Вина не доказана, приговор вынесен

Президент Ивану Белоусову не поможет

Президент не поможет. Московский студент Иван Белоусов, осужденный на 6 лет якобы за подрыв фонарного столба на Манежной площади в Москве, стал известен всей стране летом этого года, когда о нем рассказали президенту Медведеву правозащитники. 16 октября они должны были вновь встретиться с Дмитрием Медведевым и собирались снова говорить о деле Белоусова. Но встреча не состоится: президент перенес ее на середину декабря, после парламентских выборов. Кто теперь поможет студенту Белоусову — выяснял The New Times
«Порой у меня возникает ощущение, что в нашей стране есть только две проблемы, которые должны волновать правозащитников, — дело Магнитского и дело Ходорковского», — заметил президент на встрече с членами президентского совета по совершенствованию институтов гражданского общества 5 июля в Нальчике. «Отчего же, могу сообщить про третьего, — возразила тогда главе государства член президентского совета журналист Ирина Ясина. — Совершенно случайно узнала про 23-летнего парня, ровесника моей дочери, который осужден за то, что якобы подложил взрывное устройство под фонарь на Манежной площади в 2007 году. Он получил 6 лет, хотя у него абсолютное алиби. Представляю себя на месте его мамы, и мне становится страшно: если бы мой ребенок проходил мимо этого фонаря в тот момент — его также могли бы обвинить в этом преступлении?»

Медведев попросил передать ему документы по делу. Выяснением занялось контрольное управление президента (КУП) и к середине сентября пришло к выводу, что в работе и следствия, и суда были допущены ошибки, не был даже проведен следственный эксперимент, но вновь открывшихся обстоятельств по делу нет. А значит, нет и оснований для пересмотра.

«В письме начальника КУП в президентский совет сообщается, что, по оперативным данным, Иван Белоусов являлся членом Национально-социалистического общества и лично руководил группой подрывников «Русские витязи», — сообщила The New Times Ирина Ясина. — Этот ответ по сути — отписка. Нам говорят: Белоусов — националист, поэтому его защищать не стоит. Но мы ведь ставили другой вопрос: ни на следствии, ни на суде не было доказано, что Белоусов совершил закладку взрывного устройства. Его ведь никто не обвинял в экстремизме или в причастности к националистической деятельности, обвиняли именно в хулиганстве. А вина не доказана».

С Ясиной согласна и другой член президентского совета, судья Конституционного суда в отставке Тамара Морщакова. Она убеждена: дело требует пересмотра. Единственная инстанция в России, которая способна изменить судьбу Белоусова, — Верховный суд РФ. Именно туда, к председателю ВС Вячеславу Лебедеву вместе с защитой Белоусова собираются обращаться правозащитники.

Иван Белоусов осужден на 6 лет за подрыв фонарного столба, несмотря на алиби и отсутствие доказательствЭкстремистский след История Ивана Белоусова началась 27 декабря 2007 года на Манежной площади в Москве. В 17.58 неустановленные лица взорвали один из фонарных столбов рядом со входом в ТЦ «Охотный Ряд». Пострадавших не было. Судя по материалам дела, следствие сначала разрабатывало «кавказский след». Вскоре дело было приостановлено и возобновлено лишь осенью 2008 года, когда было решено доказывать причастность к странному взрыву студентов московских вузов. По информации, которую оперативники из следственного управления по Москве считали с валидаторов метро, четверо студентов 27 декабря 2007 года в 16.21 заходили на станцию метро «Охотный Ряд» по именным студенческим проездным билетам. 5 ноября 2008 года оперативники провели обыски на квартире студентов и доставили четверых приятелей в Главное следственное управление ГУВД по Москве. «Ребят вытаскивали из кроватей, надевали на них наручники, а на допросах спрашивали, где они были 27 декабря 2007 года», — рассказала The New Times мама Ивана Белоусова Марина.

