Original Material
Суд над причастными к убийству Умара Исраилова в Вене
Ирина Лагунина: Умар Исраилов – один из немногих беженцев из Чечни, кто отважился рассказать о том, что пришлось пережить под правлением Рамзана Кадырова. В январе 2009 года он был убит в столице Австрии Вене. Троих удалось арестовать до того, как они смогли вернуться на территорию России. Именно их судьбу и решал венский суд в среду. Это Турпал Али Ешеркаев, Сулейман Дадаев и Отто Кальтенбруннер. Остальных, кто мог бы проходить свидетелями или даже обвиняемыми по этому делу, суд просил российскую сторону допросить, но разрешения этого так и не получил. Остальные – это пять человек:
Леча Богатиров, который, предположительно, нанес смертельные огнестрельные ранения Умару Исраилову. По некоторым свидетельствам, в настоящее время Богатиров открыто проживает в Чеченской республике.
Шаа Турлаев, бывший советник президента Чечни Рамзана Кадырова, который, по имеющимся свидетельствам, мог отвечать за провалившуюся попытку похищения Умара Исраилова и доставки его в Чечню. Турлаев в настоящий момент также проживает в Чеченской Республике.
Рамзан Кадыров, президент Чечни, который, предположительно, отдал распоряжение Шаа Турлаеву и Отто Кальтенбруннеру организовать похищение Умара Исраилова. Когда этот судебный процесс только начинался в ноябре прошлого года, прокурор принял решение, что свидетельств прямого участия Кадырова в этом преступлении недостаточно, так что он мог проходить только в качестве свидетеля.
Оставшиеся двое - Бухари Саламов (Бараев), бывший представитель непризнанного главы так называемого Имарата Кавказ Доку Умарова в Европе. Материалы расследования позволяют предположить, что Саламов мог быть задействован в организации преступления; проживает в Чеченской Республике;
И Артур Курмакаев, который приезжал в Вену в мае-июне 2008 г. по поручению Магомеда Даудова, «правой руки» Рамзана Кадырова, с заданием привезти Исраилова обратно в Чечню, убеждением или силой. Курмакаев находится на территории России.
Мы беседуем с присутствовавшей на суде представительницей Международной Федерации за права человека Сашей Кулаевой.
Саша Кулаева: Мне кажется, это дело необыкновенно важное. И очень скрупулезная работа по сбору документов, доказательств и фактов, которые указывают не только на ответственность непосредственно людей, которые были исполнителями этого преступления, но и выстроена цепочка ответственности, восходящая к самым высоким постам чеченской администрации. В представленном прокурором документе совершенно четко определены задачи, поставленные перед преступниками. Их задача была либо доставить в Чечню, либо, если это не получится, убить Умара Исраилова. И действовала в этих целях преступная группировка, до этого созданная и созданная по заказу из Чечни. Третий, как мне кажется, очень важный элемент этого процесса, который длился очень долго, но который мог бы длиться гораздо меньше, если бы российское правосудие согласилось бы сотрудничать. Три запроса было послано прокурору Российской Федерации Чайке с требованием допросить в той или иной форме четверых дополнительных свидетелей, включая самого президента Чечни Рамзана Кадырова, и ни на один из этих запросов не поступило положительного ответа, насколько я понимаю, не поступило ответа вообще. К сожалению, это очень грустный итог. Даже когда независимый судебный орган проводит работу, создает убедительную доказательную базу, привлекает десятки свидетелей с очень убедительными показаниями, собрана большая документальная база, даже в этом случае российское правосудие полностью отказалось от сотрудничества, которое, тем не менее, является обязательным в рамках соглашений, подписанных между Австрией и Россией. И таким образом затянуло этот процесс, сделало и его более сложным и усложнило задачу австрийского правосудия, которое в результате должно было в ряде элементов действовать, не имея достаточной информации. Кроме того, как мне кажется, необыкновенно печальный итог то, что по мнению австрийского правосудия непосредственный исполнитель преступления проживает по имеющейся информации в Чечне, и опять-таки проживает открыто, и ни российские, ни чеченские правоохранительные органы не сделали ничего для того, чтобы привлечь его к ответственности если не на австрийской, то хотя бы на российской территории.
