О чем может сказать электоральная статистика

О чем может сказать электоральная статистика. Экспертный семинар "Полит.ру"

Файлы для скачивания

Андрей Бузин. Актуальные вопросы исследования электоральной статистики (ppt, 946,0 КБ) Сергей Шпилькин. Статистика выборов (ppt, 1,6 МБ)

Мы публикуем стенограмму экспертного семинара «Полит.ру», состоявшегося 20 декабря 2011 г. Он был посвящен анализу данных о выборах в Государственную Думу. По итогам выборов развернулась дискуссия о том, можем ли мы:

1) опираясь на данные избирательных комиссий, говорить о фальсифицированности выборов по заметной части избирательных участков;

2) оценить по этим данным масштабы и характер фальсификаций;

3) скомбинировать эти данные с результатами непосредственного наблюдения за выборами.

Задачей семинара было на уровне экспертного обсуждения спокойно разобраться в поставленных вопросах. В обсуждении участвовали (кроме собственно «Полит.ру»): Константин Сонин, Рубен Ениколопов, Алексей Захаров, Сергей Шпилькин, Андрей Бузин, Аркадий Любарев, Екатерина Козаренко, Борис Штерн, Александр Шень, Виктор Васильев, Ян Рачинский, Александр Черкасов.

Модератор: Дмитрий Ицкович, председатель редакционного совета «Полит.ру», ведущий научно-популярной программы «Наука 2.0»

Докладчики:

• Константин Сонин, профессор, проректор РЭШ, канд. физ.-мат.наук
• Рубен Ениколопов, профессор РЭШ, Ph.D. по экономике (Гарвардский университет)
• Сергей Шпилькин, физик (выпускник физфака МГУ), независимый исследователь выборов

Дискутанты:

• Андрей Бузин, руководитель отдела мониторинга выборов ассоциации «Голос», председатель Межрегионального объединения избирателей, канд. юрид. наук
• Аркадий Любарев, ведущий эксперт ассоциации «Голос», канд. юрид. наук
• Борис Штерн, старший научный сотрудник Института ядерной физики РАН, докт. физ.-мат. наук, главный редактор газеты «Троицкий вариант – Наука»
• Алексей Захаров, доцент факультета экономики НИУ-ВШЭ, канд. эконом.наук, активный участник проекта «Гражданин наблюдатель»
• Виктор Васильев, академик РАН, главный научный сотрудник МИАН, профессор факультета математики ВШЭ, президент Московского математического общества, докт. физ-мат.наук
• Александр Шень, старший научный сотрудник Института проблем передачи информации РАН, директор по исследованиям LIF CNRS (Марсель, Франция), канд. физ.-мат. наук
• Екатерина Козеренко, социолог, руководитель Отдела выборки «Левада-центра»
• Алексей Чуриков, социолог, управляющий директор Департамента опросов населения ФОМ
• Ян Рачинский, сопредседатель Московского общества «Мемориал», член правления Международного общества «Мемориал»

Участники:

• Александр Долгин, зав. кафедры прагматики культуры НИУ-ВШЭ, канд. техн. наук
• Сергей Дашков, преподаватель Института управления закупками и продажами НИУ-ВШЭ, генеральный директор ЗАО «Институт конкурсных технологий», был наблюдателем в рамках проекта «Гражданин наблюдатель»
• Андрей Яковлев, проректор НИУ-ВШЭ, директор Института анализа предприятий и рынков, канд. эконом. наук
• Михаил Гронас, филолог, associate professor факультета русского языка и литературы Дартмутского университета (США), Ph.D. (University of Southern California, 2002)
• Александр Черкасов, член правления Международного общества «Мемориал»
• Игорь Задорин, социолог, руководитель Исследовательской группы ЦИРКОН

Дмитрий Ицкович: Стараемся говорить в микрофоны, чтобы как-то зафиксировать наши слова. Мы сегодня собрались, чтобы обсудить некоторую новую ситуацию электоральную, можно как-то еще назвать, но точно новую культурную ситуацию, когда сменилась парадигма отношений не только маргинальных слоев, но и вполне не маргинальных, а вполне центральных, медийных слоев в обществе по отношению к таким вещам, как фальсификация и коррупция. Идея обсуждения принадлежала нашему коллеге, профессору и проректору РЭШ Константину Сонину. Предложение по поводу этого поведения следующее. Поскольку его запрос – ему и отвечать, он будет делать небольшой доклад и помогать ему будет Рубен, насколько я понимаю, с некоторыми соображениями. Потом мы по кругу пустим обсуждение и будем достаточно жестко держать регламент, потому что нас много и все хотят сказать по видимому не один раз – чтобы эти круги можно было наматывать. И основным рефлектирующим в этой ситуации, я надеюсь, будет Константин, т.е. мы ему будем помогать понять его собственный доклад.

Константин Сонин:

Большое спасибо за это представление, в нем все, кроме моей фамилии и имени было все совершенно не так, как хотелось бы. Мне прислали email с вопросом, на какой площадке можно провести обсуждение, я этот email переслал Борису Долгину и Наталии Деминой, сказав, что я с удовольствием хочу послушать, что там скажут умные люди. Я хотел сказать несколько вводных слов, которые опишут то, что мы там прочитали в блогах, и то как я понимаю постановку нынешних вопросов, потом передать слово Рубену Ениколопову, который расскажет немного про то, что мы пытаемся делать, наши студенты попытались делать, чтобы оценить размеры фальсификации, надо сказать, не этих выборов – все не так быстро. Но и тут есть много людей, которые с этими выборами, на данные выборы, на которых они работали гораздо больше, чем я.

Передо мной мои слайды, но на них нет ничего интересного, поэтому вы не теряете ничего, то что вы их не видите, это просто напоминание. Я еще хочу сказать, я и Рубен работаем работаю в Российской Экономической школе, не подумайте то, что мы говорим – это взгляды РЭШ. У нас в РЭШ среди профессоров школы представлены самые разные политические взгляды – от национал-монархистов до либертарианцев. Также Кирилл Калинин, наш приглашенный профессор, вчера написал на Slon.ru, что нет никаких свидетельств фальсификации и не может быть, он как раз по этому специалист. Так что то, что я говорю, это так. (Один из участников дискуссии говорит, что Гуриев – либерал). Гуриев – умеренный либерал, он у нас работает ректором, он такой же профессор как и мы, и он также не имеет права ни слова [о политике] произносить от лица нашего вуза, он в этом смысле ничем от нас не отличается.

Константин Сонин. Фото Наташи Четвериковой

Теперь я хотел бы сказать несколько слов о тех свидетельствах фальсификации, которые мы видели на графиках. Что принимается за свидетельство? И что является в самом лучшем случае, если является свидетельствами, то свидетельствами как в суде – косвенными как всякие статистические свидетельства. Во-первых, отклонение разных графиков от нормального распределения. Грубо говоря, чего-то похожего на такой колокольчик, который в краях ведет себя скорее как шляпа.

Когда говорится, что показатели явки отклоняются от этого распределения – это можно считать довольно сильным свидетельством того, что на этих выборах было что-то не так. Когда мы видим отклонения при голосах за партии, а это часто возникает на разных графиках. Не особых причин ожидать, что это должно быть нормальное распределение. Грубо говоря, это может быть шляпа с несколькими горбами, и в этом нет ничего плохого. И конечно здесь, когда мы говорим про то, что должно быть здесь – это не только из соображений типа центральной предельной теоремы, но и из того, что мы наблюдаем в других странах, в частности странах похожих на Россию, столь же неоднородных как Россия.

Что является гораздо более явными свидетельствами фальсификации – это пики на круглых цифрах, это такая вещь, что даже самые яркие, самые непримиримые критики это опускают. Следующие это то, что заметно не только в России, но и во многих странах, где есть сомнения в честности выборов, я написал тут «правые хвосты». То, что у нас тут в правой части графика около 100% идет вверх кривая выборочного распределения. Понятно, что если это объяснять неоднородностью избирателей, то нужно предполагать, что есть горб в районе где-то 120%, т.е. никак неоднородностью это объяснить не возможно.

Это многие критики списывают на то, что регионы типа Чечни и Ингушетии дают 100% результаты. С одной стороны, это эмпирически правильно, с другой стороны, это какая-то чистая ксенофобия, не считать эти фальсификации фальсификациями, тем более, что результаты выборов 90-ых годов показывают, что и на Президентских выборах в Чечне в 1996 году, и на выборах 1999 года никакой такой особенной национальной особенности в этих регионах не наблюдалось.

Другая вещь, которая в 2011 году новая, по сравнению с 2007 – это «левые хвосты» всех партий, кроме «Единой России». Около нуля тоже в большинстве распределения идут вверх. Я бы сказал, что если речь идет просто, и задание аналитиков сказать, нужно ли смещать председателя Центризбиркома или нет – этого абсолютно достаточно, это неоспоримое свидетельство, что он плохо выполняет свою работу. Нет никакого нормального объяснения, почему у партии может вероятность того, что они получают 0% или 1% голосов выше, чем то, что она получает 2% голосов. Совершенно даже не просто придумать теоретически такую модель избирателей, при которой бы это получалось.

Очень важное соображение, которое совершенно упускается в тех дискуссиях, которые звучат. Эти графики, которые берутся и критикуются – они критикуются как отдельно взятые графики. Самое важное, что может здесь быть, это сравнение этих графиков с аналогичными графиками предыдущих лет. Потому что нет вопроса, что голоса, явка может меняться от года выборов очень сильно. Почему может меняться неоднородность избирателей, т.е. если в одном году было 2 горба, а через 4 года стал один горб, а насколько я понимаю, что на графиках 2003 года никаких как раз отклонений от нормальности совершенно не наблюдается, т.е. нужно действительно очень сильно постараться, чтобы показать, что тип избирателей сменился в России в целом за последние 7 лет.

Следующая вещь, которая как бы выпадает из дискуссии статистического анализа и фальсификации – это то, что есть некоторые посторонние свидетельства, которые должны приниматься при статистическом анализе. Если у нас есть какой-то индивидуальный случай, то он говорит не только о том, что произошло на этом участке, он позволяет хотя бы получить какую-то минимальную оценку, что, если, например, в одной ситуации мы знаем, что все было записано, выложено в Youtube и мы историю какого-то участка знаем хорошо.

Из одного случая можно сделать маленькие выводы, но что-то он говорит и о тех участках, которые на этот участок похожи. Например, если голоса 4 года назад были очень похожи на этот участок, а сейчас они очень сильно различаются, это некоторый показатель оценки того, что произошло на другом участке. То же самое экзит-полы. Экзит-полы позволяют видеть разные отклонения и по разнице экзит-полов участков можно оценивать результаты фальсификации.

