Репортаж из самого пострадавшего от наводнения города о том, как и кто помогает жителям и сколько это будет продолжаться

Люди, собравшиеся в многочисленных палаточных городках, открытых в Крымске после наводнения, напоминают уменьшенную копию всей России. Здесь и оппозиция, и лояльные к власти активисты, силовики и военные, спасатели со всей России. Дружно сосуществуя, вместе они добавили больше пятой части к людям, населяющим Крымск, которым после наводнения и так негде жить.

На въезде в город образовалась огромная пробка из машин, в том числе везущих гуманитарную помощь. Пока в Москве люди с ажиотажем пытаются помочь продуктами и одеждой наиболее пострадавшему от наводнения на Кубани городу, в самом Крымске уже перебор еды и питья. Если еще пару дней назад жители жаловались на то, что в городе хлеб стоит больше 50 рублей, теперь никто не сетует на отсутствие еды. Редко кто из жителей носит воду в бутылках. В основном в упаковках. На сборных пунктах помощи нет никакой очереди. Корреспондента Forbes девушка уговаривает поесть каши, не спрашивая, является он пострадавшим или нет. Тот мягко отказывается, но девушка настаивает: «Она с любовью приготовлена».

Для начала людям надо просто отмыть свои жилища и вынести всю развалившуюся мебель и сломанную бытовую технику. Поэтому сейчас городу нужны деньги, чистящие средства, рабочие перчатки и то, на что их надевают, — свободные рабочие руки.

По идее людям могли бы помогать сотрудники МЧС, расквартированные в городе в огромном количестве. В ликвидации последствий наводнения задействовано 2923 сотрудника МЧС, а всего, по данным штаба, к работам в Крымске прикомандировано 10 596 человек. Цифра поражает масштабами, если учесть, что все население Крымска — около 50 000 человек. Людей в форме МЧС постоянно видишь на улице: они курят, сидят на лавочке или с местными жителями, или в кругу коллег. Пока люди выносят мебель и стараются привести свои разрушенные дома в божеский вид, спасатели страшно страдают от безделья. «Я не пойму, зачем мы здесь нужны, — удивляется здоровенный полуголый парень с полотенцем на шее, представившийся сотрудником МЧС Андреем. — Воду мы всю уже откачали, осталось по 10 см в подвалах, но на таких маленьких улочках у нас просто техника не проходит».

Спасатели из МЧС разместились на раскладушках в больших палатках с надписью «Резерв губернатора края», напротив них расположились уже прикомандированные сотрудники МВД. «Все вопросы к РОВД, когда нас отсюда увезут, — вяло машет в сторону штаба человек в тельняшке и милицейских брюках. — Боюсь, еще четыре месяца тут жить в жутких условиях. Хуже беженцев живем, ни помыться, ни в туалет сходить: переносные кабинки уже все забиты под завязку».

Необходимость дополнительных полицейских видна только на перекрестках, которые они регулируют, отчаянно свистя в свистки. А вот магазины от мародеров никто не охраняет, кроме самих хозяев. Да и нечего выносить: стихия привела в негодность весь товар.

Кроме официальных спасателей с воскресенья в город начали прибывать волонтеры. Поначалу им не хватало координации действий. Женщина у входа в приемную главы Крымской администрации пришла жаловаться: внизу попросила волонтерской помощи, на что ей нахамили и сказали, что помощи они не дождутся — у волонтеров есть дела поважнее. «И правильно вам сказали, — строго отвечает человек в приемной, представившийся корреспонденту Forbes помощником главы администрации из органов. — Им надо сначала расчищать школы и детские сады, не до частных лиц сейчас». После этого женщина накидывается уже на него, желая увольнения и второму мэру.

Впрочем, как удалось узнать корреспонденту Forbes, женщина не туда обратилась. Прямо напротив, у местного ДК седой мужчина отряжал двоих крепких парней помогать бабушке на улицу Советская. Координатор оказался архитектором компании «Юг-проект», автором проекта крупнейшего аквапарка на побережье «Золотая бухта» в Геленджике. Для помощи пострадавшим он взял отгулы.

А крепкие мужчины приехали из Краснодара, где работают на строительных проектах. В доме на Советской улице их встречают радушно. Они сразу переодеваются и без лишних слов начинают следовать распоряжениям хозяйки. «Только на мальчиков вся надежда, — говорит жительница Лазатт Лосева, в момент наводнения еле спасшаяся с ребенком на чердаке своего дома. — Никто из МЧС не заходил, помощи не предлагал, тут одни волонтеры».