Ирина Лагунина: Саша, тот факт, что эти пять человек не появились в суде или не дали показания по этому делу, по вашему мнению, как-то повлиял на качество правосудия?
Саша Кулаева: Безусловно, это повлияло на качество правосудия хотя бы с той простой точки зрения, что как минимум Леча Богатиров имеет непосредственное отношение, судя по всему, к совершенному преступлению, и он находится в полной безнаказанности на территории Чеченской республики. Про остальных участников, тех, кого попросили предстать перед российским правосудием в той или иной форме, причем предлагали самые разные варианты, включая и видеоконференцию, и допрос на российской территории, совсем необязательно было соглашаться приезжать в Австрию, конечно, это мешает российскому правосудию полностью решить свои функции и закончить этот процесс наказанием всех виновных в этом достаточно вопиющем преступлении.
Ирина Лагунина: Прерву разговор с Сашей Кулаевой. Вероятно, надо напомнить, что же рассказал Умар Исраилов прессе и Европейскому суду по правам человека, куда он обратился. Статья с подробным изложением обвинений Исраилова, появилась в газете «Нью-Йорк Таймс» 1 февраля 2009 года, уже после смерти чеченского беженца, которого на последнем этапе его жизни называли диссидентом и который до этого был телохранителем Рамзана Кадырова. Газета откладывала эту публикацию для того, чтобы максимально проверить данные и обвинения, которые содержались в рассказах Исраилова. На самом деле за четыре дня до его смерти газета обратилась в администрацию Владимира Путина с заявлением о том, что будет пытаться брать интервью у официальных лиц, которых Исраилов считал причастными к пыткам и убийствам в Чечне. Вот фрагмент из публикации в Нью-Йорк Таймс:
Диктор: В начале 2004 года Исраилова перевели в родной город, где он возглавил подразделение милиции. Война превратилась из российско-чеченского конфликта в междоусобицу, и отец Умара Исраилова уговорил его дезертировать. В ноябре Умар Исраилов и его жена по подложным паспортам добрались до Белоруссии, дали пограничнику 20 долларов, и тот пропустил их в Польшу, где они попросили политического убежища.
Через две недели после их побега отца и невестку Умара Исраилова, а также жену отца арестовали и увезли в Центорой. Ранее квартиру отца и его жены обыскали, украли 6 тыс. долларов и заперли внутри их троих детей, старшему из которых было 12 лет, а младшему 6, сказано в судебном иске. Исраилова-старшего, по его словам, избивали в фитнес-центре, который служил застенком: приковали за руки к бильярдному столу, а ноги привязали к тренажеру. Восемь человек колотили его и пинали ногами, выбив три зуба. От него добивались информации об Умаре. Его также пытали электрошоком. В тот вечер, по словам Шарпудди Исраилова, Рамзан Кадыров приехал пытать пленников", - рассказал Исраилов корреспонденту Нью-Йорк Таймс.
Ирина Лагунина: Продолжу разговор с представительницей Международной Федерации за права человека Сашей Кулаевой, которая следила за судебным процессом в Вене. Умар Исраилов – это единственный человек, которому удалось собрать столь подробные данные о личном участии Рамзана Кадырова в пытках и убийствах и предать их огласке – и в печати, и в показаниях австрийским властям и в жалобе в Европейский суд?
Саша Кулаева: По моим сведениям, это единственный факт обращения в Европейский суд насчет личного участия президента Чечни в пытках. Но тем не менее, существует еще одно дело, которое сейчас рассматривается Европейским судом – это жалоба Али Исраилова, отца Умара Исраилова, который так же находился в застенках кадыровской незаконной системы задержания и также подвергался неоднократно пыткам и был свидетелем. Хотя лично его самого пытал не Рамзан Кадыров, но по предоставленным им свидетельствам он был свидетелем того, как Кадыров лично пытал людей.