Наконец я надеялся, специально позвал Алексея Захарова и других коллег из «Гражданина наблюдателя», я надеялся узнать, как была устроена выборка на тех участках, на которых были наблюдатели, потому что от того, как была устроена эта выборка много зависит от того, насколько ценна оценка, насколько эта оценка репрезентативна и соответственно насколько ее можно использовать для оценки масштабов фальсификации.

Последнее, что я хотел сказать, что то, что мне кажется явным аргументом в пользу вынесения вердикта, что Председатель Центризбиркома не справляется со своей работой, совершенно не помогает оценить размер фальсификации. Для оценки размеров фальсификации нужно угадать правильный вид распределений. Этот вид не правильный, а должен быть вот такой – оценить разницу и здесь самое главное это то, как они выглядели в прошлые годы. И это вполне нормальный метод.

Еще один метод, я надеюсь про него Рубен скажет, он называется, его можно назвать matching'ом. Я его в 2007 году его использовал, сравнивая с данными 2003 года для одного участка. На этом участке были большие подозрения в фальсификации - там выгнали с утра в 2007 году наблюдателя от «Яблока». Там нужно было найти по соответствующим домам этот участок в 2003 году, потому что номера избирательных участков сменились. Я нашел участок, который был на него идеально похож в 2003 году, посмотрел на итоги голосования в 2007 году – это позволило оценить разницу.

Если мы можем сделать это более масштабно, сделать такой matching, тем более если можно сделать его априорным и случайным, это позволяет оценивать размер фальсификации, но и в принципе можно попробовать построить и найти эмпирическую зависимость между какими-то характеристиками, которые мы знаем, что они зависят от того, что происходило на выборах – не знаю, географическую широту и размер фальсификации, особенно если мы это вместе с matching делаем, то тогда мы тоже можем получить оценку размеров фальсификации.

Рубен Ениколопов: Много чего сказано того, что, в принципе, я мог бы повторить, но я правда остановлюсь действительно на более подробных, о том, о чем упоминал Костя. О matcing-е просто как о методе, который в принципе является стандартным методом в исследованиях экономических и социальных науках, который позволяет получить количественные оценки фальсификации, и здесь именно опять же важно – надо разводить два разных случая.

Комментарий Бориса Штерна: Это не то же самое, что подгонка - выравнивание, максимальное правдоподобие и т.д.?

Рубен Ениколопов: Нет, нет. Метод наименьших квадратов также используется в экономике, так вот это не он. Здесь, во-первых, концептуально хочется развести то, что мы называем фальсификацией, и чтобы разделить, не знаю, как это назвать? – вынужденную поддержку «Единой России» (когда людей заставляют голосовать) от фальсификаций. Я имею ввиду случаи, когда люди реально голосуют за «Единую Россию» по тем или иным причинам и эти случаи могут реально объяснить многие странности в распределениях, но не являются, собственно говоря, фальсификацией. Вот эта вещь – она говорит исключительно о попытках оценить именно фальсификации в количественном отношении и связано это с тем, что общая идея именно такая, как говорил Костя.

Что хотелось бы сделать? Идеальная картина. Хотелось бы взять какой-нибудь участок и посмотреть, какое там было голосование с фальсификациями и какое было бы голосование на этом участке без фальсификации. Реально вы, конечно, не можете это наблюдать, потому что там уже были фальсификации. Идея заключается в том, что вы пытаетесь взять участок, на котором вы знаете, что фальсификации либо не было, либо их было меньше, чем на других участках. Нужно найти участок максимально похожий, который мог бы служить как объект сравнения – что бы было бы, если бы не было фальсификации.

Рубен Ениколопов. Фото Наташи Четвериковой

Что для этого можно использовать? Найти участки, которые голосовали на предыдущих выборах максимально похожим образом. При этом здесь надо учитывать, что такое предыдущие выборы. Это очень важно для валидности подхода, и в этом смысле, чем ближе последние выборы, на которых вы можете найти похожесть, тем лучше. Поэтому с какой-то точки зрения, грубо говоря, если мы будем говорить про мартовские выборы Президента, то декабрьские выборы в парламент – они гораздо лучше в качестве такой информации для matching'а, чем мы будем смотреть на Парламентские выборы в 2007 году. И я уже не говорю о том, чтобы доходить до статистики выборов 1999 года и т.д. Потому что в принципе я не совсем согласен с Костей, что электоральное поведение относительно постоянно и не должно меняться во времени. Если меняется политика, политика партии, например, может очень сильно происходить перераспределение голосов.

Уточнение Бориса Штерна: А состав избирательной комиссии?

Рубен Ениколопов: Это отдельная вещь, на которой мы пытаемся с помощью студентов собрать информацию, но не очень получается. Безусловно, ограничения, очевидны, что это не та же комиссия, не тот же участок, какие-то различия будут. Поэтому здесь уже надеемся на закон больших чисел, что в среднем они будут одинаковые. Другой вопрос, что метод состоит в том, что, во-первых, надо находить похожие участки, во-вторых, то о чем уже упоминал Костя, наверное, Андрей про это лучше знает – какие участки выбирались для наблюдателей, куда посылать наблюдателя, куда нет. Например, "Голосом" или "Гражданином наблюдателем" и т.д.

Основная проблема в этом сравнении состоит в том, что в принципе, участки, куда пошли наблюдатели, отличаются от тех, куда не пошли наблюдатели. Раньше люди на этих участках могли голосовать абсолютно одинаково, но у вас есть подозрения... Зная, например, состав избирательной комиссии, вы подозреваете, что здесь будут нарушения, поэтому вы боретесь за общественное благо и посылаете туда наблюдателя. Но этим самим по себе вы уже оценки нарушаете, потому что вы изначально ожидаете больших фальсификаций там, куда вы посылаете наблюдателя. Или наоборот, если наблюдатели сами решают, куда они хотят пойти, то можно ожидать, что в более продвинутых участках будет больше людей, которые хотят наблюдать... Наблюдатели пойдут на те участки, где наоборот мы меньше ожидаем фальсификаций.

Поэтому здесь ключевое с точки зрения идеального эксперимента – это скорее не про парламентские выборы, это уже прошедшее, а скорее про Президентские и что можно было бы сделать. Что как раз строить, наблюдая, что если мы действительно хотим померить эффект фальсификации – это находить участки попарно. Вот два участка – где абсолютно одинаковые голоса.

Уточнение Бориса Штерна: А генерация случайных чисел чем хуже?

Рубен Ениколопов: Нет. Это на втором шаге. Вы в начале разбиваете на пары, дальше, но это может быть монетка, а может быть генерация случайных чисел. Вы выбираете внутри пары случайным образом, куда посылать наблюдателя, куда нет. И здесь на самом деле это позволяет достигнуть того, что у вас, во-первых, никак не скоррелировано точно, куда посылались наблюдатели с вероятностью, во-вторых, изначально из-за того, что у вас был matching, они изначально очень похожие семплы. И это со статистической точки зрения делает гораздо достовернее результаты. И это можно делать Экс-пост.

Мatching похожих мы делаем – на этих выборах уже есть результаты из Екатеринбурга, поскольку у них там были недавно голосование в региональный парламент в 2010 году, и там соответственно они прислали данные и мы изначально пытались сделать вот этот round-matching по парам. По случайным и по организационным причинам все пошло не так, и наблюдатели пошли туда, куда они пошли, а не туда, куда мы хотели их направить. Наблюдатели во время не взяли открепительные талоны, и соответственно пошли не туда, куда их посылали, а туда, где они были прописаны. На самом деле, это вносит некоторые смещения. И вот идеального варианта не получилось.

И мы взяли второй неидеальный метод, мы посмотрели, где были наблюдатели и по результатам прошлых выборов 2010 в региональный парламент сопоставили каждому участку, где был наблюдатель, другой участок, где не было наблюдателя, но который был максимально похоже голосовал. На самом деле, они очень похожи. Если сравнивать две выборки, они отличаются, на 0,03% - среднее в контрольной выборке, по сравнению с тем, где были наблюдатели.

Уточнение Бориса Штерна: Так это не влияет на это.

Рубен Ениколопов: Нет. В 2010 году. Они две выборки изначально в 2010 году – они голосовали абсолютно одинаково, у них различия в 0,03%.

Уточнение от Бориса Штерна: Т.е. вы считаете по этим matching'ам полученное, а не чистое?

Рубен Ениколопов: Да. Они изначально сравнимы. Дальше мы смотрим, как они голосовали в 2011 году. Получается, что там разница в 2% - статистически значимое на 1% уровне и т.д. Т.е. в принципе в Екатеринбурге, как интерпретация, наблюдатели смогли предотвратить фальсификацию на 2%, что теперь по меркам того, что мы говорим, – это мало. Что, на самом деле, совпадает с тем, что говорили люди из Екатеринбурга, что изначально была установка на то, что в Екатеринбурге не мухлевать. По их словам, 2% это не мухлевать.

Комментарий: Там надо сказать, был очень низкий результат.

Рубен Ениколопов: Да. И результат – меньше 35%, 32% по-моему.

Комментарий: Там были, грубо говоря, чистые выборы.

Рубен Ениколопов: Да. С точностью – плюс-минус 2% получается. И это только фальсификация, это не учитывает административное давление и использование административного ресурса. Насколько это можно называть чистыми выборами, это отдельный вопрос – там не было конкретных... И это оценка снизу, на самом деле, если сказать, что только 2%, это сказать, что если послать наблюдателя, то там точно не было фальсификации. Это тоже не правда. Т.е. там как минимум 2% были фальсификации. Потому что на некоторых участках, на которых были наблюдатели, все равно вбросы были. С точки зрения методологической это кажется идеальным вариантом, особенно если на будущие мартовские выборы, идеально было бы, конечно, использовать. Изначальный метчинг со случайными вещами - и это то, как можно оценить количественно размер выборок.

И вторая вещь, о которой я хотел бы рассказать, над чем я работаю, и мы пытаемся как-то более аккуратно подойти – это связи явки и голосования. Вот эта знаменитая высокая корреляция, и там в чем основная проблема? Что явка и эта корреляция – ее анализировать для определения объема фальсификации очень сложно, потому что сфальсифицированы обе величины – и явка фальсифицирована, и голоса фальсифицированы. Поэтому как явка влияет на голоса за «Единую Россию», в принципе, понять невозможно.

Что хочется? Посмотреть, что происходит. У вас есть одна из величин, например, явка – на нее влияет что-то, не фальсификация, а что-то реальное. У вас по каким-то причинам явка падает или растет по каким-то независимым причинам от УИКа или от комиссии. Можно посмотреть, как это отражается на голосах "Единой России".

