Право не иметь ничего

Новости, какими они могли бы быть: программа реновации Петербурга «БОМЖ-структура»

© Мария Копытова Перейти в фотогалерею материала › Всего фото: 6 Структура капвложений мне запрещает любить, Чтобы любить, нужен бетон, Нужны стены и двери, нужны гайки и болты. Чтобы любить, нужен дом, Чтоб умереть, нужен дом, Чтобы просто ходить без штанов, нужен дом. Зря только дразнит меня весна — Мне запрещает любить Госплан, Мне запрещает любить Госстрой. ... Чтоб умереть, нужен дом, Чтобы любить, нужен дом...(«Гражданская оборона»)

Читать! 4 года с OPENSPACE.RU: Best of the Best Юровский об опере «Мастер и Маргарита» Заветные желания наших авторов и коллег Сергей Жадан. Ворошиловград Лена Катина: «Эти песни надо петь пожизненно» Согласно новому плану под рабочим названием «БОМЖ-структура», в ближайшее время в Санкт-Петербурге начнет создаваться система модулей для доступа к городским благам, необходимым для достойной жизни и работы без постоянного места жительства. Как будет выглядеть эта инфраструктура? Отдельные элементы квартиры будут распределены в городском пространстве, в результате чего в городе появится сеть бесплатных душевых кабин, кухонь, мест для ночлега, пространств, где можно просто побыть наедине с собой, электрических розеток, компьютеров, точек доступа к интернету и так далее.

Читать текст полностью Карта индустриальных зон Петербурга По городу в тапочкахЮрий ТЮТЮРЕВ Мы представляем модель уютного и гуманного города-дома, жители которого не привязаны к определенной его части. Идеальный город предоставляет условия для реализации множества вариантов поведенческих и жизненных стратегий одновременно. Российские же города бедны социальной инфраструктурой, а на градостроительном уровне все больше и больше закрепляется классовое разделение. К нашим городам нужно добавлять различные модусы существования, причем не выстраивая новые районы, а равномерно внедряя эти модусы в городскую ткань. Потенциал для этого есть — это и обширное неиспользуемое пространство, и спрос на новые поведенческие практики.Несмотря на кажущуюся утопичность этого проекта, я намерен доказать, что этот план развития — единственный выход из тупика, в который зашла наша градостроительная политика за последние полтора десятилетия.Сегодня нелогичность использования городского пространства очевидна. По данным Госкомстата, из 200 000 жилых зданий около 6000 находится в аварийном состоянии, а пустует, по разным причинам, в несколько раз больше. Около трети исторического центра города занято промзонами, которые также часто стоят заброшенные. Доступ в эти пространства закрыт, они заморожены и исключены из городской ткани. Существовавшие планы так называемой ревитализации и «приспособления под современные нужды» предполагали просто-напросто строительство элитного жилья и бизнес-центров, но ни в коем случае не публичное использование зданий и пространства. Схожая ситуация и с общественным пространством в центре Санкт-Петербурга. Оно захвачено индустрией шопинга и навязанных развлечений. Город, лишенный даже элементарной уличной инфраструктуры, от скамеек до навесов от солнца и дождя, вынуждает жителей прибегать к сервисам и услугам, без которых легко можно было бы обойтись, таким, как рестораны, кафе с наценкой за обслуживание, кинотеатры, моллы, в которые идут, чтобы убить время. © Мария Копытова В.Я. ПУДРЕНКО, заместитель главного архитектора Санкт-ПетербургаРазрядка центра города модульной системой позволит противодействовать делению городского пространства на дорогой центр, в котором концентрируются бизнес, культура, шопинг и возможности досуга и общения, и резко контрастирующие с ним городские окраины, где «некуда пойти». В Петербурге, по некоторым оценкам, проживает несколько сотен тысяч трудовых мигрантов, часто лишенных доступа к базовым бытовым благам, даже не говоря о культуре, досуге и праве участия в общественной жизни города. Предоставляя всем жителям равные возможности пользования пространством, мы стремимся снять классовый конфликт, основанный на градостроительной политике. Л.О. ПОНОМАРЕВА, эколог, сотрудник института «Гринстим»Система общедоступных модулей снижает и экологическую нагрузку на город, связанную с ненормированным потреблением. Постоянное жилище стимулирует неэкологический образ жизни. Дом — это место аккумуляции барахла (следствие навязанного потребления). Причем потребление — это императив вне зависимости от благосостояния: богатые даже свободнее бедных, потому что могут избавиться от хлама, бедные же копят, боятся выбрасывать вещи — вдруг пригодятся? © Мария Копытова Право на номадизмГелла ВОЛОСОНОСОВА, номадолог, доктор философии Одновременно с появлением земледелия возникло разделение культуры на оседлую и кочевую. Оседлая культура стала превалирующей. Оценки этого факта расходятся от невозможности помыслить культуру как таковую без оседлого образа жизни до радикальной критики и призывов к возвращению к образу жизни собирателей и охотников американского анархо-примитивиста Джона Зерзана. Практически в каждом мегаполисе существуют бомжи — современные урбанистические номады — люди, выпавшие или отказавшиеся следовать навязываемому им сценарию «нормальной» оседлой городской жизни, стигматизируемые и вышвырнутые за подобную дерзость из социума. Одна из причин их исключенности из общества — отсутствие ресурсов для существования без дома. Почему так происходит? Почему нарушается конституционное право человека на свободу перемещения? Ведь города могут себе позволить создание инфраструктуры для тех, кто по разным причинам не имеет или не хочет иметь дом. Мы говорим о праве на номадизм и о свободном выборе человеком стиля жизни — кочевого или оседлого — с учетом современных реалий. Право не быть привязанным к дому, свободно комбинировать мобильность и укорененность в пространстве должно быть подкреплено созданием необходимых условий — юридических, инфраструктурных, социальных. © Ольга Крохичева Роскошь не иметь ничегоВ.М. ФЕДОРОВ, замдиректора РЦПФУ (Российского центра проблем форсированной урбанизации)Один из самых любопытных сейчас стилей жизни заключается в тяготении к дематериализации быта. Адепт этой практики не нуждается ни в личных вещах, ни в постоянном жилище, работает дистанционно, информацию хранит в сети, быстро перемещается из одной точки мира в другую, спит в отелях, а из личных вещей имеет телефон, ноутбук и смену белья. Он — бомж-богач, который все необходимое может приобрести, использовать и выкинуть. Однако пока что роскошь не иметь ничего могут себе позволить лишь самые богатые и самые бедные. В создании инфраструктуры, которая дает возможность также широкому среднему классу не иметь недвижимости, на наш взгляд, заключается важнейшее направление развития современного города. © Ольга Крохичева Итак, проект трансформации городского пространства, горячо поддержанный экспертами, начинается. Его судьба теперь зависит от жителей города, от того, будет ли созданная инфраструктура востребована ими. Агентство утопических новостей будет следить за дальнейшим развитием событий.​