Психолог: треть полицейских - "садисты, алкоголики, полубандиты"

Фото: ИТАР-ТАСС

Гибель жителя Казани, которого жестоко избили и изнасиловали в отделении полиции, вновь привлекла внимание к проблеме пыток в правоохранительных органах. PublicPost поговорил с психологом, юристом и правозащитниками и узнал, почему количество жалоб на насилие в полиции не снижается, а садисты в погонах пользуются поддержкой в суде.

Бутылка от шампанского, черенок лопаты, швабра

Житель Казани, 52-летний Сергей Назаров, погиб после того, как побывал в отделе полиции "Дальний". Мужчину задержали за мелкое хулиганство. На следующий день скорая помощь привезла его в больницу с сильными повреждениями прямой кишки. Перед смертью Назаров успел рассказать, что его изнасиловали бутылкой от шампанского сотрудники полиции.

Начальник управления МВД по Казани Рустем Кадыров уже извинился перед родственниками погибшего и обещал разобраться в случившемся. Министр внутренних дел Татарстана Асгат Сафаров подписал приказ о привлечении к ответственности 13 сотрудников полиции. Казанский правозащитный центр и правозащитная ассоциация "Агора" выступили с обращением к президенту с просьбой отстранить от должности министра внутренних дел Татарстана, но, как пояснили PublicPost представители правозащитного центра, никакой реакции они не ждут и надеются только на то, что огласка в СМИ поможет наказать виновных.

Случаи, подобные тому, что произошел в Казани, как правило у всех на слуху — слишком дико звучат такие новости, особенно на фоне рассказов министра внутренних дел Рашида Нургалиева о том, как изменилась полиция после переаттестации в 2011 году.

В декабре 2010 года в Ставрополе сотрудники милиции избили и изнасиловали черенком лопаты жителя хутора Калаборка Вячеслава Мереха. Мереху прооперировали, и он остался жить. В настоящее время возбуждено уголовное дело. В конце 2011 года была проведена государственная экспертиза, параллельно правозащитники подготовили независимую экспертизу. Экспертиза подтвердила, что Мереха подвергся пыткам и сексуальному насилию в отделе полиции. Примечательно, что уголовное дело было возбуждено по факту преступления, а не в отношении конкретных полицейских, несмотря на то, что Мереха знает имена тех, кто его пытал. В январе 2010 года томский журналист Константин Попов попал в вытрезвитель, где милиционер избил его и изнасиловал шваброй. В больницу журналист попал в состоянии комы и вскоре умер. Виновного в случившемся сотрудника милиции, Алексея Митаева, приговорили к 11 годам и десяти месяцам заключения в колонии строго режима.

Правозащитники: "После переаттестации жалоб на пытки стало больше"

Правозащитники уверены, что случай, который произошел в Казани, будет доведен до суда, а конкретные виновные понесут наказание. "Это обусловлено тем, что убийство Сергея Назарова очень специфическое, дело вызвало общественный резонанс и повышенный интерес СМИ. Но вы даже представить себе не можете, сколько кошмарных, драматических ситуаций, в том числе связанных с гибелью потерпевших, не доходят до суда только потому, что к ним не привлечено такое повышенное внимание. Ведь те случаи, о которых узнают СМИ — это крошечный процент от общего числа таких фактов", — рассказал PublicPost Игорь Каляпин, председатель межрегиональной правозащитной организации "Комитет против пыток".

После реформы МВД, которая началась в декабре 2009 года, и переаттестации милиционеров жалоб на их незаконные действия правозащитники меньше получать не стали. "Прошло два года, и за это время количество обращений к нам не сократилось", — подтвердила PublicPost директор фонда "Общественный вердикт" Наталья Таубина. Более того, осенью 2011 года фонд зафиксировал всплеск жалоб, связанных с различного рода нарушениями в деятельности полиции. Но жалобы на избиения, пытки и жестокое обращение по-прежнему стоят на первом месте, таких дел у фонда большинство.