Уточнение от Виктора Васильева: Если она захотят фальсифицировать эти вещи индивидуализированным образом. Это же можно? (..) (несколько вопросов одновременно от разных участников)

Рубен Ениколопов: На самом деле, важный момент, то, что при анализе, при таких вещах. Действительно, технология фальсификации - это вещь, которую надо четко осознавать, как она происходит. Для интерпретации особенно таких количественных вещей, как связи явка с голосами за «Единую Россию» – надо понимать процесс фальсификации – как это происходит? Это вброс дополнительных бюллетеней, это пересчет, перекладывание из одной пачки в другую и т.д. – это для интерпретации, на самом деле, очень важно.

И поэтому, на самом деле, возвращаясь к анализу, который мы сделали на этих выборах, как наблюдатели влияют на эту связь. И пока что вот то, что мы видим в Екатеринбурге – вот эта корреляция положительная – она есть изначально. Но только на тех участках, где не было наблюдателей. На тех участках, где были наблюдатели – никакой связи между явкой и голосованием за "Единой Россией" нету. По Екатеринбургу у нас есть более-менее чистые данные, по Москве могут быть очень такие грубые прикидки, потому что не очень чистые данные по тому, какие были наблюдатели и где какие нарушения были.

Но в Москве картина, на самом деле, другая совсем. В Москве, там, где были наблюдатели, там уже есть результаты, там общие голоса за "Единую Россию" было существенно меньше, порядка 11% меньше. Но связь между явкой и голосами за "Единую Россию" не отличается между тем участками, где были наблюдатели и где нет.

Вопрос Бориса Штерна: Данные чьих наблюдателей вы смотрели, откуда брали факты?

Рубен Ениколопов: Вот «Гражданин наблюдатель» здесь. Я потом про явку и про голосование.

Вопрос: Я хотел бы узнать, о чем идет речь. Что есть данные с участка? Это данные, полученные наблюдателями?

Рубен Ениколопов: Это официальные. Данные ЦИКа. Мы хотим посмотреть на фальсификации. Фальсификации – это официальные данные. Мы изначально говорим об официальных данных, соответственно вещь, которую мы пытаемся изучать – это какие-то экзогенные шоки на явку. Что мы смотрим? – на погоду в различных УИКах, в различных местах могут описать погоду. Где хуже погода – это известный факт из мировой политической науки – хуже погода, меньше людей приходит голосовать. И поэтому в принципе, можно сравнивая между собой те места, где была хуже-лучше погода – описать, как это влияло на явку и соответственно через это, как это влияло на голоса за "Единую Россию"– это позволит посмотреть методы фальсификации.

И пока что на самом деле, результаты у нас немного странные получаются. У нас получается, что даже экзогенные, вызванные погодой увеличения, уменьшения явки они транслируются в голоса за "Единую Россию" просто один к одному. Если вас из-за плохой погоды не пришло 10 человек, «Единая Россия» именно из-за плохой погоды – не из-за вбросов, не из-за чего-то, а реально из-за плохой погоды – они реально не пришли. Это действительно как проксен. Ровно 10 человек – все эти люди не проголосовали за "Единую Россию". С точки зрения, если встать в позицию человека, защищающего официальные данные, что просто избиратели "Единой России" это просто не самые стойкие избиратели. Им примерно все равно – не голосовать или не голосовать, и поэтому если плохая погода и они не приходят голосовать и это все – наблюдатели, и только избиратели Единой России - с точки зрения Чурова. Представьте, что я Чуров, а всех остальных – избиратели очень такие сознательные, т.е. ни для одной из остальных 5 партий погода не может остановить избирателя принявшего решение прийти и проголосовать. Насколько это убедительно.

Комментарий: Насколько корректно влияние погоды во всем этом?

Рубен Ениколопов: Тут основное предположение, что погода не скоррелирована с фальсификацией, что в тех местах, где погода не фальсифицируют больше, что это влияет только на явку и на вероятность того, что люди придут. Насколько корректно это допущение? Предположение заключается в том, что…

Дмитрий Ицкович: Когда вы говорите, если мы хотим чтобы у нас что-то осталось – давайте по такому принципу – соблюдайте регламент.

Рубен Ениколопов: Вот поэтому. Я слишком много времени у вас занимать не буду и уходить слишком в детали, но вот это на самом деле интересный факт для понимания технологии фальсификации – как она происходит. Как можно объяснить этот факт.

Алексей Захаров: Ну, наверное, я должен сказать о том, откуда взялись на данные, о которых сейчас говорил Рубен. Данные взялись из проекта «Наблюдатель» - это абсолютно добровольная инициатива, которая где-то примерно в течение года существовала. Я туда пришел погода назад. Наша задача была взять выборку участков по городу Москве. Изначально в выборке было 168 участков, наблюдателей удалось. И наша задача была – набрать наблюдателей добровольцев, обучить их и определить на участки из выборки, дальше создать некий информационный фон, т.е. как бы рассказать правду, разные моральные зависимости. Собственно речь идет об одном и том же – можно создать либо шумиху, либо информационный фон, либо рассказать правду, в зависимости от того, с кем вы разговариваете. Можно выбирать либо такие выражения, либо такие. Нам это удалось сделать – у нас было примерно 450 наблюдателей, мы смогли заполнить 155 участков и в среднем, если называть цифры, и в среднем на тех участках, на которых мы не зафиксировали серьезных нарушений, на них доля голосов за Единую Россию было 26% и явка – 51%. На тех участках, в среднем по Москве – 46% и 61% по-моему, а на всей выборке – явка в среднем была 54-55%, а Единая Россия получила – 36%. Т.е по нашим подсчетам, примерно в Москве 7 миллионов 200 тысяч избирателей. По нашим подсчетам реальных голосов за Единую Россию было отдано около миллиона, а официально было отдано свыше 2 миллионов.

Комментарий: Это была ваша выборка?

Алексей Захаров: Наша выборка, к сожалению, на тот момент, когда я пришел в проект – выборку уже сделали. И выборку делали люди из "Левада-Центра" и выборка была устроена по такому признаку – в Москве есть определенное количество районов – брался первый УИК в каждом районе, первый по номеру, а потом брался каждый 25-ый. Т.е. в принципе тут надо, и можно судить о том, насколько может быть смещенным делом, нужно действительно очень разбираться в процедурах, как эти УИКи нумеруются и как они определяются.

Комментарий: Они нумеруются просто подряд.

Алексей Захаров: В принципе, я в двух словах рассказал, как был устроен наш проект. У нас был штаб, у нас была горячая линия, куда люди могли звонить, и где им оказывалась юридическая поддержка. Кстати здесь присутствует Андрей Гусев, я хотел бы очень его поблагодарить асоциацию "Голос" за огромную помощь, которая нам была оказана при подготовке и разработке программы. У нас была собственная программа подготовки – несколько человек читали лекции, люди приходили, слушали. И сейчас, конечно, очень большой интерес представляет то, насколько были эффективные эти лекции. Сейчас мы проводим опрос всех участников и дальше мы хотим понять, насколько как бы официальные цифры по явке и по голосам за ЕР, насколько они зависели от числа наблюдателей, от опыта работы наблюдателей и от того, прослушали ли наблюдатели курс или нет.

По самим наблюдателям данные такие: в основном это мужчины - 73% мужчин, 27% женщин, образование у 80% высшее. И из них – 80% были в первый раз наблюдателями, из оставшихся 20% - 14% были 3 раза или более наблюдателями, а 6% были от 1-3. В основном, это люди, которые в первый раз занялись наблюдением, и возможно это был в первый раз какой-то сознательный опыт гражданской деятельности. Плюс было небольшое количество людей, которые уже давно этим делом занимались. Но если говорить про наши планы, то наши планы - это размножиться, т.е. увеличить на следующих выборах, набрать большее число добровольцев.

Фото Наташи Четвериковой

Добровольцы сейчас к нам идут – нас сравнивают сейчас с "Синими ведерками", мы как бы удовлетворяем некоторый запрос публики на гражданское участие. Во-первых, планы покрыть большее число участков в городе Москва, второе – создать такую модель, после ознакомления с которой инициативная группа граждан могла бы реплицировать наш проект в регионах. Уже как бы не подчиняясь нам, возможно просто координируя как-то усилия. Собственно все. Спасибо.

Дмитрий Ицкович: Если позволите, я вам задам первый вопрос, очень поверхностный и дилетантский, но который меня волнует больше всего. Он такой: размеры фальсификации этих выборов по сравнению с предыдущими принципиально иной по количеству, или по геометрии, я бы сказал, поскольку общество было резко политизировано – и пришло много разных наблюдателей, и мы видим, что соли принесли столько же, но тушку солили неравномерно, а мелкими кусочками, или принципиально иной уровень.

Комментарий из зала: Можно я поделюсь своим мнением? Нет из того впечатления, которое создалось у меня при рассмотрении данных по регионам: такое ощущение, что тушку солили неравномерно.

Дмитрий Ицкович: Но соли было столько же?

Комментарий из зала: Соли воообщем было примерно столько же. Т.е. нельзя сказать, что там на порядок что-то изменилось – ну может быть, там на 10%. Но вообще мы видим, что восток голосовал практически чисто. Ну, с какими-то региональными поправками – Сибирь, Дальний Восток и т.д. И вот в какой-то момент пришло понимание, видимо не очень быстрое к тем, кто подводил итоги этих выборов, что что-то надо делать. И тушку начали солить. В результате Москве достался этот лишний миллион голосов, который был в первый раз, опробован на выборах МосгорДумы в 2009 году, когда все встали на уши просто от абсурдности результатов. В результате поставщики всех существенных объемов лишних голосов начинаются только с Кемерово. Первая область с востока России – это Кемеровская. А остальное все – это европейская часть, причем очень немного областей, я могу сейчас показать эту табличку потом. На самом деле, такие массовые производства лишних голосов – очень локализованы в таких выборах, я не так внимательно смотрел на предыдущих и локализовано все в европейской части. Видимо это как-то подействовало на публику тоже. Плюс конечно выборы в МосгорДуму 2009 года, которые сильно рассердили общественность, может быть, они тоже имели значение. Просто конкретно в столице подогрели ситуацию.

Дмитрий Ицкович: Спасибо. Ну что тогда по кругу?

Комментарий: нет, тут про выборку и вот эти данные.

Комментарий: Т.е. ответ от "Левада-центра".

Екатерина Козаренко (Левада-центр): Ну, это не ответ, это комментарий. Значит, действительно это был систематический подбор, там каждый 25й, вы говорили, а обещали, что будет каждый 20й. Но, видимо, потом ресурс был таков, что стал каждый 25 участок. Что касается нумерации, то Москва делится, географически связаны – вот клеточки нарисовали и вот клеточки пронумеровали подряд, там злого умысла в этом нет.

