Original Material
Народ на улице
Репортаж с митинга 10 декабря
Таких митингов Москва не видела лет 20. Причем, если 100-тысячные шествия конца 1980-х организовывались «сверху», то митинг 2011-го был организован и собран активистами внесистемной оппозиции, гражданским обществом, главным информационным ресурсом которого стали социальные сети
Путин должен уйти — именно такова цель протестной волны, которая стартовала 5 декабря и продолжилась 10 декабря, когда десятки тысяч людей по всей стране вышли на улицы российских городов: от Владивостока и Хабаровска на востоке до Калининграда на западе с лозунгами «Едро в помойное ведро», «Даешь свободные выборы», «Россия без Путина». 4 марта, в день президентских выборов, если ситуация не взорвется раньше, станет понятно, насколько хорошо услышали страну, ее граждан — и власть, и элиты, и силовики
Cобытия 10 декабря стали отражением трещины, которая прошла по России.
В этот день на Болотной площади в Москве, в зоне видимости Кремля, на митинг «За честные выборы» собралось от 25 тыс. (данные ГУВД) до 150 тыс. человек (данные независимых наблюдателей и организаторов), многим из них еще неделю назад даже не пришло бы в голову отправиться защищать свои права на улицу. И в этот же день правительственная «Российская газета» опубликовала заявление Центральной избирательной комиссии, что выборы состоялись и их результаты утверждены. Глава ЦИК Владимир Чуров, требование об отставке которого зафиксировано в резолюции митинга, таким образом недвусмысленно дал понять: власть — пока — на попятную идти не готова. В этот же день утром прошел съезд «Справедливой России», на котором, вопреки ожиданиям, эсеры выдвинули кандидатом в президенты не лидера питерского отделения партии экономиста Оксану Дмитриеву, а бывшего главу Совета Федерации Сергея Миронова. А вечером стало известно, что Зюзинский суд Москвы вновь отправил за решетку лидера Левого фронта Сергея Удальцова (его жена Настя была одним из заявителей митинга на Болотной): ему сидеть теперь еще 15 суток.
В этот же день оказалась прорвана информационная блокада: Первый канал, «Россия», НТВ, которые не замечали все предыдущие протесты, именно с сюжетов о митинге на Болотной площади начинали свои вечерние новостные выпуски. «Сынок, ты что, помирился с Путиным?» — спросила мама лидера «Солидарности» Бориса Немцова, которого несколько лет просто не существовало для госновостей, увидев его в репортаже по Первому каналу. Прорыв блокады случился после того, как утром 10 декабря «Коммерсант» сообщил: ведущий НТВ журналист Алексей Пивоваров выдвинул руководству канала ультиматум: если не будет сообщений о митинге, он откажется вести новостной выпуск. Пресс-секретарь канала Мария Безбородова это опровергла: «В этих сообщениях нет ни одного слова правды». Как удалось узнать The New Times, телеведущий действительно обсуждал с генеральным директором канала Владимиром Кулистиковым необходимость рассказать о митинге, но жестких ультиматумов не ставил. «Пивоваров сказал, что канал от Екатерины Андреевой (диктор Первого канала. — The New Times) отделяет всего один шаг, и он не хочет его делать. Начальство отнеслось с пониманием», — рассказал журналу сотрудник телекомпании. Окончательно решение о выпуске и окраске сюжета принималось за несколько часов до новостного блока, когда стало понятно, что митинг прошел без происшествий. И действительно: кажется, впервые за последние годы ОМОН не бил участников, а полиция не заталкивала их в автозаки. Впрочем, заталкивала — в Хабаровске, Казани, Набережных Челнах, Ульяновске.
Наконец, в этот день был порушен целый ряд устойчивых мифов. Оказалось, что оппозиция — левые, либералы, демократы, партии парламентские и те, кого называют «внесистемной оппозицией», — способна объединяться. Что уличный протест — удел отнюдь не только героев или тех молодых людей, для кого это уже стало формой существования, как для членов запрещенной НБП. Оказалось, что другая Россия — это отнюдь не маргиналы, но десятки, если не сотни тысяч представителей среднего класса по всей стране.
