Гендиректор ОАО «МРСК Урала» Валерий Родин о сокращении инвестпрограммы

Федеральная служба по тарифам (ФСТ) утвердила предельные индексы роста тарифа: цены на электроэнергию повысятся только с 1 июля 2012 года. В интервью „Ъ” генеральный директор ОАО «МРСК Урала» Валерий Родин рассказал о том, как это решение повлияет на реализацию инвестиционной программы сетевой компании, о взаимоотношениях со сбытовыми компаниями и крупными потребителями.

— В 2011 году государство приняло решение об ограничении роста тарифов на уровне 15%. В результате ОАО «МРСК Урала» недополучило 1,2 млрд рублей валовой выручки. В 2012 году рост тарифа на 6% запланирован только с 1 июля. Как это сказалось на реализации инвестиционных проектов «МРСК Урала»?

— Валовая выручка «МРСК Урала» из-за сдерживания роста тарифов с 1 мая 2011 года снизилась на более чем 2 млрд рублей. При этом инвестиционная программа 2011 года объемом 7 млрд рублей практически не пересматривалась. Недостающие средства будут компенсированы за счет привлекаемых займов. В 2012 году проблемы будут, прежде всего, связанные с тем, что тарифы вырастут только во втором полугодии. «МРСК Урала» перешла на RAB-регулирование (система тарифообразования на основе пятилетнего регулирования тарифов, в который закладывается объем планируемых инвестиций сетевой компании в долгосрочной перспективе. — „Ъ”). Новая система предусматривала 20%-ный рост тарифов ежегодно. Но, поскольку рост тарифа не может быть бесконечным, было принято решение о его замедлении. На 2012 год планируется его повышение на 6% максимум.

— Необходимо ли методика RAB в условиях жесткой регуляции тарифа со стороны государства?

— Я считаю, что RAB-регулирование нужно сохранить. Поскольку кредитным организациям эта система дает понимание того, что средства будут возвращены, поскольку ясен источник их возврата. В связи со сложившейся ситуацией с тарифами и RAB-регулированием «МРСК Урала» рассматривает несколько вариантов развития событий.

— Эти варианты связаны с пересмотром инвестиционной программы на 2012 год?

— Да, решение повышать тарифы во втором полугодии не позволяет «МРСК Урала» давать точные прогнозы относительно инвестиционного развития. Поэтому на 2012 год «МРСК Урала» пересматривает инвестиционную программу в сторону снижения до 50% по сравнению с первоначальными планами. Но при этом она будет не ниже, чем в 2011 году, то есть на уровне 7 млрд рублей, а с учетом ОАО «Екатеринбургская электросетевая компания» (ЕЭСК, дочернее зависимое общество ОАО «МРСК Урала»), не ниже 10 млрд рублей. При переходе на RAB-регулирование, инвестиционная программа «МРСК Урала» планировалась в размере 14 млрд рублей.

— Какие проекты в результате пересмотра тарифов пострадают?

— «МРСК Урала» не получит необходимой валовой выручки, соответственно, необходимой прибыли для инвестиций в новое строительство. Это не очень хорошо, но не смертельно. Существующие проблемы мы решим за эти деньги, другой вопрос, что скорость обновления нашего имущества и основных фондов по всему региону «МРСК Урала» замедлится. В основном, пострадают программы реконструкции и модернизации. Новое строительство продолжим в полном объеме. Появившиеся заявки на техприсоединение мы будем выполнять.

— Тарифное регулирование со стороны государства серьезно осложняет жизнь энергетиков?

— Любое регулирование оптимизма не добавляет, конечно, это сложный процесс. Но «МРСК Урала» — организация, деятельность которой регулируется государством: мы хотим больше — они хотят меньше, где-то на середине наши позиции сходятся.

— ОАО «МРСК Урала» удалось урегулировать отношения с ОАО «Свердловэнергосбыт». Однако остаются достаточно напряженными отношения с ОАО «Челябэнергосбыт», с которым вы ведете судебные разбирательства. Почему возникают проблемы во взаимоотношениях со сбытовыми компаниями и как их можно решить?