Комментарий: Я так и предполагал.

Екатерина Козаренко: Они просто не умеют. Я имею ввиду в ЦИКе злого умысла нет, по другому они просто не умеешь, я думаю. Это не мы так пронумеровали, это ЦИК так пронумеровал. Они взяли и разделили всю территорию страны на избирательные участки, границы этих избирательных участков существуют, вообщем почти все доступны в интернете. Те, которые не в интернете, те публиковались в местной прессе. По закону о выборах, границы избирательных участков должны быть опубликованы в средствах массовой информации. Это заранее не было, естественно, известно на каких участках ЦИКу. Это знали только те, кто собирался наблюдать. И на Московской городской. Вы сделайте поправку – у "Голоса" там своя история, насколько я понимаю. После 3100 – идут занятые номера, закрытые т.н. участки – это следственные изоляторы, больницы и прочее. Они не подряд идут, и на них и не пускают. Так что это некоторая доля совокупности, которая не попадает в наблюдение никогда – ни в социологическое, ни в какое другое. Это закрытая территория – воинские части…

Комментарий: Разве они не влияют?

Екатерина Козаренко: Они, может быть, и влияют, но мы их достичь все равно не можем. Так что мы говорим, что мы их не достигаем. А уж как они влияют, это дальше отдельный разговор. Это что касается нумерации участков. Просто был вопрос - как это устроено, вот я на него.

Комментарий: Дело в том, что нарезку на участке делает не ЦИК, все делается децентрализовано в каждом районе.

Екатерина Козаренко: Нет, не в каждом районе. Это делается местными администрациями.

Комментарий: И делается, поскольку это довольно консервативно - от выборов к выборам.

Екатерина Козаренко: Меняется мало.

Комментарий: Номер может быть изменен, а сама территория не меняется.

Екатерина Козаренко: Да, сама нарезка не меняется. Резка почти не меняется от выборов к выборам, охота бывает. Это довольно трудоемкая, трудная, нудная, противная работа. Кому охота ее 10 раз делать? Никому не охота. Это что касается того, как устроены эти участки. Теперь что касается того, как устроена была собственно информация – как это собирали. Вот это как-то не очень здесь прозвучало – что делали. Брали подписанный протокол, наблюдатели брали подписанный протокол, правильно я понимаю? И собственно говоря, разница, фальсификация мерится по тому протоколу, который в руках у наблюдателя, который он сумел у комиссии получить. А потом сравнивается с теми данными, которые появились на сайте.

Алексей Захаров: Смотрите, у нас по нашей выборке – где-то около 100 протоколов было получено на руки наблюдателями, остальные, в остальных случаях – протоколы не дали. Либо всех избирателей удалили, а удалили очень много. Либо каким-то образом отказались выдавать. Эти 100 из них не совпало с данными ЦИКа – 18. Из этих 18, на 4 протоколах – были очень большие приписки за Единую Россию в размере от 16 до 25%, плюс на еще 3 протоколах были приписки от 1 до 5. Остальные протоколы не совпали по каким-то мелким техническим причинам, это не был злой умысел.

Комментарий: Т.е. всего 7%

Алексей Захаров: Т.е. всего 7 из 18. Т.е. 7 из 100.

Борис Штерн: К этому множество добавлений. Наталья Сотникова из Питера получила протокол и потом увидела, что кучу бюллетеней сделали недействительными, т.е. данные за "Единую Россию" не поменялись, но резко упали данные за другие партии – анормальное число недействительных протоколов: наставили вторые галочки и т.д.

Сразу хочу воспользоваться данным семинаром – я хочу сказать о некоторой идее. Есть идея создать единую базу данных по прошедшим выборам и будущим. Поскольку всякая инициатива наказуема, я беру на себя организацию сервера, который будет устойчив к DDoS-атакам и это можно делать разными методами. Можно арендовать пару десятков серверов в MasterHost-е или Data-центре, Amazon.com, например, есть такая услуга как облачный хостинг. Надо разобраться что из этого лучше и надежнее..

Это не принципиально. Кроме того, беру на себя ответственность собрать на это некие деньги. Только что с Дмитрием Орешкиным мы по этому поводу обсуждали, что тут на самом деле куча всяких подводных камней, что трудно убедить партии, чтобы от их наблюдателей тоже это шло. Потом каждая занимается разными организациями. Каждая организация лелеет свои данные, тут их надо передать как-то в общий котел. Если мы сделаем хороший хостинг, то пусть каждая – welcome, со своим сайтом туда. Тоже варить не будут, это тоже полезно очень будет. Плюс нужна некоторая кооперация разных организаций. Они есть, пусть каждая сама по себе растет, еще нужна какая-то надстройка над всем этим. Пусть эти все данные представляет в удобной для всех форме и надежном хранении. Вот все что я хочу сказать – так сказать. Вообщем все.

Сергей Шпилькин: Я, может быть, покажу ряд картинок, раз уж тут наладили систему. Чтобы было понятно, как это все выглядит. С точки зрения чисел, картинки может быть всем уже привычны. Все это, я прошу прощения, я очень рад, что всем этим наконец заинтересовались специалисты, потому что я за это взялся совершенно дилетантским образом и случайно. Просто поглядев на три числа, которые легли в одну прямую. И для начала хочу отметить, что стою на плечах гигантов и все придумано до нас. Есть такой американский дипломат – Джон Брэди Кислинг (John Brady Kiesling), который есть даже в Википедии. Он за свой демарш ушел в отставку в знак протеста против вторжения Буша в Ирак в свое время. До этого он был наблюдателем – работал в Армении и участвовал в работе миссии т.н. бдивших. И он первый начала строить графики распределения голосов по явке и смотреть, как по-разному эти графики кандидатов зависят от явки, насколько я понимаю.

Это обнаружилось довольно поздно, когда я стал англоязычные поиски гонять по этой теме. Работа эта лежит у него на личном сайте, который все время рушится. Я когда решил его найти, выяснилось, что она лежит на сайте у мексиканских программистов, хакеров, которые боролись с мексиканскими выборами 2006 года, так что мы не одни в своей борьбе в статистике. Я коплю коллекцию разных распределений – это по оси Y количества избирательных участков в %-ом интервале по оси Х – явка. Я коплю разные картинки про разные страны, для которых есть данные по участкам – как распределяются участки по явке на разных выборах.

Комментарий: Это вы сами строили, или заимствовали?

Сергей Шпилькин: Сам строил. Я собираю разные выборы. Не у всех, к сожалению, нет, они лежат по одному участку, я не могу 30000 участков собирать, это надо робота написать может быть, но он будет очень долгий. Единственным будет выдающийся экземпляр это Азербайджан – тут есть такой замечательный пик на 67% - это видимо смесь советского наследия и восточного менталитета. Потому что у нас никому бы не довелось, не пришло в голову делать отчетность на 2/3. А это видимо такое целочисленное мышление специальное, что именно 2/3. Остальные все страны – ну ничего такие. На Болгарском графике если присмотреться – вот он зеленый, можно посмотреть пики целочисленных значений и значений, почему-то 83,88 и 73, 88%. Это наверное тоже какая-то загадка, болгарская, специальная. А так в принципе обычные такие колоколообразные кривые. Ну вот Украина еще с некоторым затянутым хвостом в сторону высоких явок и с голосованиями на 100%, а все-таки братья. А вот так это выглядят разные выборы в России - тут цвета не очень различаются, но если я не ошибаюсь, то это 2003 год, вот это Думские 2007, а это Президентские 2008.

Комментарий: А это число участков.

Сергей Шпилькин: Да. Если умножить на количество зарегистрированных избирателей, то они будут идти вниз, если умножить на количество отданных голосов, то на самом деле не так будут сильно идти вниз. Так что ничего. Отсюда видно, что у нас давно уже на всех выборах практикуется повышенное количество участков с явками – 75-80, 80-85. Поэтому последние выборы из этого ряда в этом смысле ближе к 2003 году, чем к каким-либо предыдущим почему-то. Вот тут правда, как потом выяснилось были другие люди управляющие. Был другой параметр – за "Единую Россию", здесь я просто не привожу его. Здесь видимо просто сменилась парадигма.

Комментарий: А 1999 года – нет?

Сергей Шпилькин: 1999 года – нет данных по участкам, насколько я понимаю. Это вот распределение участков по явке в городе Москве на разных выборах. Вот это выборы в Госдуму 2007 года. Это такой пик с небольшим хвостом. Это Президентские выборы, жаль что цвета такие плохие, но это Президентские выборы 2008 года. Это такая причудливая – сначала пика, а потом горный хребет. Это думские выборы в Мосгордуму 2009 года – такая плоская штука. Это вот нынешние выборы – один пик, и потом еще один пик. Потом может быть станет видно. Т.е. это один и тот же город на интервале – сколько прошло? – 4 года. За 4 года избиратели одного города претерпели какие-то странные трансформации – все время в разные стороны. Что с ними происходило на самом деле? – очень интересный вопрос.

Это 2007 год – две группы участков. Эта нижняя кривая – это 900 участков, на которых стояли КОИБы - сканеры, а верхняя кривая – это остальные 2700 участки, на которых КОИБов не было. Но там из них некоторое количество мелких, но если мелкие отрубить, то уйдет только этот «правый хвост», больше ничего, все остальное остается. Видно, что повышенным явкам КОИБы не способствуют. Об этом можно спорить , потому что 900 участков покрывают не всю Москву, но довольно большими лоскутами. В те времена довольно большими лоскутами покрывали.

Комментарий: Это нормальная выборка? Вопрос как отобрать?

Сергей Шпилькин: С КОИБами вот такое вот – но пик с хвостом, без КОИБов – апофеоз круглых цифр. Прошло полгода. Москва, 2009, с КОИБами опять же пик с какими деформациями, без КОИБов еще одна штука. Но тут похоже, что была какая-то специальная установка на участках с КОИБами, потому что там оказалась практически одинаковый процент за "Единую Россию", если я не ошибаюсь, но при этом разная явка.

Теперь откуда берутся эти распределения – красивые, пилообразные. Был разговор о том, что это эффект целочисленного деления, что поскольку у нас был разговор, что это эффект целочисленного деления, поскольку и количество избирателей на участке и количестве пришедших – есть целые числа, то из-за того, что это целые дроби, они могут попадать в 1% интервалы с некоторыми особенностями. Есть такой эффект на самом деле, но он на самом деле маленький при 1% интервале суммирования и типичном размере участка, это не вот такие вот пики.

