НКО будут бороться с новым законом саботажем и судом

Фото: Сергей Михеев/Коммерсантъ

Российские правозащитные организации намерены саботировать поправки в закон об НКО и не собираются регистрироваться в качестве "иностранных агентов", даже если это приведет к их закрытию. А благотворительные и общественные организации готовят открытое обращение к власти с просьбой не принимать поправки. Заявление ведущих НКО будет опубликовано на днях, рассказали PublicPost его инициаторы.

Законопроект, инициированный "Единой Россией", начинает обсуждаться в Госдуме 3 июля. Но он уже наделал много шума. Поправки вводят для НКО понятие "иностранный агент" — под ним понимается российская некоммерческая организация, которая получает денежные средства от иностранных государств, международных организаций или иностранных организаций, а также от иностранных граждан. Для таких организаций ужесточается система отчетности и проверок. Изменения могут привести к массовому закрытию общественных, благотворительных и правозащитных организаций, чей бюджет во многом составляют иностранные гранты. Правозащитники единодушно сравнивают поправки с желтыми звездами, которые были обязаны носить евреи в годы Третьего рейха.

Светлана Ганнушкина, "Гражданское содействие"

"Мы относимся к этому законопроекту как к оскорблению. И я думаю, это была основная цель его внесения: повесить ярлык на общественные организации, ошельмовать их в глазах общества. Никто из нас эту "желтую звезду" добровольно не наденет".

Многие правозащитники уже сейчас заявили, что регистрироваться в качестве "иностранного агента" не будут, даже если их закроют. Они уже придумали стратегию борьбы — завалить суды исками и обжаловать поправки в Конституционном и Европейском судах.

Старейшая российская правозащитница, глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева заявила, что МХГ будет саботировать поправки и откажется вешать на себя ярлык "иностранного агента". Алексеева — диссидент советской закалки — готова к тому, что государство может применить ответные санкции и закрыть МХГ.

"Ни одна уважающая себя НПО сама не будет регистрироваться в качестве "иностранного агента". "Мемориал", я уверен, поступит так же, как Людмила Михайловна, — заявил PublicPost председатель совета правозащитного центра Олег Орлов. — А дальше пусть власть поступает с нами так, как считает нужным. Если она будет нас штрафовать, подвергать санкциям, а потом закрывать — значит, так она себя покажет перед обществом и мировым сообществом. Ну, а дальше она получит конфронтацию — в судах и на улицах".

Наталья Таубина, "Общественный вердикт"

"Закон явно преследует цели повесить клеймо "иностранный агент" на все НКО, которые получают иностранное финансирование. И под понятие "политическая деятельность" подпадает любая критика власти. Мы действуем в интересах только российских граждан и интересов системы управления. Какое иностранное влияние, когда мы помогаем людям защитить свои права после таких страшных преступлений, как пытки в полиции? У нас сотни дел, процессы. И что мы скажем людям, которые к нам обратились? Вряд ли министр юстиции будет их защищать".

Ничем, кроме грубой пропаганды, законопроект не является, и к повышению контроля и прозрачности информации он не имеет отношения, уверены общественные организации. Ведь НКО после 2006 года, когда в силу вступили жесткие изменения в законодательство о работе неправительственных организаций, и так завалены отчетностью. "Мы уже сегодня отчитываемся и перед налоговой, перед Минюстом, к нам приходит с проверками Генпрокуратура, мы отчитываемся перед донорами, вывешиваем всю информацию у себя на сайте", — говорит Наталья Таубина, директор фонда "Общественный вердикт". С ней согласна Светлана Ганнушкина: "Угрожать нам усложнением отчетности — бессмысленно и нелепо. Мы не скрываем, откуда получаем деньги. У нас и так отчетность двойная: мы отчитываемся перед грантодателями, а потом мы отчитываемся перед всеми российскими фондами и властями. И всю информацию мы вывешиваем на наших сайтах".

Поправки поставят крест в первую очередь на мелких НКО. Дополнительный аудит, к примеру, стоит денег, напоминает директор российского отделения Amnesty International Сергей Никитин.

Олег Орлов, "Мемориал"

"Этот закон ничего не даст государству в плане контроля и в плане информации. Но жизнь он затруднит серьезно. Это повторение 2006 года. Тогда у нас это отнимало много сил и времени, но мы — крупная организация и как-то это проходили, а мелкие организации начнут гибнуть. "Закон — что дышло: куда повернешь, туда и вышло". При общей невнятице и тех формулировках, которые он содержит, его можно применить к кому угодно. Возможности для произвола — колоссальные, можно преследовать любую организацию".

Накануне ряд общественных организаций из самых разных сфер: благотворительные фонды, детские организации, социальные и экологические — обсуждали текст открытого заявления с просьбой не принимать законопроект. Опубликован он будет 4 июля, рассказала PublicPost директор фонда "Подари жизнь" Екатерина Чистякова. "Все понимают, что казнят всех", — заявила она.

Игорь Каляпин, "Комитет против пыток"

"Нужно будет этот закон обжаловать в Конституционном суде, после того как наши права будут нарушены. Я признаю — и никогда этого не скрывал, — что наша организация получает крупные иностранные гранты. И на нашем сайте можно всегда посмотреть, сколько, когда и от кого мы получили. Мы это не скрываем. Но я всегда считал и считаю, что мы действуем не в интереасх какого-то государства. Мы действуем в интересах своей страны. С таким же успехом нас можно обвинить в шпионаже, педофилии и вообще в чем угодно. В России подавляющее большинство правозащитных организаций живут на гранты иностранных фондов, в которые сама же Россия деньги и платит. Еврокомиссия, например, или добровольный фонд ООН жертв пыток".

PublicPost спросил инициатора скандального законопроекта депутата-единоросса Александра Сидякина, почему он считает, что нынешней отчетности недостаточно.

Александр Сидякин, "Единая Россия"

"Сейчас НКО отчитываются — можно посмотреть. Но чтобы это раскопать, нужно быть специалистом как минимум в области бухгалтерской и аудиторской деятельности. В то же время эти НКО допускают какие-то оценки органов госвласти, политики, пытаются влиять на общественное мнение очень активно. Мы хотим ситуацию обострить, раскрывать информацию. Бабушке все равно — она видит заявление, что выборы нелегитимны, и она должна понимать, что оценки даны таким-то НКО. А это НКО исполняет функции иностранного агента".