10 декабря
На площади Революции, где изначально должен был состояться митинг, люди начали собираться уже к часу дня. Полиция беспрепятственно пропускала всех через металлоискатели к памятнику Карлу Марксу, из мегафонов периодически звучали напоминания о том, что акция перенесена на Болотную площадь. Около 14 часов глава управления общественных связей ГУВД Москвы полковник Виктор Бирюков и член Общественной палаты Тина Канделаки объявили: «Граждане, следуем в сторону Болотной площади». Это был, конечно, сюр: полковник и персонаж гламурных новостей — во главе протестной колонны.
Впрочем, подобных сюрпризов было немало. В этой же первой колонне бок о бок оказались националисты и представители «антифы» — две группы молодых людей, которые раньше не раз сталкивались в кровавых драках на улицах Москвы. Шли мирно, без драк и стычек. «Мы вышли сегодня, потому что это такой народный сход, на котором должны быть все, — сказал корреспонденту The New Times бритоголовый юноша, закутавший лицо шарфом и представившийся Сергеем. — Отдельно националисты собираются 11 декабря, в годовщину Манежки, на санкционированный митинг на той же Болотной площади. А пока мы идем со всеми».
Следующую и самую многочисленную колонну, около 3 тыс. человек, повели депутат Государственной думы от партии «Справедливая Россия» Геннадий Гудков, лидер «Солидарности» Борис Немцов и супруга лидера Левого фронта Анастасия Удальцова. Третью колонну вела защитница Химкинского леса Евгения Чирикова.
Колонны шли по тротуарам: Лубянская площадь, Старая, Китай-город, Москворецкая набережная, Большой Каменный мост, откуда слева замечательный вид на колокольню Ивана Великого и Кремль, который весь день по периметру охраняли внутренние войска и подразделения ОМОНа. Кстати, одной из причин, почему власти так настаивали на переносе митинга с площади Революции, были страхи, что протестующая многотысячная толпа решится брать штурмом Кремль и Лубянку.
Плакатов во время шествия не было: такова была договореность с представителями мэрии Москвы (и как говорят, это было единственное условие городских властей). «Я могу все что угодно, но я не могу охранять антипутинскую демонстрацию», — цитирует чиновника журналист Сергей Пархоменко, участвовавший в переговорах. «Все что угодно» заключалось в следующем: в обмен на согласие организаторов (ими были Левый фронт и «Солидарность», они же организуют и митинг 24 декабря) перенести акцию с площади Революции***Заявка на проведение митинга на площади почти напротив здания Государственной думы была подана еще до дня выборов, была удовлетворена, но количество участников было разрешено мизерное — 300 человек. на Болотную площадь, мэрия устами заместителя мэра Москвы Александра Горбенко обещала: а) не задерживать тех, кто придет на площадь Революции — о переносе места митинга стало известно лишь поздно вечером 8 декабря, когда уже 35 тыс. пользователей Facebook и около 20 тыс. — социальной сети ВКонтакте сообщили, что примут участие в протесте; б) не задерживать тех, кто решит остаться на площади Революции: и действительно, около 200 сторонников Эдуарда Лимонова митинговали рядом с памятником Карлу Марксу; в) обеспечить проход к набережной Водоотводного канала, вдоль которого и располагается Болотная площадь.
