Дело Магнитского на "Форуме 2000" в Праге

Ирина Лагунина: В понедельник в Праге открылась 15-я по счету конференция в рамках «Форума 2000», ежегодного собрания интеллектуалов, начатого под конец прошлого столетия президентом Чехии Вацлавом Гавелом. Тема этого года – законность и демократия. В дискуссии о России в связи с этой проблемой участвовал глава инвестиционного фонда Hermitage Уильям Браудер. Напомню, два года назад в московском СИЗО скончался юрист этого фонда Сергей Магнитский. И обстоятельства этой смерти, как и отсутствие правосудия по этому делу, вызвали протест международного сообщества. Уильям Браудер Был гостем нашей студии. Дело Сергея Магнитского внешне кажется очень запутанным. На самом деле я согласна с руководителем российского отделения организации Trasparency International Еленой Панфиловой, что его надо разбивать на три дела. Первое: смерть Магнитского и виновные в ней. Второе: обвинения против самого Магнитского, из-за которых он попал в следственный изолятор (это дело сейчас, после его смерти, против него возобновлено). И третье – обвинения, которые Сергей Магнитский выдвинул против сотрудников правоохранительных и налоговых органов в том, что те воспользовались изъятыми у вас в офисе бумагами на три предприятия, чтобы потом перерегистрировать их и с помощью махинаций изъять из российской казны налоги на сумму 230 миллионов долларов. Итак, давайте начнем по порядку. Что нового известно об обстоятельствах смерти Сергея Магнитского в СИЗО?

Уильям Браудер: Это, наверное, самое шокирующее из всех дел, потому что Сергей был необычным представителем в мире заключенных в России. В течение всех этих 358 дней, пока они измывались над ним и пытали его в тюрьме, он записывал все, что с ним происходило, в форме уголовных жалоб на неподобающее обращение. В общей сложности за 358 дней в заключении он написал 450 жалоб, что, возможно, беспрецедентно, если оценивать с точки зрения злоупотребления правосудием со стороны властей. Власти никогда не ответили ни на одну из этих жалоб. Но мы получили копии этих жалоб от его адвокатов и составили библиотеку, которая показывает, кто, что и в какой момент предпринимал против него. Эти документы однозначно показывают, что Сергея пытали и в конечном итоге убили. И несмотря на то, что даже советник президента России по правам человека через год после происшедшего вынужден был вмешаться и начать собственное независимое расследование действий правоохранительных органов, несмотря на их собственное заключение, что он был незаконно арестован, что его пытали и убили, прошло уже почти два года со дня его смерти, ни один представитель правоохранительных органов, ни один прокурор, ни один судья, ни один тюремный работник не понес наказание за то, что произошло с Сергеем. Они нашли козлов отпущение в двоих тюремных врачах, которые на самом деле несут ответственность за происшедшее. Но это только два человека из 60-ти, участие которых в этой смерти выявили мы.

Ирина Лагунина: Вы недавно опубликовали заявление, что найдены новые свидетельства, подтверждающие, что до смерти Сергея Магнитского пытали. И это, возможно, и привело к летальному исходу. Когда его перевели из Бутырки в «Матросскую тишину» в критическом состоянии и с чудовищными болями, его не поместили в медицинскую палату, его поместили в отдельную камеру и пригласили ОМОН присматривать за буйным пациентом. Почему эти документы стали достоянием гласности только сейчас?

Уильям Браудер: Когда его хоронили, несколько человек сфотографировали открытый гроб. И на фотографиях отчетливо видно, что фаланги пальцев у Сергея черные или в синяках. Это было первым указанием на то, что чего-то в этом деле мы не знаем. Но государственные органы отказались предоставить материалы о вскрытии или, как это называется, посмертном медицинском освидетельствовании. В общей сложности этих освидетельствований было четыре. И только после того, как мы и мать Сергея подали несколько исков с требованием предоставить нам материалы, постепенно начала поступать информация. На чудовищных фотографиях его тела видны рваные раны на запястьях в несколько сантиметров, видны следы ужасного насилия. Насколько я понимаю, в процессе постепенного расследования и получения информации по этому делу Общественная наблюдательная комиссия за местами заключения, в конце концов, получила эти документы, подтверждающие, что Сергея в последние часы его жизни избили 8 сотрудников ОМОНа. Аналогичным образом мы только что получили очень важную информацию о том, что через три дня после того, как Сергей умер один из следователей в местном полицейском участке, который просто не знал, что все это дело надо скрывать, его не проинструктировали, рекомендовал открыть дело по факту об убийстве Сергея Магнитского. Но эту рекомендацию быстро похоронили. Было открыто лишь дело о халатности.

Ирина Лагунина: Поясню один момент – тело семье, как утверждает адвокат матери Магнитского, поначалу вообще не хотели выдавать, а потом выдали с условием, что он будет похоронен в закрытом гробу. Чего не произошло. Но как во всем этом оказался замешанным местный полицейский участок?

