Original Material
: «Элитка» для элиты
Больше половины элитного жилья покупают чиновники. Запредельная цифра отражает, то, о чем все и так догадывались, - уровень коррупции, мягко говоря, высок. Однако теневые деньги надо вкладывать. По логике скоро средства начнут требовать иных форм легализации. Правда, так не может продолжаться вечно.
Вслух сказано то, о чем многие и так догадывались. Чиновники составляют около 60 процентов покупателей московского жилья, стоимостью 1,5-2 миллиона долларов, рассказал директор департамента продаж элитной недвижимости компании Penny Lane Realty Александр Зиминский. «Чиновники - самая прекрасная клиентура», - отметил он Зиминский. По его словам, чиновники ищут направления, куда можно вложить деньги, и выбирает недвижимость. И жилье, таким образом, становится привлекательным объектом для инвестиций государевых людей.
Заявление, может, и чересчур смелое, но эффектное, потому требуется несколько оговорок, прежде чем перейти к рефлексии. Во-первых, статистика даже крупной компании, специализирующейся на продаже элитного жилья, - это еще не достоверная рыночная статистика.
Затем: у чиновников имеются семьи. Жена или муж бизнесмен — для крупного федерального или регионального чиновника далеко не редкость. Достаточно вспомнить, что жены первого замглавы администрации президента Владислава Суркова (85 миллионов рублей за 2010 год), помощника президента Аркадия Дворковича (41 миллион рублей) и первого вице-премьера правительства Игоря Шувалова (372 миллиона), если верить официальным декларациям, существенно богаче мужей. Жены с таким уровнем дохода вполне могут позволить себе квартиру за два миллиона долларов. А муж и жена, как известно, - «одна сатана». И квартиру вполне можно записать на мужа.
Однако далее начинаются сплошь вопросы. Ну во-первых, по поводу супругов: обязаны ли они своими успехами в бизнесе успехам их половинок в сфере госуправления? Ответ, понятное дело, всякий даст на свой вкус. Сами чиновники. Разумеется, скажут, что никакой зависимости тут нет, но вопросы останутся. Ибо зависимость все равно имеется — жены вхожи в элиту, в том числе через мужей. Некоторые влиятельные бизнесмены вполне могут позволить, скажем, для усиления влияния иметь на гендиректорских позициях супругов госчиновников. С многомиллионными зарплатами.
Далее: оставшиеся 40 процентов покупателей «элитки» — кто они? Ответ очевиден: они — бизнесмены. Кто-то частник, кто-то из госкомпаний. Это уже не суть важно, важно, что их мало. Понятно, что у кого-то нет потребности покупать жилье в столице в принципе, кто-то его уже имеет, у кого-то давно интересы в районе Темзы. Опять-таки бизнесмены могут догадываться, что жилье, даже сколь угодно элитное — крайне невыгодный способ инвестирования. Ведь надо надеяться, что оно будет расти в цене, его трудно превратить в деньги в случае, если деньги понадобятся и вообще — лучше играть на рынке акций.
Однако почему всего 40 процентов? Откуда такой перекос, пусть и только на данный момент. Ответ может крыться в тех сферах, которые скрыты от взглядов «широкой общественности». Например, эти «60 процентов чиновников» могут подтверждать робкие высказывания на тему невиданной коррупции в России. Теневые деньги же надо легализовать. Простейший способ — купить дорогую квартиру. По крайней мере, после того, как куплена аналогичная машина. Затем следует дом на Рублево-Успенском шоссе, возможно два. А после можно прикупить еще несколько дорогих квартир.
Это, разумеется, только первый этап накопления капитала. Далее обустройство заканчивается и если коррупционная рента продолжает поступать, на деньги уже придется покупать что-то более значимое. Например, собственный бизнес, который неизбежно начнет приносить прибыль. Деньги породят деньги и их надо будет вновь инвестировать. Скупка недвижимости — вполне возможный вариант.
Есть ли в России мультимиллиардеры, неизвестные «Форбсу», из числа милицейских ли генералов, прокурорских ил работников, прочих ли силовиков? По всей видимости, если не миллиардеры, то мультимиллионеры имеются и в изобилии. Только вот пустопорожний все это треп — ну как верифицируешь заявления о «миллиардах Путина»? Генпрокуратура гарантированно окажется бессильной.
Вопрос, правда, в том, что деньги рано или поздно станут требовать если не выйти в свет, то по крайней мере подстраховаться от различного форс-мажора. А вот этого гарантировать не может никто. Глядя, с каким гиканьем зашедшие с Сергеем Собяниным в Москву бизнесмены отжимают бизнес лужковских, становится понятно, что все это не на века. Деньги тянутся к власти. Но стоит потерять власть — и что будет с имуществом? Ответа сегодня не даст даже Генпрокуратура.