Original Material
: «Мошенничество» сообразят на троих
Пока комитет Госдумы по уголовному законодательству согласует новую редакцию статьи 159 УК РФ «Мошенничество» с новым описанием преступления, а Верховный суд настаивает на старой формулировке, представители бизнеса готовят свой, третий вариант, с выделением бизнесменов в «льготную» категорию нарушителей.
Представители бизнеса готовятся включиться в «законодательную гонку» вокруг статьи 159 УК - «Мошенничество». В то время, как Госдума планирует вводить в определение преступного деяния «злой умысел», а Верховный суд предлагает ограничиться разбиением мошенничества по различным составам, средний бизнес работает над своим, «специализированным» вариантом. Об этом «Полит.ру» рассказал глава секретариата центра общественных процедур «Бизнес против коррупции» (ЦОП БПК), юрист Сергей Таут.
«К сожалению, ни один из законопроектов, ни Верховного суда, ни комитета Думы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству не решает проблем с рейдерством и коррупцией,с преследованием предпринимателей, - говорит юрист. – Вариант Верховного суда расширяет количество составов. Ну и что? Ну, будут применять закон шире. Думский вариант требует доказывать злой умысел. Ну, будут через слово правоохранители писать в протоколах «заведомо ложный», «злонамеренный» и так далее, через слово. При этом самое опасное – универсальность статьи сохраняется».
Решение проблемы, по словам Таута, бизнесмены находят в введении специального состава «мошенничество в предпринимательской сфере».
то это скорее принесет положительный эффект как для представителей бизнеса, так и для предпринимателей в целом», - заявил глава секретариата ЦОП БПК.
В частности, для предпринимателей собираются предложить меньшие штрафы и сроки лишения свободы, а так же, как минимум, в два раза снизить для этой категории сроки погашения судимости.
«Общественная опасность преступных деяний в предпринимательской сфере значительно ниже, чем любых других областях. Так пусть предприниматели воюют в арбитражных судах, а не в криминальных войнах с силовыми структурами. Это гораздо более цивилизованно», - уверен правозащитник.
Внесение законодательно предложения от бизнеса планируется на начало-середину осенней сессии Государственной думы.
«Мы как раз к осени оформим наши предложения в законопроект и, при помощи нового бизнес-обундсмена Бориса Титова и депутатов, которые с нами сотрудничают, надеемся представить новеллы в Государственной думе», - резюмировал Таут.
Если законодательная инициатива «Бизнеса против коррупции» будет внесена в Государственную думу, то она будет уже третьей по счету,после внесенной на рассмотрение вариантом Верховного суда и подготовленной в комитете Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству депутатом от «Единой России» Рафаэлем Марданшиным (внесение ожидается до конца весенней сессии Госдумы).
Вариант Марданшина содержит значительно более узкое определение преступного деяния. Если в действующей версии мошенничество – это «есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием», то в предложенной Думой к этому добавляется необходимость доказывать злой умысел и корыстные намерения подозреваемого. Иначе говоря, если не собирался никого обманывать (а, например, сообщил ложные сведения случайно), или если не собирался с помощью чужого заблуждения обогащаться – значит, не мошенник. При этом законопроект никак не касается ни сумм штрафов, ни сроков лишения свободы.
Проект же Верховного суда, напротив, не касается самого определения «мошенничество». Вместо этого он вводит шесть новых составов преступления, в числе которых - мошенничества в сфере кредитования, получения выплат, страхования и компьютерной информации. Также Верховный суд предлагает к новым составам штрафы до миллиона рублей и лишение свободы на срок до шести лет.
Кроме того, Верховный суд уже направил в Госдуму отрицательный отзыв на законопроект нижней палаты, под предлогом отсутствия новеллы как таковой («…указанные разъяснения идентичны разъяснениям, данным Пленумом Верховного суда…»). В Госдуме же считают, что важен не факт новеллы, а закрепление разъяснений на законодательном уровне, чтобы они работали не только для судей, но и в досудебном порядке.
Поскольку два имеющихся законопроекта, несмотря на крайнюю непохожесть, уже успели вступить в конфликт, то еще один участник игры вряд ли разрядит ситуацию.
Впрочем, эксперты смотрят на все происходящее вокруг 159 статьи скептически. Тот же Таут признался корреспонденту «Полит.ру», что ни один, даже самый лучший, вариант статьи не заработает, пока в России не появится реально действующий правоприменительный надзор.
«Иначе
наша система правоприменения способна переварить любые благие начинания»,- поделился юрист.
А руководитель российского отделения Transparency International Елена Панфилова заявила «Полит.ру», что закон - это вообще последнее, над чем необходимо сегодня думать.
«У нас прекрасно работала бы и старая формулировка, если российские суды придерживались принципов верховенства закона. У нас проблемы не с трактовкой закона, у нас проблемы с правоприменением. И чаще всего эти проблемы возникают в суде, где порой отказываются прислушиваться даже к самым очевидным доказательствам», - заявила правозащитник.
Разговоры об изменении 159 статьи УК РФ идут с 2011 года. На сегодня за данной нормой закрепились такие определения как «дубинка для бизнеса» и «кормушка для МВД». По данной статье в заключении находятся предпринимателей больше, чем по всем статьям экономического блока уголовного кодекса.