Две недели назад на этой же странице, когда страна еще была другой, я писал, что народ, превращенный за 12 путинских лет в толпу обывателей, очень быстро может превратиться в граждан, если меньшинство предъявит альтернативу и образцы ответственного поведения. Для перемен не требуется большинство, нужно активное меньшинство, пусть оно и составляет, как считают в иных кабинетах, каких-нибудь три процента. Энергии этого меньшинства хватило для оттепели, перестройки, либеральных реформ, голосования за Ельцина в 1996-м. Хватило для того, чтобы маргинальные ценности стали мейнстримом.

Так оно и произошло на минувшей неделе: часть нации почувствовала себя ответственными гражданами. И пожалуй, таких людей оказалось гораздо больше и они пробудились гораздо быстрее, чем можно было предположить. Пусть даже доля нарушений, как подсчитал виднейший статистик современности – пресс-секретарь премьера, составила магическую для русского слуха (и горла) цифру 0,5 (%). Этой «пол-литры» вполне достаточно для того, чтобы «вечный» путинский режим потерпел невиданное для него моральное поражение от народа, который он считал навеки завербованным.

В эти дни стремительно родился на свет социальный слой, который будет определять правила игры в ближайшие пять-шесть лет. Власть, как иной мужчина в отношениях с женщинами, ждет, что все само «рассосется». Митинги, может быть, и пойдут на спад. Но новый народ с абсолютно новым сознанием никуда не денется. С его существованием власти предстоит не просто мириться – придется или «давить» его, или договариваться с ним.

Модно стало считать, что гражданское пробуждение – это заговор сытых. Ничего подобного. Это заговор работающих. Ответственных за свои семьи. Образованных. Тех, кто не готов и не может переселять своих домашних туда, где безопаснее и лучше климат, и обучать своих детей в учебных заведениях стран – вероятных противников. Заговор тех, кто считает Россию своей страной. Кто не склонен ставить знак равенства между государственным интересом (которым оправдываются распилы и откаты) и интересом нации. Участие в делах страны для них абсолютная ценность, условие жизни в России, а не за ее пределами.

Наши руководители все искали средний класс под фонарем. Так вот же он! Во всей красе: и low, и upper – на любой вкус. Тут, по бессмертному слову поэта, «швея, студент, ответственный работник». Рядом с седобородыми интеллигентами-шестидесятниками, повидавшими не только митинги конца 1980-х, на Болотную шли совершенные мальчики и девочки, одетые не по погоде, а рафинированные фейсбуковцы соседствовали с оскорбленными Путиным, Медведевым и Чуровым простыми ответственными квартиросъемщиками из спальных районов.

И это – сытые? Нет, это «продукты разных сфер», ставшие гражданами. Больше того, гражданами с разными политическими взглядами, но теперь уже одинаковыми ценностями, которые они готовы защищать.

Меньшинство не стало большинством. Оно обрело «самость» и голос. Научилось разговаривать. Теперь ему, как Ахматовой, которая «научила женщин говорить», придется заставить разговаривать с ним и власть.

Андрей Колесников: Трехпроцентный народ - 2