— Возникают спорные моменты, поскольку реформа электроэнергетики до конца не закончилась, а законодательство несколько запаздывает за изменениями в отрасли. Поэтому надо уметь договариваться, как мы это делаем с ОАО «Челябэнергосбыт», но вопросы, которые мы не можем решить, разбираем в судах. В частности, это касается ответственности за потери в сетях. Энергосбытовые компании не собирают деньги с потребителей, списывая потери в сетях на МРСК. Мы с этим не согласны. К тому же, энергосбыт имеет право в одностороннем порядке расторгнуть договор с предприятием, не обеспечивающим выплаты, а мы при этом отключить такое предприятие не можем, и вся потребляемая им электроэнергия попадает в наши потери.

— Руководство «МРСК Урала» заявляло, что во второй половине 2011 года будет продан ОАО «Екатеринбургэнергосбыт», согласно требованиям законодательства. Как обстоят дела с продажей этого непрофильного актива?

— В настоящее время идут корпоративные процедуры по продаже «Екатеринбургэнергосбыта». Поскольку они очень длительные, я думаю, что сделка состоится в конце 2011 года. Сделана оценка компании, которая направлена в Росимущество, но пока не согласована. Мы не можем назвать покупателя, потому что организацией продажи занимается холдинг МРСК. Сначала совет директоров холдинга должен утвердить стоимость сделки, затем это сделает совет директоров «МРСК Урала» и после будет утверждена форма продажи (аукцион или прямая продажа). Но я считаю, то, что продажа «Екатеринбургэнергосбыта» — это неправильно.

— Почему?

— Потому что у «МРСК Урала» с «Екатеринбургэнергосбытом» как со сбытовой компанией, входящей в структуру «МРСК Урала», нет проблем. Это нормально работающая компания. Но законом предусмотрено, что нельзя совмещать монопольную деятельность с рыночной. Тем более что в Екатеринбурге нам удалось выстроить очень эффективную схему работы с управляющими компаниями: по договору энергоснабжения они берут на себя оплату внутридомового освещения и лифтов. Так, например, в Перми потребитель платит только по счетчику, а освещение в подъезде в качестве потерь списывают нам. Тогда как в Екатеринбурге позиция сбыта, наша и администрации города такова, что все должны оплачивать управляющие компании. За счет этого экономия составила 100 млн рублей. Я считаю, что работа сбытовой и сетевой компаний в одной структуре более результативна.

— Она более удобна для потребителя?

— Да, поскольку есть разные сбытовые компании: организованные за счет реформирования — «Екатеринбургэнергосбыт», «Челябэнергосбыт». А есть независимые, с которыми работать весьма проблематично и только через суд. Например, нижнетагильский филиал ОАО «Роскоммунэнерго» платит только по решению суда и ничего с ними сделать невозможно.

— Собираетесь ли вы продавать пакет акций «Курганэнерго» (ОАО «МРСК Урала» принадлежат 49% «Курганэнерго». — „Ъ”)?

— Уже почти год владельцы контрольного пакета (структуры Артема Бикова. — „Ъ”) ведут переговоры с руководством ОАО «Холдинг МРСК», министерством энергетики о покупке этого актива. Мы являемся сторонниками продажи пакета. Собственники держат нас в курсе дела, но сроки сделки назвать сложно.

— Как на данный момент складываются отношения между «МРСК Урала» и крупными потребителями в части вопроса «последней мили»?

— Ситуация с прямым подключениям к сетям ФСК надуманна. Это связано с тем, что был принят за основу неправильный принцип разделения на сети ФСК и МРСК. ФСК необходимо было отдать только магистральные сети с напряжением 330 кВ и выше, а остальные нужно было оставить в регионах. Потому что на Урале есть распределительные сети 220 кВ. Например, «Русал» на Урале имеет два завода — Уральский алюминиевый завод (УАЗ) и Богословский алюминиевый завод (БАЗ). БАЗ подключен к сетям 110 кВ — то есть, к сетям МРСК, УАЗ подключен к сетям ФСК мощностью 220 кВ. Почему у одного завода тариф должен быть меньше, а у другого больше? Сети «Свердловэнерго» искусственно разделили и поставили заводы в разные условия.