Среди задержанных кроме Ивана Белоусова оказался и студент биофака МГУ Илья Скляр. 27 декабря у него был день рождения. Он встретился с Белоусовым, Вахрамеевым и Гегелевым у метро «Театральная», и они поехали праздновать в кафе у метро «Площадь Ильича», где был заказан столик. «Судя по показаниям на суде, во время первых ночных допросов ребят пугали обвинениями в терроризме и большими сроками. Скляр испугался и неожиданно вспомнил, что примерно в 16 часов 27 декабря 2007 года они вместе с Белоусовым подошли к фонарному столбу, тот якобы достал из рюкзака белый пакет, поставил его около столба, и потом они ушли. Что было в пакете — Скляр не знает. После этих показаний Скляра отпустили, а Белоусову предъявили обвинение в закладке самодельного взрывного устройства (СВУ) за 1 час 40 минут до взрыва», — рассказала The New Times адвокат Анна Ставицкая.

На заседании суда 7 мая 2009 года Скляр изменил показания, заявив, что в белом пакете, который Белоусов оставил у фонарного столба, были пластиковые стаканчики, из которых они выпивали медовуху на Манежной площади. В тот же день на суде Белоусов спросил у Скляра: «Правда ли, что на очной ставке на следствии ты сказал: «Прости, Ваня, я тебя оговорил, но мне обещали пять лет». «Да, это правда», — подтвердил Скляр.

Заключение Экспертно-криминалистического центра МВД РФ Нажмите, чтобы увеличить

Без доказательств Из приговора Тверского районного суда г. Москвы от 27 августа 2009 года: «Белоусов И.С. в неустановленное время и месте, в период до 27 декабря 2007 года вступил в предварительный преступный сговор с неустановленными лицами, направленный на совершение хулиганства. Он совместно с неустановленными соучастниками при неустановленных обстоятельствах подыскал предмет, используемый в качестве оружия — самодельное взрывное устройство (СВУ), которое намеревался использовать при совершении хулиганских действий… Неустановленными соучастниками Белоусова И.С. по каналу радиосвязи был осуществлен подрыв указанного СВУ…»

Кроме показаний Скляра, данных на предварительном следствии и измененных потом на суде, в деле нет доказательств, которые бы подтверждали, что Белоусов когда-либо подходил к фонарному столбу, взорванному в 17.58. Кроме того, он со своими приятелями в это время находился в другом районе Москвы. Ни следствие, ни суд так и не смогли установить — кто же привел в действие СВУ?

«Обвинение считает, что с 16.20 до 16.23 Белоусов заложил СВУ возле фонарного столба. Обвинение считает, что этот факт зафиксировала камера видеонаблюдения, установленная по адресу Тверская, 4. Там видно, что какие-то двое людей подходят к столбу, стоят около него и отходят. По данным экспертизы, из-за плохого качества видеозаписи нельзя различить лица людей, а также предмет, оставленный или не оставленный возле фонарного столба на Манежной площади, — говорит адвокат Анна Ставицкая. — А значит, нет никаких доказательств, что у фонарного столба находился именно Белоусов со Скляром и что они оставляли там какой-то предмет. Но ведь суд не оспаривал то, что Белоусов входил в метро в 16.21.18. Как он мог одновременно закладывать СВУ и заходить в метро? Оказывается, все просто: суд считает, что время, зафиксированное на камере видеонаблюдения, имеет погрешность в 2–3 минуты как в сторону отставания от реального времени, так и в сторону опережения». В любом случае, считает адвокат, суд должен был провести следственный эксперимент, чтобы проверить: мог ли Белоусов добежать от фонаря до входа в метро «Охотный Ряд» за 1 минуту 10 секунд — именно столько времени, по мнению защиты, ему понадобилось бы, чтобы, заложив СВУ, оказаться в метро в 16.21.

Корреспондент The New Times, присутствовавший на суде, обратил внимание, что судья и прокурор интересовались не доказательствами вины подсудимого, а его взглядами. Дело в том, что Иван Белоусов какое-то время посещал лекции некоего Дмитрия Румянцева

* * Руководитель Национально-социалистичес-кого общества, известный своими радикальными националистическими взглядами. , с которым довольно быстро разругался, и в разговоре с The New Times сожалел об этом. В материалах дела нет никаких данных о каких-либо действиях Белоусова, связанных с насилием, или хотя бы упоминаний о его участии в националистических акциях. И все разговоры о его якобы сомнительных взглядах являлись фоном, оправдывающим его возможную причастность к подрыву СВУ. Повторим: судили Белоусова за простое хулиганство.