Это хорошо видно вот здесь – здесь нарисовано распределение участков по 2 параметрам: это активность избирателей по всяким разным партиям, кроме "Единой России" в сумме, т.е. это количество избирателей от списочной численности, которые пришли на участок на выборах. А это активность избирателей "Единой России". А это соответственно распределение по сумме этих двух. Поскольку явка есть сумма этих двух величин, то это распределение по сумме двух величин. Грубо говоря – это ноги, это туловище, а это распределение по полному росту. Это распределение людей по длине ног, это распределение по туловищу, а это по полному росту. Видно, что эти оба распределения гладкие, а это почему-то зубчатое. А значит, отбор был по полному росту – по полной явке – некий управляющий параметр. Потому что не может быть так что 2 гладко распределенные величины дают так, что их сумма распределена не гладко. Значит тут что-то с суммой не так.

При этом распределение по явке активности прочих избирателей, он еще между прочим Гауссово практически. Я очень долго избегал аппеляции с Гауссовским распределением во всех своих изысканиях, пока не увидел этот график и не нарисовал кривую. Оно конечно не Гауссово просто по чисто практическим соображениям, потому что это сумма биноминальных распределений с разной шириной, приведенных к участку 0,1 и поэтому крылья у него будет выше на малых участках соответственно. Соответственно выше, больше дисперсия. Но вот интересна вот эта сама почти Гауссовость распределения и вот этот короткий «хвост» с левой стороны, который резко возникает и обозначает повышенное количество участков, на которых прочие партии мало голосовали, чересчур мало. А эта штука тоже начинается как Гаусс, а потом продолжается таким длинным «хвостом».

Президентские выборы 2008 года – то же самое практически, опять более-менее плавное распределение по компонентам, дискретное распределение по сумме. Опять более-менее Гаусс здесь, опять Гаусс отрезанный, присобаченный «хвост» - здесь. Вот Госдума нынешняя – тут суммирование по 0,5%-интервалу. Зато видно видно пики на круглых числах по голосованию за "Единую Россию". Опять тоже самое - опять за каждую отдельную партию вообщем Гаусс, но с приращенным «хвостом» слева. За все прочие партии – все вместе взятые тоже более-менее Гаусс с приращенным «хвостом». За "Единую Россию" начинается как Гаусс, с пиком где-то на 14-15% списочного состава, и дальше пошел длинный-длинный затянутый «хвост».

Очень интересная картинка получается отдельно по этим выборам для Санкт-Петербурга. Там видимо шла сложная борьба за то, кто будет побеждать и выглядит это вот так. Сморите, это «Справедливая Россия», их «Справедливая Россия» распределяется на большем значении явки, на большем значении активности, чем пик «Единой России», но у «Справедливая Россия» больше отращен рост в сторону малой активности. У "Единой России" отращен в сторону высокой активности, т.е. такое ощущение, что «Справедливая Россия» побеждала на этих выборах в Петербурге, и ее активно занижали. Зарубали результаты. При этом почти не тронуты коммунисты, распределение почти не погрызанное, и почти не погрызанное распределение ЛДПР. Сильно покорежено распределение «Яблока» - где тут был региональный пик не ясно, это тоже такая тема для спекуляции.

Теперь распределение голосов по явке – это такая интегральная мера, которая показывает, с чего начались попытки количественных оценок. Если нарисовать распределение голосов по явке в 2007 году, то они пропорциональны с точностью до 10% все партии между собой, кроме "Единой России". На самом деле, это не означает утверждения, что они должны быть пропорциональны при нормальных выборах. Это означает другое, что это распределение и реальная расстановка участков по явке – это результат некой мясорубки, когда я перекидываю участки с нормальной явки и докидываю туда бюллетени, они у меня переезжают в другое место, но при чистом вбросе распределение голосов между другими партиями остается прежним – взаимоотношение. Поэтому такие вбросы, на самом деле, сглаживают различия в все социологические различия, и составляют только некоторую базовую пропорцию, т.е. это побочный эффект вброса.

Из этой картинки можно попытаться в предположении, что исходно все голоса за партии были распределены более-менее пропорционально, можно вполне корректно определить лишние голоса, набросанные в модели вброса. Если исходно мы имели некоторое распределение не говорю Гауссовое или нет, никто не знает какое, но в пределах этого распределения голосов этой партии не зависело от явки, то дальше процедура простая – вся деформация есть результат вбросов за одну партию – без вычеркивания, без отбора, то процедура простая.

Мы берем распределение голосов за все остальные партии, берем распределения голосов за ту партию, за которую вбрасывали, вычитаем одно из другого и интеграл мы получаем правильный, т.е. суммарное количество голосов мы получаем верное вот под этой кривой, вот под этой разностью. Т.е. до явки – 55%, грубо говоря, распределение за "Единую Россию" идет точно также как за все остальные партии, после этого начинается некая добавка. Эта добавка выглядит вот таким образом и если правильно посмотреть, что в этой модели читается, то на самом деле, площадь под этой кривой это просто площадь лишних набросанных голосов вот в этой модели. Всё, мы не можем восстановить исходное распределение – это двумерное, извините, ядро не восстанавливается по исходному и конечному, по исходной и конечной функции, но функция двух переменных по двум одномерным. Но восстановить интеграл мы можем.

Тоже самое для президентских выборов 2008 года. Вот опять получается практически одинаковый ход голосов за всех кандидатов с явкой там 58%, и опять рост за Медведева отдельным хвостом. Опять считается разность в той же модели. Вот 2011 год, вот то, что пики есть у всех партий на круглых значениях, это естественный эффект, это не результат того, что на эти партии вбрасывали, а результат того, что на круглые значения явки подтягивается больше участков.

Если я вбрасываю до 70%, то у меня на 70-ти процентах просто больше участков, поэтому в этот интервал соответственно попадает больше участков и больше голосов за все партии, а не только за ту, за которую вбрасывали. Это просто локальное уплотнение распределения. Ну и попытка оценить тот же самый интеграл, тут на этих выборах величина в 15 млн голосов, что показывает эта величина, чему она равна, где там активный вброс, где принудительное голосование, где там искреннее желание поддержать начальство и т.д. сказать трудно, но, на самом деле, этот показатель есть и он что-то показывает и им надо интересоваться, потому что у нас все-таки результаты выборов это колоссальный эксперимент. Вот такого полного набора данных, пожалуй, ни в каком эксперименте другом нету. Эго надо тщательно изучать и крутить.

И вот как это выглядело в 2011 году конкретно в Москве. Распределение голосов между партиями такое же как по участкам - двугорбое с хвостом, распределение за "Единую Россию" - вот. То есть второй горб обязан практически тем, что там повышенное количество голосов за "Единую Россию" и вот попытка вычисления добавочных голосов 1.03 млн голосов, привет «Гражданину наблюдателю». То есть 1.04 по-моему настоящих, или 1.04 ну я не помню точную цифру, но 1.03 вот в этом конкретно сочетании.

Вот как выглядело голосование по участкам. Каждая точка - это каждый участок, это группа точек. Разными цветами - разные партии. Здесь доля голосов от списочного состава, то есть сколько проголосовало от зарегистрированных избирателей, а здесь явка. Вот каждый участок, это набор точек вертикальный. Цветовая передача очень плохая получилась. Зеленый - "Яблоко", синий- "Единая Россия", красный - КПРФ, где-то там посередине еще ЛДПР заслонена всеми облаками.

Вот тут забавно видно вот такая штука, скопление такое, звездное. Эта штука лежит выше прямой, количество голосов "Единой России" равно 50%, полученных на выборах, то есть не от списочного состава, а от пришедших избирателей. Это вот тоже самое только в других координатах. Это вот количество голосов за "Единую Россию", это явка. Это вот основной кластер, грубо говоря, то есть те участки, где нормально люди голосовали, вот а вот это вот то самое скопление развернулось, вот тут вот старались сделать больше 50% видно. Вот так вот смещаются участки при вбросе, вот сюда вот по диагонали, если я вбрасываю за ЕдРо, то у меня растет явка и растут голоса за ЕдРо. Ну предыдущей диаграмме они на 45 градусов смещаются. А при отборе соответственно явка не меняется, а голоса за партию съезжают вверх.

Это хорошо видно в Петербурге. В Петербурге нет такого как здесь хвоста вправо вверх, в Петербурге есть вертикальное выстраивание голосов, то есть вот этот вот участок с повышенным голосованием за ЕР и пониженным голосованием за остальные партии. Там переписывали, но это уже видно было на других графиках.

Вот тут я нашел еще в интернете замечательные картинки. Это г. Тольятти, тоже координаты те же самые. Обычный двухмерный гаусс, ничего тут нет, никаких претензий. Просто плотное скопление точек. А вот это город Самара, тут аж три кластера четких. Явка 45 так же как и в Тольятти, за ЕдРо 27%, там по-моему было 50 и 25%. На той же явке больше голосов за ЕдРо, это называется переписывание протоколов. А вот этот вот называется вброс за ЕдРо, это одновременно вырастает и явка и доля голосов за ЕдРо. И такие три кластера это видимо три технологии. Это я сегодня нашел в Живом журнале.

Еще такая замечательная выборка получилась, поскольку в этом году КОИБы из Москвы практически убрали, их оставили в Зеленограде, Тушино, где-то на краях, Некрасовка, Строгино, а остальные по-моему за МКАДом, вот их раньше было 900 штук, а сейчас 250. Зато их расставили по стране, по всем субъектам РФ, я собрал, вот штук 20 мне не удалось найти постановленных, в некоторых не удалось, в Башкортостане, Татарстане и Тульской области например, в остальных нашел.

Просто это все участки с КОИБами по всей стране. Это распределение участков по явке зарегистрированный избирателей, то есть по разным осям, это избиратели, это участки. То есть видно, что в центральной части одного типа участки, по 800 тысяч человек примерно. А в качестве контрольной выборки, я понимаю, что это очень некорректная вещь, я взял те же самые избиркомы и участки из этих комиссий остальные, на которых не было КОИБов, а нет секунду, это распределение голосов по тем же самым участкам. Это сами участки по явке, а это голоса по явке. Все пропорционально, но у "Единой России" есть определенный хвост. Но не очень большой. Те же самые по явке участки из тех же ТИКов, но без КОИБов. Это конечно не совсем корректно, потому что на некоторых тиках КОИБы стояли на каждом 15-м участке, в некоторых на каждом 3-м грубо говоря.