Ирина Лагунина: Мы беседовали с представительницей Международной Федерации за права человека Сашей Кулаевой, которая следила за судебным процессом в Вене.
Леча Богатиров, который, предположительно, нанес смертельные огнестрельные ранения Умару Исраилову. По некоторым свидетельствам, в настоящее время Богатиров открыто проживает в Чеченской республике.
Шаа Турлаев, бывший советник президента Чечни Рамзана Кадырова, который, по имеющимся свидетельствам, мог отвечать за провалившуюся попытку похищения Умара Исраилова и доставки его в Чечню. Турлаев в настоящий момент также проживает в Чеченской Республике.
Рамзан Кадыров, президент Чечни, который, предположительно, отдал распоряжение Шаа Турлаеву и Отто Кальтенбруннеру организовать похищение Умара Исраилова. Когда этот судебный процесс только начинался в ноябре прошлого года, прокурор принял решение, что свидетельств прямого участия Кадырова в этом преступлении недостаточно, так что он мог проходить только в качестве свидетеля.
Оставшиеся двое - Бухари Саламов (Бараев), бывший представитель непризнанного главы так называемого Имарата Кавказ Доку Умарова в Европе. Материалы расследования позволяют предположить, что Саламов мог быть задействован в организации преступления; проживает в Чеченской Республике;
И Артур Курмакаев, который приезжал в Вену в мае-июне 2008 г. по поручению Магомеда Даудова, «правой руки» Рамзана Кадырова, с заданием привезти Исраилова обратно в Чечню, убеждением или силой. Курмакаев находится на территории России.
Мы беседуем с присутствовавшей на суде представительницей Международной Федерации за права человека Сашей Кулаевой.
Саша Кулаева: Мне кажется, это дело необыкновенно важное. И очень скрупулезная работа по сбору документов, доказательств и фактов, которые указывают не только на ответственность непосредственно людей, которые были исполнителями этого преступления, но и выстроена цепочка ответственности, восходящая к самым высоким постам чеченской администрации. В представленном прокурором документе совершенно четко определены задачи, поставленные перед преступниками. Их задача была либо доставить в Чечню, либо, если это не получится, убить Умара Исраилова. И действовала в этих целях преступная группировка, до этого созданная и созданная по заказу из Чечни. Третий, как мне кажется, очень важный элемент этого процесса, который длился очень долго, но который мог бы длиться гораздо меньше, если бы российское правосудие согласилось бы сотрудничать. Три запроса было послано прокурору Российской Федерации Чайке с требованием допросить в той или иной форме четверых дополнительных свидетелей, включая самого президента Чечни Рамзана Кадырова, и ни на один из этих запросов не поступило положительного ответа, насколько я понимаю, не поступило ответа вообще. К сожалению, это очень грустный итог. Даже когда независимый судебный орган проводит работу, создает убедительную доказательную базу, привлекает десятки свидетелей с очень убедительными показаниями, собрана большая документальная база, даже в этом случае российское правосудие полностью отказалось от сотрудничества, которое, тем не менее, является обязательным в рамках соглашений, подписанных между Австрией и Россией. И таким образом затянуло этот процесс, сделало и его более сложным и усложнило задачу австрийского правосудия, которое в результате должно было в ряде элементов действовать, не имея достаточной информации. Кроме того, как мне кажется, необыкновенно печальный итог то, что по мнению австрийского правосудия непосредственный исполнитель преступления проживает по имеющейся информации в Чечне, и опять-таки проживает открыто, и ни российские, ни чеченские правоохранительные органы не сделали ничего для того, чтобы привлечь его к ответственности если не на австрийской, то хотя бы на российской территории.