Кроме крепких парней МЧС город наводнили казаки. «Подивлюсь на москаля», — улыбается полным ртом золотых зубов атаман с характерными усами. У атамана Таманского отдела полковника Ивана Безуглова в подчинении 44 800 казаков. Тысяча из них сейчас работает в Крымске. В отличие от сотрудников МЧС казаки более самостоятельны и без всяких приказов спасали людей в самый разгар стихии — с четырех часов утра в субботу, фактически стали первыми спасателями в Крымске.

Безуглов отвлекается на звонок: «Там мои ребята работают! Какие волонтеры? Не должно их там быть, там же казаки! Сейчас приеду разберусь в этом бардаке».

Тем не менее волонтеры быстро выигрывают конкуренцию в реальной помощи пострадавшим от наводнения крымчанам. С тыльной стороны городской администрации уже вырос целый палаточный городок волонтеров. Его жители отличаются возрастом — почти все они студенты. Каждый из волонтеров говорит, что приехал сам, услышав призыв в твиттере. В среду здесь уже было 130 человек, и народ все продолжал прибывать, узнавая о трагедии. По словам дневного координатора лагеря, миниатюрной девушки Евгении Сморчковой, городская администрация лагерю особенно не помогает: «Вот только нам отрядили несколько скутеров, на которых мы развозим гуманитарную помощь. И лопаты появились, даже не знаю откуда». Сморчкова признается, что она из движения «Хрюши против», но утверждает: «Только я тут не поэтому». А на вопрос, действительно ли лагерь организован депутатом Госдумы от «Единой России» Робертом Шлегелем, волонтер отвечают уклончиво: «Ну, в принципе, он тоже здесь есть».

Днем в лагере малолюдно, все разъезжаются разбирать завалы. В это время девушки готовят в котелках еду на переносных газовых плитках — кухню соорудили только к среде. К маленькому скутеру студенты крепят огромный мешок с пледами и чистящими средствами и развозят по городу: «Там на шестом участке есть хороший человек, Юрий Сапрыкин, он наладил контакт с МЧС, и теперь мы развозим их гуманитарную помощь по адресам».

У оппозиции есть свой лагерь — на окраине города. Про центральный волонтерский лагерь оппозиционеры утверждают, что он «селигерский». Правда, ничего плохого про них не говорят. «Мы нормально с ними сотрудничаем, обмениваемся информацией, если не хватает рук, вместе делаем одно дело», — говорит координатор альтернативного палаточного городка Алена Попова. У Поповой лагерь кажется даже более обустроенным благодаря автобусу-дому, в котором находится штаб, — его привез депутат Госдумы Илья Пономарев, уже улетевший обратно в Москву. По словам Алены Поповой, лагерь просуществует ровно столько, сколько нужна будет помощь. Попова не только распределяет гуманитарную помощь и расчищает завалы в квартирах, но и собирает деньги. Сейчас на «Яндекс»-кошельке уже 4 млн рублей, на счете в Сбербанке — 2 млн. Пока их почти не тратят, главный ресурс в городе — человеческий.

В лагере народ разношерстный. Почти каждый прошел крещение на OccupyAbay. При этом, как и в селигерском лагере, здесь никто не пользуется атрибутикой — ни одной белой ленты ни на палатках, ни на людях, лишь у одного активиста на футболке надпись: «Я раскачиваю лодку». Она, впрочем, обрела совсем другой смысл в городе, где еще 5 дней назад лодка была единственным средством передвижения.

Рядом с оппозиционным расположился отдельный лагерь — модели Натальи Водяновой. Так же как и Алена Попова, Водянова, без гламурного лоска и еле причесав волосы, сразу кидается на помощь пострадавшим. Она приехала в Крымск с десантом психологов и с самого утра помогает детям.

Главная бытовая проблема волонтеров, как и сотрудников МЧС, — душ. Вечером в холле гостиницы «Крымская» в схватке за него с администратором отеля волонтеры и официальные спасатели объединяются. Администратор бессильно взывает: «Что мне, в милицию обращаться?» И нарывается на хохот мужчин: «Попробуйте, но не советуем. Они тогда тоже сюда все придут». Сегодня в Крымске всем надо отмыться.

Крымск после наводнения: даже на месте трагедии волонтеры оказались в разных лагерях