодний «транспортный коллапс», когда тысячи пассажиров толпились в аэропорту. Затем — теракт, который был использован неведомыми гринмейлерами для откровенно лобовой атаки на собственников аэропорта. Федеральные каналы с показным возмущением рассказывали о плохой организации системы безопасности в аэропорту (только в «Домодедово»).

Позже было и выступление Дмитрия Медведева. Возложившего ответственность за теракт в том числе и на собственников и его же поручение прокуратуре разобраться со структурой собственности управляющей аэропортом компании (президента возмутило то, что он не знает, кто владеет «Домодедово»). Генпрокуратура долго и довольно активно разбиралась, но аэропорт объявил об IPO и сам раскрыл собственника, которым оказался председатель совета директоров «Ист лайн» - УК аэропорта — Дмитрий Каменщик. СМИ называли его совладельцем аэропорта и ранее.

За риски «по политике» инвесторы требуют существенные дисконт — обычно он составляет 20-30 процентов, в пределе - до 50 процентов.

Такая продажа собственникам аэропорта, действительно, невыгодна. И похоже, что урегулировать конфликт у них не получалось вплоть до объявления о размещении акций с целью привлечь «международных институциональных инвесторов». Это бы серьезно ударило по планам захватчиков — пришлось бы идти на существенные риски.

Между заявкой на IPO и отказом от него было сделано одно довольно громкое заявление. Бывший спецпредставитель президента по международному энергетическому сотрудничеству Игорь Юсуфов заявил, что готов купить блокпакет акций аэропорта за 1 миллиард долларов, оценив, таким образом, весь аэропорт в 4 миллиарда. В ходе подготовки к IPO аэропорт оценивали международные банки и их вердикт состоял в том, что аэропорт может стоить от 3,5 до 7,5 миллиардов. Многие аналитики посчитали верхнюю границу диапазона завышенной, полагая, что справедливая цена, скорее, где-то в районе пяти миллиардов или чуть ниже. С учетом дисконта «по политике» получится как раз юсуфовские 4 миллиарда.

Таким образом, собственникам «Домодедово» было сделано довольно неплохое предложение. Источник средств Игоря Юсуфова непонятен. Ходят, например, слухи, что блокпакет Банка Москвы (официально объявлялось лишь о 20-процентном пакете) был приобретен его сыном Виталием Юсуфовым в интересах контролирующего банк ВТБ. Вполне вероятно, что в данном случае речь тоже может идти о посреднической миссии.

Если сделка по продаже значимого пакета акций «Домодедово» стратегическому инвестору состоится, то одна из наиболее жестких корпоративных войн последних лет может закончиться.

Тогда можно будет и проводить IPO — риски «по политике» существенно снизятся.

История с «Домодедово» показывает, что для российского бизнеса главное — договориться с правильным инвестором и тогда даже Генпрокуратура вряд ли что-то сможет сделать.