— Выходили ли другие предприятия с предложением о прямом подключении к сетям ФСК?

— ОАО «ЕВРАЗ Качканарский горно-обогатительный комбинат» вышло на прямое подключение к сетям ФСК, получив льготу за счет потребителей Свердловской области. А достоин ли он этой льготы? Это не я решаю. Но считаю неправильным, когда одни получают льготы за счет других. У нас что, мало проблем в области или на Урале в целом? Поэтому я категорически против прямого присоединения, потому что есть баланс региона, а это проблемы области в целом. Например, сейчас идет речь о том, чтобы закрыть на БАЗе электролизное производство из-за высокого тарифа.

— То есть ситуация, когда уральские предприятия «Русала» выходили с инициативой прямого подключения к сетям, была разрешена?

— Нет. В случае с УАЗом мы находимся в разбирательствах, выясняем, есть ли у них прямой договор с ФСК. Но сама ситуация была надуманна искусственным пониманием «последней мили» (договоры, согласно которым ФСК предоставляет МРСК в аренду участок магистральной сети высокого напряжения, из-за чего конечный потребитель — крупные промышленные предприятия вынуждены оплачивать услуги распределительных сетей, притом что тарифы их значительно выше. — „Ъ”). Правительство это оценило и отменило «последнюю милю» (действие механизма продлено до 2014 года. — „Ъ”), сейчас все пойдут в суды, и какие решения они будут принимать — пока непонятно.

— Как у «МРСК Урала» складываются отношения с властями во всех регионах вашей работы?

— Больших проблем я не вижу. Споры и разногласия имеют место быть, но это рабочие моменты. Это касается, прежде всего, тарифной политики и консолидации сетевого комплекса. Власти, как и мы, не большие сторонники повышения тарифа. Тем не менее, мы находим диалог с точки зрения принятия инвестиционной программы и ее согласования с регионами.

— В каких регионах проблемные вопросы стоят наиболее остро?

— У нас во всех регионах рабочие отношения. За всю историю «Свердловэнерго» не было спорных моментов, хотя мы, например, вправе опротестовывать тарифы, пожаловаться в ФСТ. Но мы всегда находили решение вопросов в регионе и не выносили это на рассмотрение федеральных служб. Также происходит и сейчас: мы договариваемся, находим взаимоприемлемые решения. Мы не за то, чтобы воевать, мы за конструктивные отношения с властью.

— Как, на ваш взгляд, оптимально должны складываться отношения между властью и энергетиками?

— Есть закон, регулирующий наши отношения, в том числе через тарифы. В настоящее время региональные власти отвечают за развитие энергетики в регионе. Поэтому мы, прежде всего, реализуем проекты, которые они нам предлагают. Инвестпрограмму нам согласовывает и утверждает правительство Свердловской, Челябинской областей и Пермского края. Это нас устраивает.

— Не слишком ли активно власть вмешивается в планы компании?

— Нет, у нас в этом вопросе сотрудничество. «МРСК Урала» строит объекты энергетики в Челябинской, Свердловской областях и Пермском крае. В Челябинской области это проект больших птицекомплексов ЗАО «Уралбройлер», который включен в нашу инвестпрограмму; прорабатывается вопрос строительства системы электроснабжения на двух ГОКах Русской медной компанией, МРСК дана заявка на строительство мощностей энергоснабжения в «Титановой долине».

— Есть ли у вас политические амбиции?

— Нет. Через полгода мне 60 лет, зачем мне власть? Власть — это работа, у меня есть работа, за которую я отвечаю, и буду ею заниматься, пока мне не скажут «хватит». Во власти я никогда не работал, хотя был депутатом палаты представителей законодательного собрания Свердловской области, но никаких политических амбиций у меня не было.

Интервью взяла Елена Никищенко

«Регулирование оптимизма не добавляет»