Уильям Браудер:Потому что семья немедленно, на следующий день после его смерти, заявила о том, что это было умышленное убийство. Так что в местном полицейском участке посмотрели на все обстоятельства случившегося и сочли, что есть достаточно свидетельств того, что произошло убийство, а следовательно, должно быть открыто уголовное дело. Но потом все это замяли и похоронили. И об этом стало известно только несколько недель назад.

Ирина Лагунина: Мать Сергея Магнитского обращалась в следственные и тюремные органы с просьбами предоставить ей материалы медицинских исследований тела сына и образцы тканей. Но ей было отказано. Как продвигаются дела в этом направлении?

Уильям Браудер: Мать Сергея направила в общей сложности более 30 запросов. Она хотела получить всю документацию, чтобы составить собственную картину того, что произошло и кто несет за это ответственность. На 90 процентов запросов пришел отказ. Каждый такой отказ ее адвокаты препровождали в суд. И в каждом случае суды выносили решение в пользу правоохранительных органов. Но здесь на самом деле преследуются две цели. Во-первых, конечно, получить документы, которые прольют свет на обстоятельства смерти Сергея. А во-вторых, каждый такой отказ показывает всему миру: вот правительство, которое заявляет, что со всей серьезностью относится к расследованию этого дела, но оно отказывает во всех законных просьбах предоставить информацию. Так что они скрывают?

Ирина Лагунина: Напомню, мы беседуем с главой фонда Hermitage Уильямом Браудером. Недавно российские правоохранительные органы возобновили дело против Сергея Магнитского, то самое дело о том, что он якобы не уплатил налоги в 2001 году, за что его и арестовали в 2008. Я понимаю, что в России все возможно. И возможно даже, что это дело дойдет до суда и суд примет сторону обвинения и постановит, что Магнитский виновен в неуплате налогов. По вашему мнению, что это даст тем людям, которые довели его до смерти в СИЗО?

Уильям Браудер: Поймите, представители российского государства пытаются обелить себя в глазах международного сообщества. Они думаю, что они могут потом представить такой аргумент: у нас есть решение суда о том, что его арестовали законно, как вы можете спорить с решением суда? Это их логика. Ничто в России не изменилось за последние 60 лет. Так же и в сталинские времена до того, как людей посылали в ГУЛАГ на смерть, из них выбивали признания собственной вины. Чтобы потом записать на бумаге – этот человек сам признался. Этот тот же юридический бюрократический менталитет, который был в сталинские времена, но только воплощенный в 2011 году.

Ирина Лагунина: Вы также отслеживаете судьбу этих 230 миллионов долларов, которые были в качестве возврата налогов изъяты из российской казны. Есть новости в этой области?

Уильям Браудер: Мы поставили себе такую цель: если мы не можем наказать виновных в смерти Сергея внутри России, поскольку их прикрывают правоохранительные органы, тогда мы выясним, где находятся их деньги, заморозим их счета, не дадим им доступа к их собственности. Мне кажется, что эти люди даже никогда не подозревали, что все эти преступления могут всплыть на поверхность. Обычно они остаются незамеченными. Но из-за того, что Сергей умер, мы не остановились и не остановимся. Тогда мы составили список из 60 человек. Все эти фамилии есть на официальных документах. Вот, например, подполковник МВД Артем Кузнецов. Он зарабатывает 10 тысяч в год. А затем мы посмотрели реестры регистрации собственности. И – одно, два, три совпадения! Собственность, которой владеет либо сам Кузнецов, либо его родственники. Земля, квартиры, машины, поездки – все вместе взятое составляет 3 миллиона долларов. 3 миллиона при доходе в 10 тысяч в год. Мы проделали то же самое с Павлом Карповым, еще одним следователем МВД. Собственность на 1,3 миллиона при зарплате в 10 тысяч долларов в год. Мы выложили эту информацию на сайт «Остановить неприкасаемых!» и пригласили читателей сайта стать гражданами-детективами. И каждую неделю мы получаем по одному-два сообщения. Многие оказываются неверными, но иногда мы получаем золотую информацию. Именно так прошлым летом на нас вышел человек, который знал людей в том самом налоговом управлении, которое в одночасье накануне Рождества 2007 года изъяло из государственной казны 230 миллионов долларов. На основании этих документов нам потом удалось подтвердить, что эти налоговые инспекторы пропустили через швейцарские банки более 20 миллионов долларов. Мы предоставили информацию швейцарским властям, и они заморозили счет.

Ирина Лагунина: Мы беседовали с главой фонда Hermitage Уильямом Браудером.

• 

  Ирина Лагунина

  Руководитель специальных проектов Русской службы Радио Свобода

  LaguninaI@rferl.org