Люди
«Слушай, а тебя как Юлька отпустила — спокойно? Меня Аня ни в какую не хотела пускать. Сказала: не думаешь о себе и обо мне, так подумай о дочке, вдруг будут винтить?» — идущий рядом в колонне молодой мужчина рассказывает бородатому соседу. «Да нет, — отвечает на ходу тот, — какое там спокойно, Юлька категорически была против — тоже про детей говорила. Ну я ей объяснил, что дети детьми, а совесть должна оставаться всегда чистой — и пошел». Другой собеседник, Арсений, рыжеватый парень чуть старше 30 (у него свой небольшой бизнес в Дубне, городке физиков в 130 км на севере-западе от Москвы), на митинге тоже впервые. «Мать говорит: «Куда ты едешь? Посмотрим все по телевизору». А я ей: «Ты — по телевизору, другой — по телевизору. На кого смотреть-то будем?» Коренным москвичам Михаилу и Владимиру по 28 лет, дружат со школы. Первый работает в архитектурном бюро, второй — переводчик. Оба молодые отцы: у Михаила полуторагодовалая дочь, у Владимира — трехлетний сын и дочка, которой 2 месяца. На выборы ходили оба: один голосовал за «Справедливую Россию», второй — за «Яблоко». Ни в каких акциях протеста до 10 декабря участия не принимали. На рукавах у обоих повязаны белые ленточки: «Нам вон те ребята дали», — показывают на группу из двух парней и двух девушек, идущих параллельным курсом с самодельным лозунгом «Мы — за честные выборы». Как оказалось, вся четверка — студенты Российского государственного социального университета: им по 20 лет. Анна, самая активная из них, говорит: «Я ВКонтакте прочитала, что девизом будет белая ленточка. Мы с мамой их нарезали, сшили и с ребятами раздавали около метро». Ее друг Вадим добавляет: «Если честно, нам по барабану и Путин, и Медведев, и «Единая Россия». Мы хотим, чтобы наши голоса были услышаны, а бюллетени, которые мы в урну опускали, — посчитаны. А нас этого лишают, причем внаглую. Ну вот сегодня мы хотим показать: как они с нами, так и мы с ними!»
В сравнительно молодом и бодром людском потоке, вливающемся на Болотную, обращает на себя внимание пожилая и явно не без труда передвигающаяся женщина. «Моя фамилия Чернина, мне 64 года, я из Чистополя, — обстоятельно отвечает она на вопросы The New Times. — Сюда приехала к сыну, он с семьей живет в Подмосковье. Когда услышала про митинг, решила обязательно приехать. У нас-то в Чистополе ни о каких протестах никто и не думает: за кого говорят голосовать — за того все и голосуют. А меня не устраивает, что в стране делается: и что коррупция, и что воруют все, и что люди живут бедно, пока друзья Путина становятся миллиардерами. Сын меня отговаривал, и ноги у меня болят, но я решила, что здесь, на площади, буду обязательно».
Как люди узнали о митинге? Прежде всего — через социальные сети.
Интернет-мобилизация
Во вторник вечером, 6 декабря, блогер Илья Клишин (ему 24 года), создавший когда-то ресурс epic-hero.ru, зарегистрировал в Facebook страницу «Суббота на площади Революции», а его коллега Василий Шевченко — такую же в социальной сети ВКонтакте. По словам Клишина, его «никто об этом не просил — я вернулся с Триумфальной (см. стр. 10), где все только и говорили о большом субботнем митинге, и подумал: надо донести информацию до максимального числа людей». В первые же часы после открытия страницы стало понятно: попал, тысячи человек — а важно отметить, что в Facebook нет анонимов, — зарегистрировались как будущие участники митинга. Помогать ему взялись 9 человек — блогеры и журналисты. Комьюнити росло как на дрожжах.
В четверг вечером, когда мэрия подписала разрешение на 30-тысячный митинг на Болотной площади, ребята поняли: они обязаны каким-то образом проинформировать 36 тыс. в Facebook и около 20 тыс. в ВКонтакте о том, что митинг будет вовсе не на площади Революции, а на Болотной. Задача многократно усложнилась в пятницу, 9 декабря, когда десятки ботов атаковали страничку митинга в социальной сети. Они заспамили Facebook и в ВКонтакте сообщениями о том, что на улицах Москвы «стоят танки», «на крышах снайперы», а разрешительный документ московской мэрии — «фальшивка»***9 декабря стало известно, что основателя ВКонтакте Павла Дурова вызывают на допрос, после того как он отказался под давлением ФСБ закрыть группы оппозиционеров.. И тогда эти 9 человек, среди них блогер Илья Файбисович, журналисты Сергей Пархоменко и Филипп Дзядко, а также их друзья, подруги и жены стали вручную чистить страницы — удалять этих мелких пакостников.
«Это была настоящая война за информацию, — рассказывает 25-летний выпускник Лондонской экономической школы Файбисович. — Но к утру пятницы, 9 декабря, стало понятно: мы победили — о переносе митинга на Болотную сообщили десятки крупнейших ресурсов, включая РИА «Новости», «Эхо Москвы», Рамблер и так далее».
