Итоги недели. Realpolitik без реализма

Минувшую неделю российские начальники провели в беспощадной борьбе с оранжевой угрозой. Боевые действия разворачивались как на внешнем, так и на внутреннем фронте. Пока что внутри страны противостояние носит позиционный характер: главные битвы впереди.

Власти сконцентрировались на организации засад и проведении всякого рода дезинформационных мероприятий. Так, завтра, в день проведения шествия «За честные выборы», теток из домоуправлений сгонят на Поклонную послушать Проханова и Кургиняна. Замысел прост как три копейки. Надо будет в субботу чем-то уравновесить телекартинку с Якиманки и Болотной. При этом разница между двумя мероприятиями очевидна. Те, кто пройдет по центру Москвы, ни при каких условиях голосовать за Путина не будут. А те, кого заставят мерзнуть за Путина на «антиоранжевом» митинге, вполне могут выбрать другого кандидата.

Та же история с телеканалами. Всего через несколько дней стало понятно, чем объясняется аттракцион невиданной смелости, устроенный руководителями федерального телевидения. Появление на экранах Рыжкова, Немцова, Каспарова объяснилось чрезвычайно просто. Это была чрезвычайно примитивная попытка вернуть хоть какое-то доверие. С тем, чтобы хоть кто-нибудь воспринял всерьез чудовищные по уровню пропагандистские поделки, прославляющие Путина.

Причем все участники процесса с твердокаменными рожами утверждают: это еще не предвыборная агитация. То есть, когда нам рассказывают, что Путин — спаситель Отечества, это, блин, независимая объективная журналистика. Что опять-таки свидетельствует о создании неких симулякров пропаганды. Очень точно написала Юлия Латынина: смысл подобных митингов вовсе не в том, чтобы убедить людей любить Путина. Смысл в том, чтобы убедить Путина, что его любят. Смысл жуткой телехалтуры — не в том, чтобы увеличить количество голосующих за Путина. Смысл — убедить главного избирателя, премьера, что ТВ-начальники просто день и ночь работают над поднятием его имиджа.

В «Известиях» появилась замечательная статья вице-премьера (то бишь представителя государства) Дмитрия Рогозина, посвященная восславлению подходов В.В. Путина к теме национального вопроса. Смысл — убедить единомышленников не участвовать в мероприятиях оппозиции. Текст замечателен тем, что человек, находящийся на госслужбе, допустил словосочетания «русский по рождению», «попили русской кровушки» и т.д. И это в начале февраля. Что будет в конце месяца, просто страшно представить.

Апофеозом разводок стала встреча кандидата Путина (для соблюдения закона премьер Путин, рассказывают, взял отпуск на один день. Скоро он будет брать отпуск на час, на двадцать минут — и верный Чуров тут же объявит все это законным) со студентами юридических институтов. Будущие прокуроры лахтины и судьи боровковы явно по рекомендации старших товарищей решили перехватить инициативу оппозиции и поголовно записаться в путинские наблюдатели на выборах. И Путину эта идея чрезвычайно понравилась. То ли чисто по Фрейду, то ли намеренно имитируя оговорку, премьер путал свежесозданный «корпус» избирателей с Лигой избирателей.

Идея тоже не шибко хитрая. Точно так же любой ушлый опер имеет под рукой одну-две пары понятых, пенсионеров-пропойц, служивших в милиции. Премьер не только взбодрил студентов-наблюдателей, но и походя устроил несколько засад для конкурентов. Например, пообещал включить оппозиционеров в правительство. Надо сказать, что разводка замечательно удалась. В штабах путинских конкурентов тут же принялись обсуждать, какие именно должности пожалует нацлидер с барского плеча.

Но все-таки главные события развивались за границей. Москва героически боролась с «оранжизмом» в Организации объединенных наций. Российский представитель героически сопротивлялся попыткам западных недругов протащить в Совете безопасности резолюцию, предложенную Лигой арабских государств по Сирии. Дабы убедить Россию в необходимости принять эту резолюцию, в Нью-Йорк прибыли главы внешнеполитических ведомств ведущих западных государств. Однако их российский коллега Сергей Лавров проигнорировал возможность личных контактов. Более того, госсекретарь США Хилари Клинтон целые сутки просто не могла связаться с главой нашего МИД.

Россия изо всех сил противится резолюции, которая требует, чтобы Асад, прямо повинный в гибели не менее чем пяти тысяч соотечественников, отказался от власти. Эта же резолюция предлагает введение санкций против нынешнего сирийского режима, прежде всего запрет на поставку вооружений. Но Россия встала стеной за своего друга Асада. Резолюция открывает, мол, прямую дорогу к иностранной интервенции.

Всю минувшую неделю я отвечал на вопросы иностранных коллег. Те гадали, какие причины заставляют Москву столь неуклонно поддерживать наследственного диктатора. Неужели все дело в контрактах на продажу оружия?

Недавно в Сирию прибыло судно, зафрахтованное «Рособоронэкспортом», которое, как сообщает зарубежная печать, доставило силам безопасности режима 60 тонн боеприпасов. Неужели российские лидеры не понимают, что они дискредитируют себя в глазах всего мирового сообщества? Неужели они не понимают, что в случае прихода к власти оппозиции все это надолго (если не навсегда) испортит отношения с этой страной?

Конечно, можно сказать, что Сирия — давний (с 1970-х годов) клиент Москвы. Режим Асада предоставил Москве ее единственную базу в Средиземноморье (один Бог знает, зачем она нужна, но это другой вопрос). Наконец, Россия успешно продавала в течение десятилетий свое оружие в Сирию. Только что подписан контракт на поставку 36 учебно-боевых самолетов Як-130 на сумму в полмиллиарда долларов. А до этого Москва поставила сверхсовременные ракетные комплексы «Бастион» для защиты побережья, а также истребители, противотанковые комплексы (по странному стечению обстоятельств некоторые из них оказались в распоряжении «Хезболлы»). Кроме того, осуществляются контракты по модернизации бронетанковой техники, поставленной в 1970-1980-е.

Много раз я писал, что российские начальники в своей внешней политике руководствуются Realpolitik XIX века (в интерпретации Юлиана Семенова и Валентина Пикуля). В общем, чистый Палмерстон: нет вечных союзников, но есть вечные интересы. А тут уперлись — какие, к черту, интересы: будем защищать Асада до последнего! Тут не геополитика. Тут иное. У кремлевских начальников настоящая (не симулируемая, как в случае с противоракетной обороной) паранойя. Они совершенно всерьез боятся «цветной революции» и намерены бороться с «оранжевой заразой» повсюду в мире. Даже тогда, когда это очевидным образом противоречит собственным интересам. Ведь если бы присоединились к резолюции, глядишь, и после смены власти базу бы сохранили, и даже некоторые контракты.

Но вместо этого российские руководители стоят буквально насмерть. И это значит, что стремление бороться с цветными революциями преодолело все рациональные расчеты. Путинский Realpolitik окончательно лишился реализма.