Понятно, что их надо было как-то фильтровать и взвешивать. Но в принципе выборка довольно широкая, потому что КОИБы там в Алтайском крае стояли по районам, в Брянской области стояли по районам, в Липецкой тоже по районам. Нельзя сказать, что это прямо города, что это городская выборка, это не городская выборка, она вполне себе представительная. Москва в ней пропорциональна, а Питера в ней нет вообще. То есть вообще вполне провинциальная Россия такая. Вот те же самые ТИКи, но участки без КОИБов распределены по явке вот так. Вот ЕдРо выглядит вот так. Ну понятно, что это не вполне корректный эксперимент, это вот такая вот проба пера.

Я могу показать, как выглядят типовые распределения для разных районов, если можно. Вот г. Екатеринбург, Свердловская область, да. Вот распределение участков по явкам, распределение голосов за партии по явке, то есть никаких претензий нет. Вот попытка вычисления аномальной составляющей, но нету ее тут. Ну можно что-то написать но тут ее нет. 2% - предел ошибок всех моделей. А вот например, республика Башкортостан. Это распределение участков по явке, это 75% по всей республике. Распределение голосов за партии. Вот так. Ну понятно более менее где какая партия сразу. Или вот например Саратовская область тоже красивая. Тоже очень причудливо. То есть ничего похожего на что-нибудь приличное.

Я хочу показать еще одну вещь, я пытался составить рейтинг поставщиков вот таких аномальных голосов в пределах моделей. Не выходя за рамки моделей, не очень уточняя ее применимость в отдельных случаях. Вот некое среднее, середина вилки, которую я пытался взять для подсчет аномальных голосов каждой республики. На первом месте по количеству - Дагестан, там миллион голосов, второй поставщик - Москва - это миллион, следующий - Татарстан, Башкортостан, потом Краснодарский край, потом опять Чечня, потом Саратовская область, Кемеровская область, Мордовия. На самом деле первая четверть лишних голосов - это первые три позиции. Второй квартиль заканчивается Кемеровской областью, третий - Тамбовской областью, и дальше идут регионы, а вот ниже вот этой черты идут регионы, где о каких-то фальсификациях говорить просто бессмысленно, на грани ошибки.

Если там что-то и было, по крайней мере по абсолютному количеству, например в Калмыкии выборов явно не было, а было какое-то рисование, но количественно это не существенно. Что касается относительно, то понятно, что все республики Кавказа будут на первом месте, Чечня на совсем первом с показателем в 98%, Мордовия тоже будет где-то в лидерах. На самом деле видно, что все источники аномальных голосов на этих выборах локализованы западнее Урала, практически все кроме Кемеровской области и вот первая - это Челябинская область. Такое ощущение, что процесс шел по нарастающей по мере того, как результаты смещались к европейской части, видимо.

Комментарий: Есть критики, которые говорят, что это вклад сельского населения, они больше любят ЕдРо, больше ходят на выборы. Значит так как я понимаю на селе тоже были участки с КОИБами, да? Но вот нельзя ли за эти участки зацепиться и оценить их реальный вклад.

Сергей Шпилькин: Я опять же скажу, что это не совсем корректно. Это нужно делать. Я думаю, что все-таки какие-нибудь социологи возьмутся за это дело. По крайней мере, когда я попытался вытянуть из участков с КОИБами города.. название ТИКов, в которых есть запятая, что означает Челябинск типо западная.. и название в которых есть слово «город» и оставить остальное, все равно серединка.. то есть хвост относительно больше, но серединка распределения все равно на том же самом месте, на тех же 50%.

Комментарий: Другая гипотеза, что просто в глубинке больше фальсифицируют, меньше контроля.

Сергей Шпилькин: Надо все измерять на самом деле, а не заявлять огульно, потому что ну, по крайней мере, вот эта выборка КОИБов она представляет интерес сама по себе. Когда у вас КОИБ один на 15-ти участках, вы можете за него не беспокоиться, ну его разбирать, отчитываться перед начальством, я понимаю, что есть такой фактор, что когда он 1 из 15 можно не дергаться, можно в остальных, если что накидать.

Комментарий: Там больше используют такие методы фальсификации, как например голосование на дому, объезжая деревни, вот Тамбовская область, Псковская область.

Сергей Шпилькин: Ну тут ничего не сделаешь. Надо работать с теми данными, которые есть все-таки, а они есть.

Комментарий: Хочу отметить, что такой способ для деревни, сравнение с КОИБами меньше действует..

Сергей Шпилькин: Нет, ну я не могу говорить про деревню точно, ну там какой-нибудь Почеп в Брянской области, на котором 500 человек на избирательном участке, это в общем мягко говоря не совсем город. Ну это какие-то попытки вилки, я не пытался взять середину, просто максимум и минимум. Вот распределение по явкам.

Екатерина Козаренко: Я хочу сказать такую вещь, обратить внимание на то, что некоторых пор нет минимума по явке, для того чтобы выборы состоялись и перестали выверять выборные списки. Я не знаю, как сейчас это сделано, как это работает. По моим данным, может быть они не правильные, значит списки избирательные не выверяются и в результате никто толком не знает, сколько избирателей на участке и поэтому как считает избирком, для меня загадка. И вот значит то, что я видела - приходят люди с паспортами, значит если прописка на территории этого участка, то его просто дополнительно вносят в список, людей, которые выбыли из списка не удаляют, поэтому здесь игры с явкой какие-то странные и у ЦИКа странные и поэтому надо бы хорошо это помнить как минимум, когда мы считаем и смотрим все эти распределения по явке.

Комментарий: Добрый день, уважаемые коллеги. Я бы не хотел делать реплику, но поскольку у меня в руках оказался телефон, и оказался коллега по проекту «Гражданин наблюдатель». Вот я был наблюдателем на участке 2279 в Москве, там все было без проблем, нас было восемь наблюдателей и трое из проекта «Гражданин наблюдатель». Остальные случайным образом попались довольно активные люди, которые вели себя хорошо. У нас там все замечательно, явка 62%, по-моему, да. На первом месте - КПРФ 29%, на втором ЕдРо, условно говоря 20%, на третьем "Яблоко" - 19%, там разница в 6 голосов, все нормально.

Но у меня в проекте «ГН» была еще наблюдательница в Южном Бутово и вот я хотел бы проиллюстрировать одним примером очень интересным, ну вот вы сами говорили в начале, что есть примеры, которые очень показательные. Есть два участка в одной школе - 3240 и 3241. Значит на участке 3240 присутствуют наблюдатели, зубастые, трое из проекта «ГН», значит тройка- корреспондент, член УИК с совещательным голосом и просто наблюдатели и соответственно какое-то количество других наблюдателей. Ну, другом участке один наблюдатель - студент, которого они потом просто "вынесли".

На одном участке все проходит нормально, подписывается протокол, с этим протоколом в клюве все наблюдатели расходятся счастливые, идут мимо второго участка, который находится этажом ниже и обнаруживают, что там ходят по помещению для голосования некие люди, огромная стопка бюллетеней выдающегося размера, вокруг него лежат какие-то мелкие и никаких протоколов, точнее протокол есть, но на нем заполнены только первые две строчки.

Они спрашивают, что здесь происходит. Им отвечают, что вот мы тут голоса просчитали, уехал председатель заверять протокол. Они говорят, подождите, а как бы копия, а кто вы такие. Мы наблюдатели из соседнего участка и их выгоняют, они пытаются что-то сфотографировать, люди телами закрывают дверь и нас выносят оттуда вместе с милицией, потому что прав находиться на этом участке у нас нет. Теперь самое интересное - результат. Я буду говорить цифры, одна значит на участке с наблюдателями, другая без. Я их только получил по телефону. Человек для меня проверил по записям. Значит "Справедливая Россия" - 14.6%- 9.6%, ЛДПР- 14.8%-7.0%, "Правое дело" - 2.4%- 0.9%, КПРФ- 29.2%-8.7%, "Яблоко" - 12.6%- 6.6%, ЕР - 22.4%- 65%, "Патриоты России" - 1.4%-0.4%. Явка 49% и явка 61.53%. Южное Бутово, соседние дома, одна школа, два этажа. Вот вам такой комментарий.

Константин Сонин: Я бы сказал, для чистоты этого примера, чтобы его можно было в газетной заметке описать, нужно посмотреть на результаты голосований этих двух участков, например, на выборы в Мосгордуму или на предыдущих выборах в Думу, потому что вообще ничего странного в разнице голосований на соседних участкахсамого по себе нет, если в один участок входит ведомственный дом, в другой не входит.

Ничего удивительного, что результаты окажутся разными, но, если например выборы в Мосгордуму были очень похожие результаты голосования, а сейчас очень сильно различающиеся, я бы сказал, что по здравому смыслу, это повод отмены результатов голосования на этом участке, но их не отменят, но тогда об этом можно писать, но без этого пример ничего не дает. Тем не менее, бывают разные объяснения, дома могут быть совершенно одинаковые, но в одном доме прорвало канализацию и жильцы этого дома два года борются с местным депутатом и из-за этого они могут ненавидеть "Единую Россию".

Аркадий Любарев: Ну, давайте я попробую. У меня нет картинок. Значит несколько реплик по поводу начала выступления. Очень важные момент, это сравнение с предыдущими годами, о чем Константин все время говорит, вот на самом деле надо понимать, где 2003 год, видимо, это та база, с которой можно сравнивать Москву. Потому что по Москве очень сильные изменения начались уже с 2004 года. Я просто делал не по участкам, я сравнивал по районам. Если до 2003 года примерно рамка района по голосованию за власть не сильно менялась, до начиная с 2004 года пошли перескоки, с 2009 годом сравнивать нельзя совершенно, потому что понятно что выборы были фальсифицированы.

Комментарий: Маленькая реплика, что для целей мэтчинга, о которой говорил Рубен. Это не так важно, что в 2003 году, там не было фальсификации, там могло быть все совершенно фальсифицировано, важно, что они были совершенно похожи, а теперь стали различаться. А не то, что тот год был чистый, а теперь мы сравниваем с грязным годом. Хотя прекрасно было бы иметь чистые годы.

Аркадий Любарев: Да, я понял, что для целей мэтчинга, да. Но когда мы говорим о сравнении сегодняшних участков, то вполне возможно, что тоже самое было и в прошлый раз. То есть один участок фальсифицировали, другой нет. Кстати Дмитрий Катаев по 2009 году сделал очень хорошее сравнение по району Академической, в котором в 2007 годы были очень близкие результаты по всем участкам, а в 2009 году они разделились примерно пополам.

Комментарий: Не надо с 2009 более правильный, потому что смотрите. Представьте себе два участка, у которых истинное предпочтение одинаковое, потом в одном из них стали дико фальсифицировать, а в другом нет. И в одном резко растет Единая Россия, а остальные остаются на том же уровне. Далее мы посылаем наблюдателя на второй участок, на первый, на котором были фальсификации, он падает до нормального, как мы их сравниваем нет никакой разницы, поэтому нет никакого эффекта. Для матчинга нужно, чтобы они были абсолютно похожи, в характеристику похожести включается и фальсификабельность этого участка и предпочтения людей тоже. То есть для матчинга 2009 более правильный год, чем 2003.