Ирина Лагунина: Саша, тот факт, что эти пять человек не появились в суде или не дали показания по этому делу, по вашему мнению, как-то повлиял на качество правосудия?
Саша Кулаева: Безусловно, это повлияло на качество правосудия хотя бы с той простой точки зрения, что как минимум Леча Богатиров имеет непосредственное отношение, судя по всему, к совершенному преступлению, и он находится в полной безнаказанности на территории Чеченской республики. Про остальных участников, тех, кого попросили предстать перед российским правосудием в той или иной форме, причем предлагали самые разные варианты, включая и видеоконференцию, и допрос на российской территории, совсем необязательно было соглашаться приезжать в Австрию, конечно, это мешает российскому правосудию полностью решить свои функции и закончить этот процесс наказанием всех виновных в этом достаточно вопиющем преступлении.
Ирина Лагунина: Прерву разговор с Сашей Кулаевой. Вероятно, надо напомнить, что же рассказал Умар Исраилов прессе и Европейскому суду по правам человека, куда он обратился. Статья с подробным изложением обвинений Исраилова, появилась в газете «Нью-Йорк Таймс» 1 февраля 2009 года, уже после смерти чеченского беженца, которого на последнем этапе его жизни называли диссидентом и который до этого был телохранителем Рамзана Кадырова. Газета откладывала эту публикацию для того, чтобы максимально проверить данные и обвинения, которые содержались в рассказах Исраилова. На самом деле за четыре дня до его смерти газета обратилась в администрацию Владимира Путина с заявлением о том, что будет пытаться брать интервью у официальных лиц, которых Исраилов считал причастными к пыткам и убийствам в Чечне. Вот фрагмент из публикации в Нью-Йорк Таймс:
Диктор: В начале 2004 года Исраилова перевели в родной город, где он возглавил подразделение милиции. Война превратилась из российско-чеченского конфликта в междоусобицу, и отец Умара Исраилова уговорил его дезертировать. В ноябре Умар Исраилов и его жена по подложным паспортам добрались до Белоруссии, дали пограничнику 20 долларов, и тот пропустил их в Польшу, где они попросили политического убежища.
Через две недели после их побега отца и невестку Умара Исраилова, а также жену отца арестовали и увезли в Центорой. Ранее квартиру отца и его жены обыскали, украли 6 тыс. долларов и заперли внутри их троих детей, старшему из которых было 12 лет, а младшему 6, сказано в судебном иске. Исраилова-старшего, по его словам, избивали в фитнес-центре, который служил застенком: приковали за руки к бильярдному столу, а ноги привязали к тренажеру. Восемь человек колотили его и пинали ногами, выбив три зуба. От него добивались информации об Умаре. Его также пытали электрошоком. В тот вечер, по словам Шарпудди Исраилова, Рамзан Кадыров приехал пытать пленников", - рассказал Исраилов корреспонденту Нью-Йорк Таймс.
Ирина Лагунина: Продолжу разговор с представительницей Международной Федерации за права человека Сашей Кулаевой, которая следила за судебным процессом в Вене. Умар Исраилов – это единственный человек, которому удалось собрать столь подробные данные о личном участии Рамзана Кадырова в пытках и убийствах и предать их огласке – и в печати, и в показаниях австрийским властям и в жалобе в Европейский суд?
Саша Кулаева: По моим сведениям, это единственный факт обращения в Европейский суд насчет личного участия президента Чечни в пытках. Но тем не менее, существует еще одно дело, которое сейчас рассматривается Европейским судом – это жалоба Али Исраилова, отца Умара Исраилова, который так же находился в застенках кадыровской незаконной системы задержания и также подвергался неоднократно пыткам и был свидетелем. Хотя лично его самого пытал не Рамзан Кадыров, но по предоставленным им свидетельствам он был свидетелем того, как Кадыров лично пытал людей.
Ирина Лагунина: Мы беседовали с представительницей Международной Федерации за права человека Сашей Кулаевой, которая следила за судебным процессом в Вене.