Алиби Защита неоднократно просила суд посмотреть другие видеозаписи, которые фиксировали Манежную площадь и взорванный 27 декабря фонарный столб. Эти видеозаписи находились в распоряжении следователя Андрея Медведева, но не были переданы в суд. Судья Елена Сташина

* Фигурирует в списке Кардина как одна из судей, причастных к гибели Сергея Магнитского. адвокатов не поддержала: просмотр разрушил бы версию обвинения. Уже после приговора Тверского суда, готовясь к рассмотрению дела в Верховном суде, защитники получили заключение Экспертно-криминалистического центра МВД России. Оно полностью подтвердило алиби Белоусова.

Эксперты изучили видеозапись с камеры, установленной на гостинице «Националь». Эта видеокамера, как и та, записи с которой демонстрировались в суде, установила, что с 16.22.33 до 16.23.17 к фонарному столбу подходят двое людей, чьи лица различить невозможно. Взрыв фонарного столба зафиксирован в 17.58.43. Ни сторона обвинения, ни суд не сомневаются в том, что взрыв произошел именно в это время. Раз две разные камеры одинаково отображают время одних и тех же событий, значит, на них установлено реальное время, без погрешностей в ту или иную сторону. «Если бы суд исследовал видеозапись с гостиницы «Националь», он должен был бы вынести оправдательный приговор в отношении Белоусова, — уверена адвокат Ставицкая. — Но суд выносил приговор не на основе доказательств, а на основе предположений. И подгонял имеющиеся доказательства к конкретному человеку. Например, в приговоре записано, что СВУ было завернуто в белый пакет. Но из протокола осмотра места взрыва следует, что в радиусе взрыва были обнаружены фрагменты полимерного материала черного цвета. Никаких кусочков белого пакета там не нашли».

Все доводы об алиби Белоусова, о результатах экспертизы защита отразила в надзорной жалобе в Верховный суд. Оттуда 19 мая 2011 года пришел отказ-отписка за подписью судьи Владимира Лизунова. «Самое ужасное в этом деле, как и в сотнях других, — никто не хочет разбираться: ни кассационные инстанции Мосгорсуда, ни Верховный суд, — говорит Ставицкая. — Какой смысл во всех этих вышестоящих инстанциях, если они не вникают в обстоятельства? Не все же могут дойти со своим делом до президента Медведева. А если и дойдут, то и президент им не поможет».

---

Александр Верховский («СОВА»):

«Я никогда не слышал о такой организации»

«После приговора суда Ваню в СИЗО «Лефортово» неоднократно посещал оперуполномоченный ФСБ Илья Иванов. Он уговаривал его назвать сообщников, подорвавших фонарный столб. Угрожал, что если Ваня их не назовет, то его отправят в Красноярский край, — говорит тетя Белоусова Наталья Зыкина.— Мы жаловались начальнику СИЗО на эти посещения опера, которые проходили без адвоката. Потом в материалах дела мы нашли бумагу из управления ФСБ по Москве и Московской области. Там говорилось, что Белоусов сформировал звено несовершеннолетних подрывников «Русские витязи». Когда мы на свидании спрашивали Ваню об этой организации, он очень удивлялся и говорил, что впервые об этом слышит».

The New Times связался с Александром Верховским, руководителем центра «СОВА», который занимается мониторингом экстремистских и националистических движений: «Я никогда не слышал о такой организации, и в приговоре Белоусова она не фигурировала. Теоретически эта организация существовать могла. Под ней может пониматься группа из трех человек, которые просто общаются между собой. Есть две версии: может быть, оперативники для своих целей выдумали эту организацию, а может быть, кто-то на допросе сказал, что у них была такая группа, и оперативники решили проверить эту информацию. Судя по всему, найти участников этой группы так и не удалось».