Original Material
: Законы на трезвую голову
Допустимую норму алкоголя в крови для автомобилистов, известную в народе как «0,3 промилле» могут вернуть. Полный запрет был мерой коррупциогенной, но почти бесполезной. Такая вот правительственная механика — без анализа последствий и обсуждения с кем бы то ни было принять нечто, а потом отменять.
Дурные решения правительства компенсируются не только, что бы ни считал князь Вяземский, их дурным же исполнением. Еще они компенсируются противоположными решениями того же правительства. Дмитрий Медведев, скажем, отменяет переход на зимнее время, а Владимир Путин его всерьез угрожает вернуть. И новый пример: как выяснил «Коммерсантъ», в правительстве уже обсуждают возможность отмены запрета допустимой нормы алкоголя для автомобилистов.
Норму про «3 промилле» отменил волевым решением президент Медведев. Мотивация была простой — если можно немного пить, то это провоцирует водителей ездить пьяными. Что возможно верно в смысле правоприменительных практик, но точно неверно с точки зрения закона. Там запрет на вождение в пьяном виде никто не отменял никогда. Однако решено было для победы над пьянством за рулем запретить пить совсем.
Ныне в правкомиссии по вопросам дорожного движения внезапно вспомнили, что норма про «3 промилле» взялась нет по чьему-то злому умыслу и от желания отдельных граждан кататься, приняв на грудь, а из-за наличия в организме человека эндогенного (то есть не выпитого, а естественным путем получающегося) алкоголя. Каковой — в зависимости от индивидуальных особенностей организма — вполне может фиксировать алкотестер.
У главы правительственной комиссии вице-премьера Игоря Шувалова идея вернуть допустимую норму алкоголя в крови вроде бы никакого особого неудовольствия не вызвала. А единороссы уже вроде бы взялись за разработку соответствующих правок в законодательство. Как поведал «Коммерсанту» первый заместитель главы думского комитета по госстроительству Вячеслав Лысаков, «необходимо вернуть (допустимую) норму, рассчитав ее с учетом погрешности приборов и эндогенного алкоголя». Лысаков — штатный защитник прав автомобилистов, но коли дошло до целого законопроекта, полный запрет на алкоголь для автомобилистов могут и отменить.
Разумеется, что такое Дмитрий Медведев и какую ценность имеют его решения «тандемократы» продемонстрировали еще 24 сентября прошлого года. И даже при иных раскладах ожидать, что из уходящего президента не сделают «хромую утку», было бы довольно сложно.
Норма о полном запрете была очевидным образом плохо проработана. Ссылаясь на особенности правоприменения, президент сотоварищи забыли, что и у новой нормы будет своя практика. Причем по преимуществу коррупционная. А особых успехов в борьбе с пьянством за рулем в результате полного запрета на алкоголь статистика гаишников не зафиксировала.
Не самые удачные, а зачастую и попросту вредные инициативы принимаются либо исходя из соображений ситуативной выгоды или даже вовсе на «основании здравого смысла». Отсюда и появляются экзотические законопроекты, вроде питерского запрета на «пропаганду гомосексуализма» или те же странноватые решения по сокращению числа часовых поясов.
Вроде бы для этих целей создавалась целая Общественная палата, только вот обсуждает что-то она нечасто и мнение ее мало кого интересует. И даже когда правительство предлагает обсудить нечто «всенародно», в результате «вылупляется» крайне похожий на изначальную ведомственную версию документ. Примеров тому масса — от нового стандарта школьного образования до закона о полиции.
И даже когда и впрямь власти делают попытку привлечь экспертов, результат оказывается далеким от идеала. Потому как эксперты выбираются не по принципу профпригодности, а более по принципу лояльности ведомственным ценностям. Репутация у таких специалистов ценностью является далеко не всегда. Последствия процесса законотворчества в результате выходят соответствующие.
Когда речь идет о некоей чисто лоббистской инициативе, терпеть этот чиновный творческий процесс еще возможно. Поскольку лобби предполагает чей-то конкретный интерес — возможно и даже вероятно вредный значительной части граждан, но по крайней мере мотивированный, то есть соотносящийся с реальностью. А вот когда в недрах чиновных кабинетов пытаются подумать о чем-то абстрактном, вроде общего блага, все получается не таким уж безобидным. Что бы ни обсуждалось при этом — учебники истории или вождение автомобиля — получается в самом оптимальном случае бесполезная инициатива. Которую после тестирования на живых гражданах приходится отыгрывать назад.