Явка с повинной

Общественной палате проходили общественные слушания по вопросу о майских событиях в Москве.
Со стороны Кремля явилась добрая дюжина общественников, и каждый первый озабоченно говорил о радикализации протеста — и предлагал свои средства борьбы с этой напастью, вплоть до разрешения полиции метелить людей с белыми ленточками, не дожидаясь, пока они что-нибудь выкрикнут или поднимут над головой.
К чему эти формальности, недоумевал гладкий господин, обозначенный в бумагах как доктор политических наук. Ведь белая ленточка — это же знак того, что человек про- тив Путина, а это радикализм! Ну что мы валяем дурака?
Полиция, заметим, дурака не валяла и никакого разрешения на мордобой ни у каких общественников отродясь не спрашивала — и уже несколько раз метелила «белоленточников» без всяких законодательных новаций.
Отметелив же их в последний раз, явилась, в лице большого полицейского генерала, на слушания Общественной палаты, страшно озабоченная нарастающим радикализмом оппозиции…
Да! Это серьезная проблема, и Кремль решает ее вовсю. И я считаю, главное в деле борьбы с радикализацией протеста — не тормозить!
Давайте в честь инаугурации самоназначенного полкана излупцуем еще пару-тройку тысяч несогласных россиян, пять сотен из них свинтим, засунем в автозаки и подержим пару часиков в духоте; паре сотен из этих последних пропишем ночь в «ментовке» (три квадратных метра на одиннадцать экстремистов, по майскому прецеденту), а Удальцову с Навальным сошьем из подручных материалов хорошенький тюремный срок за экстремистскую попытку сидения на асфальте с провокационной целью добиться от полиции беспрепятственного пропуска людей на разрешенный митинг.
„

Они там, в Кремле, идиоты или притворяются? Или вообще там нет никакой продуманной стратегии, а есть рефлекторные движения, а рефлексы у шпаны не профессорские

”
А тех, кто излупцевал сотни людей, не тронув реальных провокаторов, спрячем от ответственности.
А тех, кто приказал лупцевать людей, наградим.
И тех, кто врал, наградим.
А ради тех, кто велел врать, лупцевать и сажать, перекроем снова город часиков еще на пять, пускай эти твари, россияне, постоят — подумают о своем поведении!
То-то радикализма убудет… Вот я и думаю: они там, в Кремле, идиоты или притворяются? Или вообще там нет никакой продуманной стратегии, а есть рефлекторные движения, а рефлексы у шпаны не профессорские, вот и все объяснение…
Не знаю.
Но твердо знаю, что никакой Удальцов не в состоянии сделать радикалом, например, меня… Кстати, неплохой пример.
Так вот, и сотня удальцовых радикалом меня не сделает. Не торчу я от серпа с молотом, не берет меня троцкистская конопля… Завсегда готов я, гнилая моя интеллигентская душонка, разрешить дело миром, договориться, пойти на компромисс…
Но если за дело радикализма берется родная администрация — о-о-о, тут процесс идет семимильными шагами!
Покамест еще отвечаю, по привычке, буквами, — но глядишь, еще пару раз подотрется полиция моими заявлениями об угрозах и оскорблениях… еще увижу, как омоновские качки молотят в кровь мирных людей и на заказ ломают руки пожилым литераторам… еще послушаю, как лжет в глаза их генерал… еще понаслаждаюсь кулистиковской порнографией на НТВ… еще посмотрю, как творят расправу отморозки в мантиях, а прокуроры крышуют этот беспредел…
Еще, короче, полюбуюсь тем, как Путин делает из триколора портянку, — и стану радикалом.
Кстати, не я один — после инаугурации несколько моих приятелей предпенсионного и пенсионного возраста уже интересовались ценами на гранатометы.