Original Material
Политическая контрреформа
На любую реформу находится поправка, полностью ее обессмысливающая. Вот и политическая реформа, предложенная властью в конце прошлого года, подвергается ревизии со стороны самых разных заинтересованных групп граждан. Тем более сложным будет не принятие законов, а реальное проведение ее в жизнь.
За любой реформой обычно следует контрреформа. Реформа по определению нарушает сложившуюся более-менее систему, поэтому обречена наталкиваться на сопротивление консервативно настроенных групп интересов. Реалии политического процесса в России таковы, что некоторые изменения, даже те, по которым вроде бы имеется консенсус, торпедируются заинтересованными лицами еще в стадии обсуждения.
Когда Дмитрий Медведев в декабре предложил «масштабную политическую реформу», сразу было ясно, что отдельные ее положения будет принять непросто. Эксперты в целом соглашаются, что политическая реформа назрела, но предложенные законопроекты половинчаты, а риск того, что и они будут выхолощены различными группами бюрократии, крайне велик. Как написал в одном из докладов Борис Макаренко из «Инсора», «даже у этих умеренных начинаний найдется много открытых и еще больше – скрытых противников и в центре, и на местах, которым прежний командно-административный порядок кажется понятнее и надежнее сложной политической игры, которая возникнет в более плюралистичной, открытой и конкурентной системе».
Власть вроде бы настроена серьезно и обещает провести все предложенные ею реформы еще до начала нового царствования. Однако сопротивление уже ощущается в полной мере. Например, идея о создании Общественного телевидения, каковую обсуждают почти все 20 лет существования новой России и которая всякий раз проваливается — алчными собственниками ТВ, «истинными государственниками», медиа-менеджерами. Вот и теперь в закулисье ведутся непубличные баталии на тему «где же Общественное ТВ организовать, какой канал из-за этого оставить без рекламы и как это все финансировать». И вообще - «а нужно ли оно».
Норма о сокращении численности партий была принята Госдумой в неизменном виде, но подвергалась критике со стороны парламентской оппозиции (которой сотни партий не нужны). Критика звучит и от оппозиции более радикальной. Некоторые представители «болотной оппозиции» не без оснований увидели реальную опасность для их еще незарегистрированных партий затеряться в море фейков и политтехнологических проектов с красивыми названиями. Хотя в 2008 году авторы «Манифеста «Солидарности»» «300 шагов к свободе» вообще требовали уведомительного порядка регистрации партий.
Теперь атаке подвергся и пункт реформы о возвращении прямых выборов губернаторов.
Тут уже постаралось парламентское большинство: усилиями единороссов в закон о выборах будет вписан-таки предложенный Владимиром Путиным «президентский фильтр». А теперь депутат-единоросс Евгений Федоров и вовсе предложил отложить начало выборов на далекое будущее. Мотивация (в изложении «Коммерсанта») проста: у президента есть полномочия по назначению губернаторов. И изъять эти полномочия у уже избранного президента было бы неправильно. Стало быть следует отнимать эти полномочия только у следующего президента. Ну через шесть лет.
Шесть лет — это очень дальний горизонт для политического процесса в любой стране, в России тем более.
Здесь есть большой вопрос без ответа: а кто действительный инициатор инициативы Федорова (известно ведь, что депутаты не только иногда не сами пишут законопроекты, но даже не всегда самолично внесенное в Думу читают)?
Сам депутат, разумеется, член «Единой России» и в глазах противников «душителей свободы» уже нехороший человек и «агент власти». Однако он не член профильного комитета по госстроительству, а работает в комитете по бюджету и финансам. В прошлом созыве он также вопросами госстроительства не занимался — возглавлял комитет по предпринимательству. Избран Федоров от Ростовской области, а там действующему губернатору еще сидеть более двух лет и настолько предварительная забота губернатора о собственном кресле представляется сомнительной.
Похоже, что инициатива принадлежит самому Федорову. Он уже отмечался с откровенно странными и не по профилю предложениями, вроде придуманного Федоровым в начале 2010 года объединения России, Украины и Белоруссии в единое государство. В Киеве реагировали на заявление депутата довольно нервно. То же и с выборами губернаторов: нервная реакция дает хорошую упоминаемость в СМИ. К тому же, enfant terrible вроде бы уже засветился в чем-то хулиганском в начале года - на персональном сайте депутата последняя новость еще от 18 января гласит «в связи с позицией по суверенитету России снят со всех постов и лишен права выступления в российских СМИ». Непонятно, правда, что бы это могло значить: выступлений Федорова в медиа с той поры был не один десяток.
Если даже отвлечься от частных инициатив депутатов, то все равно получается, что политическая реформа на сегодня в полной мере зависит от того, сможет ли власть избежать искушения и все-таки ее провести, хотя бы и в предложенном ею самой виде.
В декабре необходимость реформы подчеркивалась запросом столичных митингов и у сторонников политических преобразований во власти был серьезный аргумент в пользу ее проведения.
По мере спада протестной активности все больше аргументов должно находиться у противников реформы. И здесь практически единственным защитником трансформации политической системы остается лишь «кровавый режим» в лице федерального центра.
Нет особых сомнений, что внесенные в Госдуму законопроекты будут приняты без существенной увечащей их правки на манер федоровского предложения. Однако далее возникает вопрос реализации. И здесь многие люди и в центре, и на местах постараются максимально обезопасить себя от появления какой-либо политической конкуренции. По отношению к тем же выборам губернаторов за счет выдвижения очевидно непроходных губернаторов от оппозиции, «фильтрования» всего и вся с целью устранения возможной по закону конкуренции и так далее. В любом случае стране в целом и регионам предстоит очередной уже и вполне реальный экзамен по демократии.