Главное оружие
Корреспондент The New Times подполковник КГБ в запасе Анатолий Ермолин провел свой подсчет собравшихся: «Вдоль набережной толпа растянулась на 450 рядов (посчитать цифру легко — вдоль секции ограды умещается ровно 15 человек. Общее количество секций — 30. Итого: 450 человек). В глубину парка народ занимал пространство около 250 метров. Умножаем 450 на 250, получаем 112 500 человек. Надо принимать во внимание, что к Болотной площади поток людей шел постоянно, и постоянно после одного часа стояния люди уходили с площади в сторону метро «Боровицкая». Длился этот людской круговорот не менее 3 часов. Даже если брать минимальные параметры потока (4 человека в секунду), то за минуту обновление людей на площади составляло 240 человек, а за 180 минут — 43 200 человек. Суммируем наполняемость площади (112 500 человек) и переменную потока (43 200 человек). Итого: 155 700 человек. По самым скромным подсчетам».
«Я первый раз в жизни на митинге. Мне надоело терпеть абсолютный произвол власти, и я хочу, чтобы мой голос услышали, потому что я не просто там кто-нибудь — я гражданин!» — говорит 23-летняя Анна Самойлик. Анна из Оренбурга, сейчас учится на втором курсе магистратуры Высшей школы экономики по направлению «Философия»: «Я хочу, чтобы власть признала официально по всем федеральным каналам, что она была не права и что впредь будет учитывать мнение своего народа и не будет нарушать закон. Пока этого не произойдет, я буду продолжать ходить на митинги, но только санкционированные: закон должен соблюдаться всеми без исключения». «Людям многого не надо, просто честные выборы без диких фальсификаций, — рассуждает Артур Южанов из компании «Регистратор». — Если бы 30% «Единая Россия» себе написала — все было бы нормально». В марте Южанов собирается стать наблюдателем на президентских выборах.
Станислав Поляков, 25 лет, арт-директор крупной компании, никогда прежде на митинги не ходил, но за неделю успел посетить и Триумфальную и Болотную площади. После оглашения результатов выборов Станислав пришел к выводу, что единственное, что он может сделать, — выйти на улицу. На Триумфальной вел себя аккуратно, на рожон не лез и агрессивным не был, под раздачу не попал. «Выходить — это единственный способ показать реальное количество людей, которые не согласны примирятся, единственный способ показать, что это не виртуалы или выдумка», — объясняет свою позицию Поляков. И таких цитат в блокнотах корреспондентов The New Times, работавших на митинге, — десятки. Своеобразный итог подвел француз Жан-Марк, адвокат, в Москве живет уже 10 лет, как раз в знаменитом «доме на набережной» напротив Болотной, куда и пришел: «Я был уверен, что в России нет гражданского общества, а любые массовые выступления могут обернуться только ненужными беспорядками. Но сегодня я увидел открытые, интеллигентные лица, очень много молодежи, обстановка была мирная и даже какая-то праздничная». «Мы 20 лет такого не видели. Здесь собралось столько людей, потому что общество стало меняться, — сказал The New Times и писатель Борис Акунин. — 12 дней назад я улетел в Бретань, чтобы писать роман. Я всегда улетаю, там хорошо работается, никто меня не трогает. Но когда здесь начались такие события, я почувствовал, что не могу работать, не могу сконцентрироваться. Здесь сейчас происходит История, и я должен это видеть собственными глазами».
Уже темнело, когда ведущий митинга, сопредседатель Партии народной свободы Владимир Рыжков зачитал резолюцию митинга. В Москве шел мокрый снег, но казалось, что людям не хочется расходиться. Вежливость, улыбка, полное отсутствие агрессии — стали знаками митинга, в котором приняли участие десятки тысяч либералов и коммунистов, националистов и антифашистов, людей самых разных политических течений и тех, кто никогда не интересовался политикой. «Бороться за свои права — это легко и приятно, — написал из камеры № 5 спецприемника № 1 политик Алексей Навальный (текст был зачитан на митинге). — Единственное, но самое мощное оружие, необходимое нам, уже есть у каждого — это чувство собственного достоинства».
Репортаж подготовили: Илья Барабанов, Ольга Бешлей, Дмитрий Докучаев, Анатолий Ермолин, Егор Мостовщиков, Зоя Светова, Борис Юнанов, Любовь Цуканова