Original Material
Не про Путина
После митинга на проспекте Сахарова прошел месяц.
Этот месяц заполнен звуками жизни — все делают заявления, пишут блоги, создают комитеты и по очереди встречаются с Кудриным, представляющим то ли власть, то ли оппозицию, то ли самого себя.
В свою очередь, люди, с которыми встречается Кудрин, тоже представляют неведомо кого. Почему, например, он завтракал с Рыжковым и Пархоменко? Почему не с Тором, Удальцовым и Касьяновым? Или с Касьяновым Кудрин потом — обедал? И почему это был Кудрин, а не Сечин? Потому что Рыжкову плохо с Сечиным, Кудрину — с Удальцовым, и всем плохо с Тором? И кстати, почему за все это время никто не покормил Навального? Или покормил, но мы не знаем меню?
Многое случилось за эти недели, а не случилось — одного, самого простого: создания «Коалиции за свободу». Ну или назовите это как хотите — совершенно неважно, как называется то, чего нет…
Коалиции нет. Не Лиги тех, Комитета этих и Движения третьих, а ОДНОЙ политической силы, представляющей интересы подавляющей части политического спектра — ВСЕХ, кто хочет демонтажа путинского режима!
Огромный оппозиционный спектр этот по-прежнему налущен на тонюсенькие щепочки, ломать которые поврозь о путинское колено — одно удовольствие. В политических субъектах, как годы назад, маячит дюжина партий, движений, комитетов и фронтов плюс хренова туча лидеров оппозиции, каждый из которых сам себе голова.
Но очень маленькая.
Спустя месяц после митинга на проспекте Сахарова — ни общего организационного центра, ни согласованной пошаговой программы, ни методики принятия решений — ничего, кроме кучки громких требований к Путину, раздающихся со всех сторон.
Эта стереофония должна его забавлять, наверное.
Требование, не обеспеченное механизмом давления, — это не требование, а мантра, и Путину, поди, в кайф смотреть, как либералы пытаются под шумок оттеснить Навального, Навальный ходит за рейтингом к Чаплину, Удальцов договаривается с Зюгановым, а Явлинский по-прежнему плавает отдельно ото всех величественным айсбергом.
„
Быстренько возглавив народный протест, «люди трибуны» начали влегкую делить шкуру единороссного медведя...
”
И вроде бы всем ясно, что единственный шанс — в объединении. И что в выигрышной позиции на доске, о которой мы мечтать не смели еще осенью, надо действовать, не теряя темпа и хорошо координируя фигуры. Но — то ли массовое помутнение мозга, то ли что-то с целеполаганием, если не выразиться яснее…
Быстренько возглавив народный протест, «люди трибуны» начали влегкую делить шкуру единороссного медведя — не только не убитого, но лишь легко раненного и оттого еще более опасного шатуна… А сто тысяч неразличимых с трибуны «людей проспекта», кажется, стали знаменем, позволяющим пробиться в голову колонны.
«Стыдно, брат. Стыдно и нехорошо».
Дорогие оппозиционные политики!
Многим из вас я вполне симпатизирую, но вынужден с прискорбием сообщить, что как субъекты политического процесса вы меня совершенно не интересуете — ни по отдельности, ни в ваших тактических дружбах друг против друга. Свои корпоративные рейтинги вы знаете не хуже меня: их хорошо видно в микроскоп, и по отдельности заполнить все это способно не проспект Сахарова, а только приемную на Старой площади.
И если в самое ближайшее время из всех своих фронтов, движений и комитетов вы не образуете единый, мощный субъект российской политики — это будет означать политическое самоубийство всей вашей славной когорты.
Оно станет печальным подтверждением старой истины: в авторитарных странах деградирует не только власть, но и оппозиция…
Если так — России предстоит догнивание и судорожное «допиливание» путинской бандой, пока матушка История, за неимением других лекарств, не выпишет нам очередную революционную клизму.
Велосипед плохо стоит на месте — он или едет, или падает. До 4 февраля осталось совсем мало времени.