Минобороны и промышленность схлестнулись в борьбе за цену вопроса

В истории с гособоронзаказом (ГОЗ) из года в год ничего не менялось: он традиционно проваливался. За это представители руководящих должностей и Минобороны, и оборонно-промышленного комплекса (ОПК) получали выговоры и занимаемых постов лишались. Не стал исключением и предыдущий ГОЗ. 17 мая вице-премьер Сергей Иванов обнародовал имена виновных в провале, которые были тотчас же уволены президентом. Таким образом, Дмитрий Медведев вновь дал понять, что будет предельно строг с теми, кто его указания не выполняет. Однако уже 6 июля в "Ъ" вышло интервью генконструктора Московского института теплотехники (МИТ) Юрия Соломонова с бескомпромиссным утверждением: "Госзаказ 2011 года уже сорван — он выполнен не будет".

Мгновенный feedback

Юрий Соломонов говорил только про свой сегмент — про стратегические ракетные комплексы. Однако его слова оказались пророческими: проблемы с ГОЗ возникли не только у МИТа, но еще у целого ряда предприятий. В целом же реакция на интервью последовала сразу. "Я хочу, чтобы вы не только с этой информацией разобрались, но и вообще с ситуацией,— заявил в день выхода интервью Дмитрий Медведев министру обороны Анатолию Сердюкову.— Если она такая, как описывают некоторые наши коллеги, то тогда нужны организационные выводы в отношении всех, кто отвечает за это в правительстве. Независимо от чинов и званий. Мне хватило прошлого года".

Гособоронзаказ-2011

Последнее предложение звучало грозно, поэтому Минобороны не могло оставить заявление генконструктора без ответа. Через несколько дней Анатолий Сердюков вместе с вице-премьером Сергеем Ивановым, курирующим оборонку в правительстве, отчитались перед президентом о ситуации: оба утверждали, что предпосылок для срыва ГОЗ-2011 нет. А задержки с заключением контрактов, по их версии, были связаны исключительно с ценообразованием. И тогда уже выяснилось, что проблемы, изложенные академиком Соломоновым, касаются не только МИТа, но и Объединенной судостроительной корпорации (ОСК), Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) и холдинга "Вертолеты России". Примечательно, что эта тройка была обнародована самим министром обороны.

В течение августа и президент, и подключившийся к нему премьер Владимир Путин требовали как можно скорее весь пакет контрактов по ГОЗ-2011 заключить, причем звучали даже конкретные даты. В итоге дошло до того, что премьер потребовал закончить контрактацию и отчитаться перед ним до 31 августа. К тому моменту одним "проблемным" поставщиком стало меньше: к 31 августа у холдинга "Вертолеты России" с Минобороны были подписаны 11 контрактов на поставку 590 вертолетов. ГОЗ-2011 в плане вертолетов, как пообещал директор холдинга Дмитрий Петров, будет выполнен. С оставшейся тройкой поставщиков — МИТ, ОАК, ОСК — Минобороны найти общий язык в указанный премьером срок не смогло.

Помощь извне

Владимир Путин
Фото: ITAR-TASS/PRESIDENTIAL PRESS SERVICE, Reuters

Сложности во взаимопонимании понятны. Впервые за много лет промышленность осознала, что у военных есть реальные средства для выполнения ГОЗ, и это немедленно сказалось на ценах. Владимир Путин это заметил и прореагировал. 26 июля, выступая на совещании по вопросам ГОЗ, премьер в ценовом споре между промышленностью и Минобороны выступил на стороне военных. Узнав у главы Минфина Алексея Кудрина, что накопленная инфляция с начала года уже составила около 5%, а по итогам 2011 года планируется 7-7,5%, Владимир Путин удивился: "В отношении военной техники цены выросли не на какие-то 5-7-8%, а в разы. Это куда годится?".

Уже к середине августа становилось ясно, что ситуация с ГОЗ-2011 выходит из-под контроля — сроки поджимали, а контракты все не заключались. Для форсирования решения этого вопроса был подключен уже не только Сергей Иванов, но еще и вице-премьер Игорь Сечин. Ему выпала "честь" возглавить межведомственную комиссию, которая должна была сблизить промышленность и военных в "цене вопроса".