Аркадий Любарев. Фото Наташи Четвериковой

Аркадий Любарев: Значит да, это действительно надо различать. А еще реплика по поводу того, что сказал Сергей. Ну, понятно, что вот европейская часть увидела то, что происходит на востоке и я думаю, что нет, это скорее ошибка. Если бы были тут политологи, они наверное объяснили бы почему это так. На самом деле, на Дальнем востоке всегда отличался только Приморский край. И в этот раз были причины, почему он может сейчас не так, отличился. Кемеровская область, как отличалась, так и отличается. А в Европейской России было много на самом деле регионов, подверженных фальсификациям. Тем более, что если мы говорим о сбросах, то сбросы в основном делались во время голосования, а не при подсчете голосов. Теперь я хотел немножко, да. Сказать вот о чем, у нас правильная совершенно постановка вопроса о том, что надо сравнивать с предыдущими годами. Сергей это делал и сейчас наверное, Андрей будет говорить вот эти распределения, но действительно раньше наверное 2003 года у нас такой возможности нет, но вот тоже очень показательно то, что мы делали с Андреем, когда писали книгу «Преступление без наказания», когда мы по методу Собянина-Суховольского анализировали, что изменялось практически с 1991 года. Получилось у нас, что где-то до 2003-2004 годов в крупных городах, ну может за исключением Татарстана, Башкортостана аномалий сильных не было по графикам Собянина- Суховальского, знаете, что за график Собянина- Суховальского, это когда по оси абсцисс откладывается явка, а по оси ординат процент от списочного состава. И вот такие вот красивые графики, но может быть с очень небольшим смещением, они были характерны для городов на протяжении практически всех 90-х годов и начала 2000-х.

Комментарий: То есть в идеале вот эта вот самая аппроксимирующая прямая попадает в центр координат, а наклон ее собственно равен проценту, который этот претендент или партия получили. Вот это идеальные график.

Аркадий Любарев: А в сельской местности довольно часто получались графики, когда наклоны немного другие, когда аппроксимирующая линия выходит не из начала координат, а идет с единичным наклоном, пересекает ось ординат в отрицательной области и Собянин в 1995 году объявил, что это признак фальсификации. Естественно много спорили, но вот то, что мы исследовали, я пришел к выводу, что для городов при нормальных нефальсифицированных выборах всегда были характерны вот такие графики или близкие к ним, а что касается сельской местности, то у нас тут возникают вопросы. Что происходит в сельской местности, действительно ли для нее происходят такая связь явки голосования за партии, как именно поведение сельского электората или просто в сельской местности фальсификации были и раньше или опять-таки вот здесь очень важный момент. Да, возможно, что такая связь голосования с явкой объясняется не прямыми фальсификациями, а какими-то мерами административного принуждения.

Я с этим готов согласиться, только сразу оговаривая, что административное принуждение попадает под другую статью Уголовного кодекса не 142, а 141 и что есть - мы плохо знаем, что происходит на выборах в сельской местности, но кое-какая информация доходит о том, как это происходит, в том числе и как это происходило в 90-е годы и то, что там происходили можно вполне считать сродни фальсификации.

Тем более, что не во всей сельской местности, такие картинки были, скажем по Волгоградской области мы видели графики близкие к нормальным. Ну а то, что начало происходить в городах, начиная с 2004 года и особенно в 2008 году, это уже никак этим не объяснить, потому что есть у нас картинка, где Москва просто делится на три пика, то есть это уже никак этим не объяснишь.

Ян Рачинский: Простите, что я уже несколько забыв математику, врываюсь в этот разговор. Хотя мехмат когда-то кончал. Первое, что я хотел сказать. Это такое обывательское наблюдение, я голосовал в Ховрино, там тоже в одной школе 458 и 459 участки. Я голосовал на 458, там явка 63% и какое-то такое относительно похожее на что-то распределение голосов. На соседнем участке явка 100%, это независимо от того, кто живет в этих домах при 2000-х тысячах человек вообразить себе невозможно. То есть то, что здесь не нужно быть большим математиком, чтобы понять всё, абсолютно очевидно. Второе наблюдение, которое заставило меня пойти немножко по иному пути чем предыдущий докладчик, это то, что существуют очень специфические участки.

Если вы возьмете район Сокольники и посмотрите распределение по участкам, то выяснится, что вся больница и тюрьма голосует исключительно за "Единую Россию" и немножко за КПРФ, видимо за сохранения здоровья нации надо голосовать еще и за другие партии. Эти участки очень сильно влияют на вот эти вот соотношения, потому что с одной стороны они маленькие, а учитываются точно так же как и большие, есть еще меньше.

Есть с двумя избирателями судовые избирательные участки и распределение в них заведомо очень далеко от нормального, хотя может быть дает небольшой вклад, поэтому мне показалось разумным построить графики, исключив из них явку. Вообще говорю, если известен процент, который партия набрала, то распределение голосов по проценту, набранному партией должен тоже иметь обычную форму, группироваться на некоторой оси может быть двух или трех, если существенно разные территории, но интересно, что довольно близкий получился по России график общий только с гораздо более резкими пиками на круглых значениях и то, что интересно на многих районах "Единая Россия" не имеет тяготения к какому бы то ни было среднему значению, то есть выглядит почти как треугольник, что на мой взгляд достаточно хорошее свидетельство о фальсификации, мне кажется, что такого рода графики следовало бы проанализировать, если я не ошибаюсь в исходных посылках.

Андрей Бузин: Я покажу несколько картинок интересных, но у меня по всем картинкам будет вопросительный знак. Почему? И модель Собянина- Суховольского и модель, которое скоро уже наверное будет как классика называться модель Шпилькина, они основаны в особенности на едином предположении о статистической независимости результатов голосования за определенного претендента и показателя явки. Именно поэтому в этом вопросе и возникают так сказать основные противоречия и основные возражения со стороны оппонентов.

Вот эти возражения имеют определенное основание, потому что, если вы посмотрите, что происходит например в Башкирии, вам показывал Сергей. Я покажу Башкирию предыдущую. Вы посмотрите в Башкирии то совсем другая ситуация. А нет, у меня не Башкирия а Татарстан, ну они там близки. Вот смотрите у вас там было общее по Башкирии и по городам и по селам, а вот здесь разделено. Здесь разделены города, это вот такие вот кривульки, которые можно считать каким-то более менее похожими на колокол, а что касается сел, то там совсем другое распределение. Вот видите вот эти вот хвосты. Эти хвосты это села, это районы Татарстана в 2008 и 2007 годах и вот объясните это тем самым простым способом, на которых основаны модели Собянина-Суховольского и то, что вы считаете. Поэтому основания для этого есть и вот то, о чем говорил Рубен это очень важное исследование с моей точки зрения, которое надо обязательно проводить для того, чтобы давать серьезные возражения оппонентам. Значит возвращаюсь к вот этой вот картинки. Это то, что показывал Сергей, но только здесь на два графика больше, потому что здесь все федеральные выборы собраны, по которым есть данные по участковым избирательным комиссиям начиная с 2003 года, соответственно у нас было трое выборов депутатов в Госдуму и двое выборов президента РФ. Только там вот у него было число УИК по оси, а здесь списочный состав.

Комментарий: Хотя может быть правильно было бы третий рисовать- количество проголосовавших избирателей.

Андрей Бузин: Может быть, но по форме они не отличаются, у них только хвост вправо в большей или меньшей степени поднимается. У вас он больше поднят, у меня соответственно меньше поднят и это более правильно, потому что ну что там учитывать корабельные участки и участки где по два избирателя. Но что интересно здесь уже было отмечено несколько раньше, что очень важно, конечно исследование такого временного динамического характера и из этих пяти кривых самой приличной кривой является кривая 2003 года, самой неприличной кривой являются выборы Медведева в 2008 году, а вот то, что мы сейчас имеем, это вот эта вот коричневая прямая, которая проходит между вот этими вот кривыми, поэтому я и говорю и Сергей тоже заметил, что в общем-то это были средние выборы, ну правда у него получилось на 2 млн больше, что меня конечно.. по сравнению с 2007 годом на 2 млн, но 2 млн это всего 2%, не так много для этой большой страны, а что касается дальше графиков, которые связаны с.. которые показывают, что очень важно такое динамическое сравнение.

Еще три графика покажу. Во-первых, не только явка является интересным электоральным показателем. Это динамика распределения голосования по подкрепительным удостоверениям. Когда у нас была отменена явка в 2007 году, В.Е. Чуров стал председателем ЦИК ему, по-видимому, тот человек, который по первому закону Чурова всегда прав, он сказал явку-то мы, конечно, отменили, но будет неприлично, если на выборы придет там скажем 20% населения, ты уж постарайся, чтобы явка была более менее приличной. И у нас резко возросло число издаваемых открепительных удостоверений и начались на нашей горячей линии значит жалобы постоянные о том, что понуждают людей открепительные удостоверения и это продолжалось и в 2007 году и в 2008 году и в 2011 году продолжалось и вот эта вот кривая по распределению голосования по открепительным удостоверениям размазывается. Естественными какими-то причинами.

Я думаю, трудно это объяснить, потому что ну что открепительные удостоверения, они являются социальными условиями, люди уезжают, перемещаются и врядли мы стали на столько мобильными за эти 4 года. а это вот распределение по надомному голосованию. Тоже претерпевает такие серьезные изменения. Я не думаю, что их можно социологически объяснять. Надомные голосования, это как правило больные люди, а что они стали больше болеть что ли, нет.

Обратите внимание, что вот это вот распределение оно больше похоже на пуассоновское распределение, естественно в общем-то наверное можно и объяснить, потому что пуассоновское распределение- это размешивание изюма в булке. Значит вот такая временная динамика, она очень интересна. Я вот сейчас совершенно изумительные 4 графика покажу. Это досрочное и голосование вне помещения в г. Сочи. Как известно у нас г. Сочи в определенный момент между 2005 и 2008 годом стал столицей Олимпиады. Вот в 2005 году, это слева вверху график там и надомное и досрочное голосование, распределение его было похоже на российское распределение, а как только он приобрел федеральное значение, то его начало размывать и после этого там прошло четверо выборов и вот постепенно стало размываться, а последнее 14 марта 2010 года вообще ни на что не похоже. Вот эти замечательные графики говорят о том, что голосование стало совершенно не естественным.

