04 июля 2012, 22:51 Политика

«Это показательный процесс, поэтому всех закроют»

Басманный суд оставил под стражей до ноября еще двух обвиняемых по делу о беспорядках на Болотной площади

Анархист Андрей Барабанов и культурист Максим Лузянин, которых обвиняют в участии в массовых беспорядках на Болотной площади, проведут в СИЗО еще четыре месяца. Близкий к следствию источник «Газеты.Ru» утверждает, что все старания защиты и общественности бессмысленны: арестованных посадят, потому что это «показательный процесс».

В среду в Басманном районном суде Москвы продолжились слушания о продлении меры пресечения фигурантам уголовного дела о массовых беспорядках на Болотной площади 6 мая.

После студента МГУ Ярослава Белоусова и кандидата химических наук Федора Бахова, которым накануне продлили меру пресечения в виде заключения под стражей до 6 ноября, перед судом предстали безработный анархист Андрей Барабанов и бизнесмен и культурист Максим Лузянин. Оба были задержаны спустя три недели после митинга на Болотной площади, 28 мая, через два дня их арестовали и поместили в СИЗО.

Лузянин и Барабанов обвиняются по ч. 2 ст. 316 (применение насилия по отношению к представителю власти) и ч. 1 ст. 212 УК (призывы к массовым беспорядкам).

Первым в зал суда завели Андрея Барабанова — рассматривать вопрос о продлении ему меры пресечения председательствующий судья Артур Карпов начал с небольшим опозданием. Зачитав Барабанову его права, Карпов дал право представить ходатайства следователю и прокурору. Следователь попросил приобщить к материалам дела медицинское заключение из СИЗО, согласно которому у Барабанова отсутствуют хронические заболевания; рапорт из органов внутренних дел, где говорится о необходимости оставить Барабанова под стражей, поскольку он может скрыться от следствия и суда. В конце прозвучало ходатайство о продлении ареста Барабанова в СИЗО до 6 ноября. К этому времени, объяснял заявитель, должно завершиться расследование дела о массовых беспорядках. А нахождение Барабанов под стражей, необходимо, чтобы закончить «все следственные действия, получить заказанные судебные экспертизы» и направить результаты расследования в прокуратуру.

Сделать это, если Барабанов будет находиться на свободе, не получится: обвиняемый может скрыться от следствия и суда, попытаться уйти от ответственности, оказать давление на свидетелей или заставить тех дать ложные показания, а также уничтожить доказывающие его вину улики, настаивал следователь. Для этого у Барабанова есть все возможности, уверял следователь, к примеру, серьезные связи в фанатской и анархистской среде.

Барабанов и его адвокат Светлана Сидоркина из правозащитной ассоциации «Агора» с этими доводами категорически не согласились.

Барабанов, который частично признал свою вину, попросил изменить ему меру пресечения на домашний арест.

«Я не скроюсь от следствия и готов предоставить свой паспорт как доказательство своих намерений. Довод же о том, что я спортсмен, потому что имею скутер (этот аргумент следствия звучал на первом заседании, когда принималось решение об аресте Барабанова. — «Газета.Ru»), мне кажется абсурдным. У меня есть скутер, потому что по-другому по Москве я передвигаться не могу», — заявил подсудимый.

Светлана Сидоркина указала на бездоказательность и необоснованность довода о наличии у ее подзащитного широких связей среди футбольных фанатов и анархистов: «Следствие не представило никаких доказательств. Это утверждение может формировать у суда неправильное представление о моем подзащитном и повлиять на ход процесса».

Выслушав все стороны процесса, Карпов начал просматривать дело Барабанова и наткнулся на выписку из военкомата о том, что анархист не служил в армии. После небольшой паузы, судья грозно посмотрел на Барабанова и спросил:
— А почему вы в армии не служили?
— По состоянию здоровья, по болезни, — удивленно ответил Барабанов
— Какая у вас болезнь?
— Плоскостопие.

Будто удовлетворившись ответом, Карпов продолжил листать дело и вскоре удалился в совещательную комнату.

Решение было практически идентично ходатайству следователя: Карпов полностью проигнорировал доводы Барабанова и Сидоркиной. «Суд счел обоснованным и доказанным ходатайство следствия, настаивающего на продлении в отношении Барабанова меры пресечения в виде заключения под стражу до 6 ноября», — зачитал судья свое решение.

Объявив заседание закрытым, Карпов быстро удалился из зала, а Барабанова заковали в наручники и увели в сопровождении нескольких судебных приставов и полицейской собаки. Уже покидая зал заседания, Барабанов повернул голову назад и подмигнул своей девушке, выйдя в коридор, она заплакала. Сидоркина обещала обжаловать решение суда.

Сразу после того, как суд покинул Барабанов, в зал завели Максима Лузянина.

Следователь повторил все те же просьбы, которые были учтены в ходе суда над Барабановым, и зачитал ходатайство о продлении меры пресечения. Оно было как две капли воды похоже на ходатайство, которое касалось Андрея Барабанова. По мнению следствия, находясь на свободе, Лузянин может скрыться от следствия и уголовного наказания, повлиять на свидетелей и уничтожить доказательства. Объяснять, почему он пришел к таким выводам, следователь не стал.

Лузянин и его адвокат Сергей Шушпанов, разумеется, выступили против позиции следователя. «Я никуда не скроюсь. У меня есть сын, мать, я привязан к ним и живу в Москве. Мне кажется, можно изменить меру пресечения, к примеру, на выход под залог», — предложил Лузянин. Сергей Шушпанов огласил сумму залога — 1 млн рублей. Также он передал суду справку из стоматологической клиники, которая подтверждала, что Лузянин выплатил материальный ущерб одному из пострадавших от его действий бойцу ОМОНа за «повреждение зубной эмали». В беседе с «Газетой.Ru» Шушпанов затруднился назвать сумму выплаты, но отметил, что это «порядка 10—15 тысяч рублей».

Зачитывая дело Лузянина и приложенные к нему документы, Карпов вновь остановился на выписке из военкомата и снова, как и в случае с Барабановым, спросил с виду более чем здорового культуриста:

— А почему вы не служили в армии?
— По болезни — у меня хронический гастрит, — смущенно ответил Лузянин. — Потом у меня родился ребенок, и получил отсрочку.
— А после отсрочки? — не унимался Карпов.
— А после отсрочки мне исполнилось 27 лет, — нашелся Лузянин.

Готовность Лузянина заплатить залог Карпова не устроила. Он счел обоснованной и доказанной просьбу о продлении ареста и постановил оставить спортсмена за решеткой еще на четыре месяца — до 6 ноября.

Сразу после суда Шушпанов заявил, что будет обжаловать решение о продлении меры пресечения в Мосгорсуде. «Это необоснованное и политизированное решение. Судья просто перечитал ходатайство следствия», — отметил адвокат «Газете.Ru».

Источник «Газеты.Ru», близкий к следствию, уверен, что всех, кто сейчас находится под арестом по делу о массовых беспорядках, в итоге посадят. «Это показательный процесс — лукашенковская политика, поэтому всех, конечно, закроют. Не факт, что им дадут по максимуму, но на 3—4 годика приговорят точно», — отметил источник.

По словам собеседника, в правоохранительных органах очень много тех, кто не согласен с приказами, которые касаются подсудимых по делу о массовых беспорядках. Есть такие, утверждает источник, и в следственной группе по Болотному делу, которая сейчас составляет не более 20 человек: «У нас репрессивная машина: кто в нее попадает, того закручивает».