По словам Игоря Каляпина, жалоб в "Комитет против пыток", связанных с применением насилия в отделениях полиции, после реформы МВД стало больше. "Перед аттестацией, когда она уже была объявлена, сотрудники полиции несколько поутихли, опасались, что не пройдут ее. Но проведена она была абсолютно формально. В результате аттестации из милиции убрали даже не самых худших, а самых неудобных. А самые неудобные в полиции — это не всегда самые худшие", — считает Каляпин. "После того, как переаттестация прошла, опасения полицейских пропали, они расслабились и стали по-прежнему бить и колотить граждан. Только теперь они знают, что они аттестованные полицейские, что бояться им нечего", — добавил он.

И Таубина, и Каляпин негативно оценивают ход и итоги переаттестации сотрудников МВД. "Процесс переаттестации был абсолютно непрозрачным для общества, и нет ощущения, что в рамках этой переаттестации действительно стояла задача отсеять непрофессионалов. Сама реформа изначально не была настроена на то, чтобы изменить милицию концептуальным образом, а, скорее, походила на косметический ремонт", — говорит директор "Общественного вердикта". Ее коллега из "Комитета против пыток" также уверен, что ни реформа в целом, ни переаттестация в частности не могли изменить ситуацию в правоохранительных органах.

Психолог-криминолог: "Служба в полиции привлекает психопатов"

"Жестокие действия сотрудников полиции, к сожалению, объясняются очень просто. Власть и оружие привлекают людей психопатизированных, с дефектами личности. И сама служба, конечно, накладывает отпечаток и у многих вызывает деформацию личности", — объяснил PublicPost психолог-криминолог Михаил Виноградов. По его словам, проблема жестоко насилия общая для правоохранительных органов всех стран. "Когда мужчину насилует мужчина — это полное унижение, это полное подчинение себе, а такие сотрудники полиции именно и жаждут беспрекословного подчинения кого угодно, лишь бы показать свою власть. Такое явление в рядах полиции, к сожалению, очень частое и носит некий тюремный оттенок", — добавил он.

Случаи, подобные гибели Сергея Назарова, будут продолжаться — люди с особой жестокостью, получившие власть, пока еще остаются в рядах российской полиции. Садистов, алкоголиков, полубандитов в правоохранительных органах, по оценкам Виноградова, около трети. Чтобы переломить ситуацию, необходимо возродить в рядах полиции психо-физиологическую службу, введенную в начале 70-х, уверен он.

Юрист: "Садисты из правоохранительных органов в суде встречают моральную поддержку"

Юрист Анатолий Барабаш, занимавшийся проблемой насилия в милиции, считает, что все дело в том, что переаттестация милиции прошла спустя рукава, быстро и некачественно: "Полиция не освободилась от людей с садистскими наклонностями. Раньше они были в милиции, а потом перешли в полицию. Не знаю, каким конкретно образом проходила переаттестация милиции, но проходила она в массовом порядке в очень короткие сроки. Здесь было уже не до глубокого психологического анализа личности, не до выявления его профессиональной пригодности и того, есть ли у человека садистские наклонности. Если бы существовал механизм, который выявлял психопатологии, возможно, и не произошло бы того, что произошло в Казани".

Причиной насилия со стороны правоохранительных органов может стать все что угодно: "Основания для насильственных действий полицейских могут быть разными: не так взглянул, не так сказал, лицо не понравилось, права качаешь, вот и получай. В нашей стране когда человек, не имеющий власти, начинает говорить человеку, у которого власть есть, о своих правах, — это действует как красная тряпка".

По мнению Барабаша, к преступнику в погонах должны относится строже, чем к просто преступнику, но вместо этого садисты из правоохранительных органов в суде встречают моральную поддержку: "Из моего опыта могу сказать, что к преступникам-полицейским относятся помягче, снисходительнее, чем к простому гражданину, потому что он член определенной корпорации. Судьи по-прежнему тоже в некоторой мере относят себя к этой корпорации. Есть некоторая корпоративная солидарность у тех, кто борется с преступностью".