Теперь несколько картинок связанных с другим методом, с Сабяниным-Суховольским. Уже Аркадий объяснил, что это такое. Вот это идеальное голосование в городе Магнитогорске. Которое произошло полтора года назад. Почему было идеальное, там произошло следующее, в Магнитогорске в это время сменился одновременно и губернатор области и мэр области и не было ценных указаний избиркомам, что надо делать и они провели честные выборы. А вот уже до этих выборов, вот что была статья, я написал, что в Магнитогорске были исключительно честные выборы на этих выборах магнитогорцы решили оттянуться по полной программе и вот пожалуйста что получилось на этих выборах.

И вот кстати то, что Аркадий говорил насчет коэффициента большего единицы, здесь коэффициент наклона прямой за "Единую Россию" равен полтора. Грубо говоря, это означает, что каждый дополнительный избиратель, пришедший там за явкой, которая больше 70% он отдал полтора голоса за "Единую Россию", грубо говорю. Когда я получил этот график, совершенно поразительно, по облакам мы видим, даже три облака мы совершенно замечательно видим, в Самаре, конечно, грань три облака, здесь два облака, но зато здесь видно вот что, здесь полный разрыв между теми комиссиями, которые голосование за ЕР 27%, вот она и 55% видите, вот в этом интервале вообще нет никаких участковых избирательных комиссий. Вот эти вот комиссии, их просто-напросто бы, вот если бы у нас значит были возможности у судов понимать эти графики, то эти комиссии - как раз претенденты на 142.1 статью УК. Совершенно очевидно, что здесь вот были фальсификации.

И вот этот вот уникальный график, здесь в действительности выборы с 1991 года, все пять выборов, которые происходили. У нас будут шестые выборы президента в марте 2012 года, вот здесь представлены все пять выборов президента, которые у нас происходили в России. Правда, понятное дело, что здесь точками представили не участковые избирательные комиссии, а избирательные комиссии субъектов федерации, региональные избирательные комиссии. Потому что нет данных, начиная с 1991 года, а по региональным комиссиям есть. Так вот совершенно замечательные графики тем, что выборы 90-х годов и выборы 2000-х годов принципиально отличаются друг от друга. Три нижних прямых - это регрессионные линии для выборов 2000-х годов (2000, 2004 и 2008), а две верхних - это выборы 1991 и 1996 годов.

То есть эти графики показывают, что попросту-напросто два этапа у нас было. Две эпохи российских выборов, вот Собянин-Суховольский это довольно четко показываю. И вот эта картинка. Я почему спрашивал Сергея, просил показать Белгородскую область, потому что это вот что за картинка. Вот поскольку по Собянину-Суховольскому качество выборов определяется двумя параметрами, как вы поняли, во-первых, в какую точку попадает эта регрессивная линия, вот этой величиной определяется. (Напоминают о лимите времени). .. Я вот просто-напросто посчитал для всех регионов смещения этих вот регрессионных линий на этих выборах.

Картинка получается вот такая, во-первых видно, что для "Справедливой России", практически для всех, которые наверху, куда попали кавказские республики по определенным причинам, для всех смещение вниз, во-первых, ну и во-вторых, дальше, Сергей, надо сравнивать, ваши показатели и мои и смотреть соответствуют ли они друг другу, если да, то мы можем с уверенностью говорить, что в Белгородской области сильнее были фальсификации. Все, я закончил.

Александр Шень. Фото Наташи Четвериковой

Александр Шень: Я хочу сказать три вещи. Первая чуть абстрактная, что нельзя ожидать одного единственного математического доказательства, которое будет 100% убедительно. Это так же, как и улики в суде. Каждая из них имеет определенный вес и важен весь набор. И соответственно процесс приобретает состязательный характер, что вот есть люди, которые отстаивают одну точку зрения, есть которые отстаивают другую точку зрения и есть присяжные, желательно математически грамотные люди, с этими суждениями знакомятся и у которых сложились впечатления об этом. То есть тут нельзя ожидать математического доказательства, чтобы можно было бы математически доказать были ли фальсификации или их не было.

Второе: я пытался представить себя в качестве такого присяжного, и я бы сказал, что наличие фальсификаций, как это называется в Америке, beyond reasonable doubt (Ред. ему подсказывают русскую версию этой фразы - "за пределами разумного"). Комбинация различных улик как численного характера, так и просто историй разных, по-моему абсолютно, абсолютно... К сожалению, сегодня это бессмысленно, потому что сегодня мы слушаем как бы только прокуроров, но нет адвокатов. И даже непонятно, есть ли какие-то адвокаты, но, на самом деле, на меня наиболее сильное впечатление произвел именно адвокат - статья В. Чурова, В. Арлазарова плюс еще кого-то (Ред. В. Чурова, В. Арлазарова и А. Соловьева). И если уж адвокат такое говорит, то тут уж ничего не сделаешь.

И третье, что я хочу сказать, что тут все обсуждают вопрос, можно ли как-то оценить размеры фальсификаций и пересчитать исправленные [голоса]. Вот давайте оценим и скажем, что у нас там было не 45%, скажем, а 35 или что-нибудь в этом роде. Ну, можно оценить порядок каким-то образом. Особенно хорошо, если разные оценки и по наблюдателям и по статистике сходятся, но, конечно, по-моему, невозможно ставить вопрос о вычислении какого-то правдоподобного ответа и обоснование его математически с точностью больше, чем вот этот вот порядок.

Тут, мне кажется, вообще вопрос автоматически не может быть решен, а во-вторых, что более важно, он вообще бессмысленный. Представим себе, что во время кросса, видно, что какой-то там игрок срезает путь по кустам, можно попытаться понять, что мы вот видели, что он срезал, давайте же посчитаем, сколько же он всего срезал и пересчитаем его истинную скорость, но вообще-то в таких случаях человека снимают с соревнования. Так же у шулера, например, в рукаве два туза, то наверное можно оценивать, что он делал это каждый третий раз и выиграл то и выиграл всё, но ценность такого анализа мне кажется не вполне ясной.

После того, как факты фальсификации установлены, их численная величина уже носит некий академический характер. Можно совершенствовать статистические методы на этом примере, но каких-то выводов [о том, каким же был настоящий итог голосования] делать нельзя.

Дмитрий Ицкович: Боря [Долгин] на последних словах тряс головой, потому что на самом деле численный анализ в данном случае некоторый смысл имеет, потому что мы видим некоторые изменения поведения.

Фото Наташи Четвериковой

Александр Черкасов: Прошу прощения, я вообще-то бывший инженер и меня немного удивляет, что когда речь идет о цифрах, конечных данных, о реальности, которую они отражают или не отражают, речь особенно не идет. Кто-то из вас говорил о сравнении выборов в Чечне 1999 и 1996 года. Кто мне скажет, какие выборы были в Чечне в декабре 1999 года? Это вообще что такое? Понятно дело, когда появляются совершенно не наблюдаемые вещи, тут волосы дыбом встают. Тут речь должна идти не о игре с цифрами, замечательная, кстати, игра, а о пробовании моделей. Какие модели пробуются. В принципе хорошую регрессию применив, можно доказать все, что угодно. Речь идет о всяких совокупностях, которые объясняют все, что угодно. Но мы же имеем некоторую реальность, а именно пары протоколов комиссий, когда они выданы наблюдателями и это нужно иметь ввиду. Речь идет о том, что как бы есть вот эта вещь, доказанная масштабная фальсификация, и не проверять эту гипотезу, а говорить о других, это так же странно, как говорить о выборах в Чечне в 1999 году.

Константин Сонин: Ну, мы вообще считали, что наша встреча сегодня это вообще про то, что можно извлечь из официальных данных статистическими методами.

Виктор Васильев: В основном я согласен с Сашей [Ред. - Александром Шенем]. Кроме того, что Саша сказал, что невозможно доказать теорему, что что-то было, но возможно доказать теорему такого рода, что "вероятность того, что фальсификаций не было, не превосходит ста миллиардной", что-нибудь такое. Такую строгую теорему доказать уже возможно.

Еще что? [Саша сказал], что оценивать масштаб фальсификаций это совершенно бесполезная вещь...

Александр Шень: Полезная. Порядок оценить возможно, но нельзя [назвать "честный" итог выборов].

Виктор Васильев: Если даже адвокаты такое говорят, или если адвокат настолько уверен в своей безнаказанности, что будет нести любую ерунду, то это тоже не аргумент.

А по существу я, конечно, практически полностью согласен с Александром [Шенем].

Реплика из зала: Есть ли смысл предсказывать на основании опыта этих выборов, участки с наибольшей возможностью фальсификаций в будущем и при распределении наблюдателей посылать их туда, это первое практическое. А второе практическое - если доказано статистически, что наблюдатели положительно влияют на честность выборов, то нельзя ли устроить социальную сеть по принципу избирательных участков.

Дмитрий Ицкович: Ответ на второй вопрос, кажется, уже был.

Реплика из зала: Уважаемые коллеги, я по бывшему образованию химик и я могу сказать, если бы у меня были эксперименты вот такие вот, то меня должны были бы выгнать из всех мест, которые я занимаю, да. Очень важный момент какой - помимо наблюдений собственно говоря статистических, для будущего очень важно делать заметки, как получались исходные данные, потому что математика не должна отвечать на вопрос, как получаются исходные данные, вот Магнитогорск, где идеальное голосование объясняется вполне разумными причинами, это действительно очень интересно. Для следующих выборов мне кажется самое важное - очень тщательная проверка исходных данных, как они берутся и что между ними действительно есть общего. И это на будущее, мне кажется, очень важно.

Александр Шень: Может быть в зале есть хоть один адвокат [позиции, что фальсификаций не было]?

Дмитрий Ицкович призывает высказаться только тех, кто считает, что может высказать что-то существенно новое.

Аркадий Любарев: Мне вот очень важное хочется сказать, я забыл подчеркнуть, что у метода Шпилькина есть внутренний контроль, вот то, что так сказать все партии имеют одинаковое распределение и то, что "Единая Россия" на восходящей ветви имеет тоже самое распределение, это и есть внутренний контроль, который позволяет проверять, можно ли этот метод использовать или нет.

И вторая реплика, относительно того, нужно ли считать долю фальсификаций. Значит есть очень простой вопрос, на который я могу дать ответ - при какой доле вброса "Единая Россия"... То есть если мы считаем, что доля вброса такая, что "Единая Россия" не получает большинства мандатов. Ответ - 3.6 млн, если мы доказываем, что вброс был больше 3.6 млн, то мы получаем, что это были полностью нелегитимные выборы. Т.е. вброс существенным образом изменил соотношение сил.

Дмитрий Ицкович: Всем спасибо.