Но предложение комиссии согласовывать контракты по прямой калькуляции цен на изделия без применения инфляционной надбавки не сильно помогло. ОСК согласилась подписать с Минобороны ряд не самых крупных контрактов, а самые сложные и дорогие — с "Севмашпредприятием" на сдачу до нового года одного подводного крейсера проекта 855 "Ясень" и двух проекта 955 "Борей" — остались в подвешенном состоянии. При этом надо отметить, что крейсеры проекта 955 являются штатными для запуска межконтинентальной баллистической ракеты "Булава", а в госпрограмме вооружения (ГПВ) до 2020 года упор делается именно на стратегическую составляющую.

Контракты с ОАК на поставку 65 учебно-боевых самолетов Як-130 и 24 корабельных истребителей МиГ-29К ждала та же участь. Хотя во время авиасалона МАКС говорилось, что может состояться подписание контрактов на эти поставки не только в рамках ГОЗ, но и по всей ГПВ-2020 суммой около $3 млрд. Однако Минобороны посчитало, что $15,4 млн за один Як-130 — необоснованно много, а авиапромышленность ответила, что не может работать себе в убыток. На том переговоры и продолжаются, и каждая сторона меняет свою позицию крайне неохотно. Если вообще меняет.

МИТ, ставший настоящим катализатором выявления проблем ГОЗ-2011, попал в опалу. Хотя претензии со стороны военных Анатолий Сердюков обосновал в начале июля весьма внятно. По словам министра, МИТ необоснованно увеличил стоимость партии ракетных комплексов "Тополь-М" на 3,9 млрд руб. Однако учитывая технологические циклы изготовления комплексов "Тополь-М", едва ли можно говорить о том, что они будут поставлены в сроки, обусловленные ГОЗ-2011. Предложение президента "закупать продукцию за рубежом" в конкретно взятом случае с МИТ оказалось несостоятельным: ведь институт является эксклюзивным разработчиком стратегических ракетных комплексов, а производящий их Воткинский завод — эксклюзивным производителем. Аналогов производимой продукции в мире просто нет.

Чуда не произошло

Так получилось, что именно ГОЗ-2011, в отличие от всех предыдущих ГОЗ, отводилась принципиально новая роль — роль флагмана и первопроходца в десятилетней программе перевооружения. И президент, и премьер, и министр обороны неоднократно подчеркивали рекордные финансовые показатели, выделенные не только по ГПВ-2020 (около 20 трлн руб.), но и по ГОЗ-2011, а это с учетом кредитной схемы около 750 млрд руб. Столь крупной суммы никогда ранее не выделялось.

В целом понять можно обе стороны. Минобороны не может по одному указу премьера или президента заключить контракт "не глядя" — тогда все 750 млрд руб. вмиг осядут в ряде предприятий, не позволив военным заключить не менее важные контракты с другими поставщиками. А за это верховный главнокомандующий явно щадить не будет. Промышленность же просто не может работать себе в убыток: цена на продукцию растет, а военные, столь трепетно относящиеся к финансам, требуют обосновывать фактически каждый рубль. Что занимает не день и не два, а куда больше времени. А слова о том, что следующий ГОЗ-2012 будет сформирован до 2012 года, едва ли послужат утешением: ведь смысл ГОЗ не столько в его формировании, сколько в его своевременном выполнении. Чего с ГОЗ-2011, увы, не случилось.

В целом же сложившаяся ситуация окончательно утвердила две тенденции. Первая заключается в том, что Минобороны и промышленность не могут заключать контракты по первому же предложению "сверху". Вторая свидетельствует о том, что сейчас идет финальная битва из разряда "кто кого" в ценовом вопросе. Либо военные предложат свои условия игры промышленности, по которым она будет играть вплоть до 2020 года, либо же промышленность сможет отстоять свои позиции и Минобороны придется искать ценовой компромисс, что привнесет дополнительные трудности, ведь Минфин, который до последнего момента возглавлял Алексей Кудрин, считает увеличение расходов на военные программы едва ли не экономическим преступлением против бюджета России.

Иван Сафронов-мл.

Гособоронзаказу помешало подкрепление