Спекуляция вместо кризиса

Ухудшение ситуации на мировых фондовых и денежных рынках, которое было вызвано, во-первых, понижением кредитного рейтинга государственных облигаций Италии и, во-вторых, решением ФРС США об обмене краткосрочных гособлигаций на долгосрочные (операция «Твист»), породило массу комментариев, один забавнее другого. Почти все трейдеры, брокеры и аналитики дружно, почти в один голос, стали говорить, что после решения ФРС им стало понятно, что никакого восстановления мировой (и американской) экономики не будет, что дела в мировом хозяйстве будут идти все хуже и хуже, и поэтому, пока еще не поздно, надо выходить из рискованных активов в безрисковые. Иными словами, продавать корпоративные акции и облигации, а за вырученные деньги покупать государственные облигации США или вообще ничего не покупать, оставаясь с деньгами на руках. Что и было ими сделано, причем в массовом порядке. Вот это-то как раз и привело к обвалу фондового рынка и росту спроса на международные валюты.

Слушая и читая подобного рода комментарии, поневоле задаешься вопросом: а где, собственно, живут эти профессиональные участники фондового рынка? Неужели до них просто не доходят новости о том, что американское хозяйство уже давно находится в состоянии депрессии, и что все попытки монетарных властей вывести американскую экономику из депрессии оказываются безрезультатными, и единственное, что им удается – это не дать ей утонуть окончательно.

То есть профучастники рынка ничего про это не слыхали, и только последнее заседание комитета по операциям на открытом рынке ФРС (информация о котором непонятным путем все же дошла до них) раскрыло им глаза на реальное положение дел. Они по всей видимости даже не знали о понижении кредитного рейтинга США в начале августа, которое, по идее, должно было прозвучать тревожным сигналом для тех, кто еще на что-то надеялся.

В общем, когда эти трейдеры и брокеры, которые знать ничего не знали, и ведать не ведали, вдруг внезапно прозрели, то они стали в массовом порядке закрывать товарные позиции и выходить в деньги. Объяснение, конечно, рассчитанное на детей младшего дошкольного возраста, но оно активно тиражируется всеми средствами массовой информации и поневоле воспринимается как истина. Но к истине оно имеет очень слабое отношение.

Начнем с того, что профучастники рынка прекрасно осведомлены о плохом состоянии американской (и европейской) экономики, поэтому решение ФРС вряд ли стало для них неожиданностью. Более того, это решение, само по себе, должно было восприниматься на ура, так как центральный эмиссионный банк США открытым текстом заявил, что он по-прежнему будет удерживать процентные ставки на низком уровне и продолжать денежную накачку экономики. Как правило, после таких заявлений фондовые индексы идут вверх, так как все участники рынка понимают, что никаких денежных ограничений в ближайшем будущем не возникнет, и спрос на активы будет поддерживаться на прежнем уровне. Однако фондовые индексы во всех странах мира стали падать, и это могло значить только одно – профучастники рынка решили половить рыбку в мутной воде, и «сыграть на понижение». Они, пользуясь подходящим случаем, искусственно создали панику, искусственно загнали курсы ценных бумаг вниз, а курсы международных валют вверх, чтобы потом, через определенный срок, отыграть назад, и скупить по дешевке уцененные ценные бумаги за подорожавшую твердую валюту.

В этих действиях, к слову, нет ничего сверхъестественного, большинство операций на биржах так именно и происходит. За примерами подобного поведения далеко ходить не надо: вышеупомянутое снижение кредитного рейтинга США тоже сначала привело к падению биржевых курсов и росту курсов твердых валют, ну, а потом ситуация выправилась и стала возвращаться к исходной.

Так, еще 28 июля официальный курс составлял 27.44 руб./$ (минимальный курс за июль), но после понижения рейтинга, 13 августа он составил 29.45 руб./$. К 30 августа курс частично отыграл потерянные позиции, и вернулся к уровню 28.71 руб./$. Аналогично, индекс ММВБ, который 01 августа составлял 1725, и который к 10 августа упал до 1431, к 08 сентября поднялся до 1556. И, если бы не очередная порция плохих новостей, и курс, и индекс наверняка продолжали восстанавливаться дальше.

Поэтому очень легко дать прогноз, что через некоторое время, биржевые курсы перестанут падать, стабилизируются, и начнут потихоньку расти. А курсы твердых валют (по отношению к слабым валютам) начнут снижаться. И валютно-фондовая ситуация в мировом хозяйстве успокоится, если, конечно, снова не будет «плохих» новостей.

Правда, здесь надо оговориться, и отметить, что поскольку в трех крупнейших локальных экономиках (США, Евросоюз и Япония) дела действительно никудышные, плохих новостей будет больше, чем хороших, а это значит, что после опубликования «плохой» новости рынки будут очень активно падать вниз, а вот после опубликования «хорошей» новости – очень медленно выползать вверх. Поэтому состояние равновесия будет достигаться на более низком уровне, чем тот, на котором оно было нарушено.

Поскольку российское хозяйство вообще, и его финансовые рынки в частности, являются очень маленькими и на ситуацию в мировом хозяйстве повлиять не могут, то нам остается только приспосабливаться к текущей ситуации. Но пока это приспособление происходит не самым лучшим образом. Иностранные инвестиционные фонды, которые задают игру на наших финансовых рынках, могут легко повлиять и на валютный курс, и на фондовый индекс, сокращая или увеличивая лимиты на приобретение российских ценных бумаг. И противопоставить им пока нечего, потому что их ресурсы и ресурсы российских участников рынка совершенно несопоставимы. Поэтому любое сокращение позиций, произведенное иностранным фондом (по своим, кстати, соображениям), легко обрушивает российские рынки.

Поэтому было бы очень хорошо, чтобы у нас появилась финансовая компания (не важно, какой формы собственности) которая располагала бы достаточными ресурсами, чтобы во времена подобных микрокризисов продавать валюту, сдерживая падение курса рубля, и одновременно покупать ценные бумаги российских эмитентов, сдерживая падение их курсов и не допуская распространение кризиса дальше, на реальный сектор экономики.

Это, конечно, благое пожелание, но ведь страна, занимающая одно из первых мест в мире по валютным резервам, потенциально имеет подобного рода возможности, и грех ими не воспользоваться, особенно в период высокой волатильности рынков.

Три года назад, когда американские банки банкротились в массовом порядке, президент одного из крупнейших банков, объясняя политику в области кредитования, которая привела его организацию к краху, произнес очень удачную фразу: «Пока играет музыка, мы танцуем». Теперь, с учетом вновь открывшихся обстоятельств, можно сказать, что участники фондового рынка не только танцуют, но и кричат в полный голос.