Портреты России: Саша, выпускник детского дома

Фото: Ацамаз Дзиваев/PublicPost

У программиста и выпускника детского дома Саши уже перестала кружиться голова от свободы, он привык к одиночеству и понял, что нормальную семью может создать только он сам.

Про адаптацию

Когда я вышел, я был уже абсолютно подготовленным к жизни. Но только потому, что мне это было нужно самому. Хотя как, например, платить за квартиру, я не знал. Ребенку в обычной семье всегда есть к кому подойти, спросить. Вообще, все, что происходит в семье — это опыт, а в детском доме всю организационную работу от тебя скрывают. Когда у тебя есть родители, даже когда тебе уже 18, тебя все равно все время толкают вперед, пока не вырастешь. А тут — ты жил, тебя толкали и вдруг перестали. Социальная адаптация — это большая работа не столько до, сколько после. В детском доме ты проживаешь почти каждый день одинаково, есть режим, за тебя все решают. Но когда выходишь в жизнь, приходится все решать самому. Все новое кружит голову, заставляет делать странные вещи. Первые свои деньги получаешь на выходе и не знаешь даже на что их тратить. Вспоминаешь все свои мечты, сразу хочешь со всеми встретиться.

Про одиночество

Я живу почти 4 года один, и первые 2,5 года у меня дома были ежедневные тусовки. Все время кто-то должен был быть дома. Я до определенного момента не задумывался, зачем, а потом понял — нужно было, чтобы я все время жил в обществе. Это как наркотик. Когда ты остаешься реально один, у тебя нет друзей, соседей, школы, ты получаешь квартиру и уезжаешь в район, где раньше не жил. И нет даже домашнего телефона, чтобы кому-то позвонить.

Про новый дом

Когда въезжаешь в свою квартиру, в ней почти ничего нет. Ванна, туалет, раковина, плита и голые стены. Ремонт, мебель — все сам. Есть какие-то выплаты, они уходят на установку двери и какой-то топчан, чтобы спать, холодильник. И еще хорошо, когда у твоего социального работника есть голова на плечах, и ему не наплевать. Я живу в новом доме, но есть знакомые, которым предлагали пятиэтажки под снос. Когда приходишь смотреть квартиру, ты на все согласен. Это твоя квартира, ты о ней всю жизнь мечтал и возьмешь что угодно. Поэтому очень важно смотреть именно ту квартиру, в которой потом будешь жить, а не аналогичную. Может быть раковина расколота, еще что. А 3 тысячи рублей-то не лишние.

Про контроль

Когда ты начинаешь жить самостоятельно, то переходишь под ответственность городских социальных служб. Формально они должны раза четыре в год приходить в квартиру, смотреть, как ты живешь. И так 5 лет. При этом ты ничего не имеешь права сделать с квартирой — ни продать, ни обменять, ни сдать. Потому что если сдаешь, государство подумает, что тебе есть, где жить, и забирает ее. Через 5 лет приходит уже комиссия, она будет подробно изучать, как я живу, плачу ли квартплату, были ли проблемы с полицией. И нужно показать, что ты человек, что ты готов. Это неправильно. Вместо того, чтобы помогать, за тобой наблюдают.

Про друзей

Тех ребят, с кем я жил, я не забываю. Мы только года через три начали нормально снова встречаться, а первое время тусишь с другими людьми. На самом деле почти ни у кого не сложилась нормальная жизнь. У них нет работы, один сел в тюрьму по глупости, другой жил в Тамбове с девушкой, ничем не занимался. Сейчас приехал в Москву. Нормально — это когда человек имеет мечты, работу. У них это желание жить не сформировалось. Мы с ними говорили, им на все наплевать. Плывут по течению.

Про комплекс

Вот представь, вы идете в цирк, и воспитатель говорит: "Мы из детского дома". И у всех сразу плохое настроение от этого слова. Выпуск — отправная точка, тебе больше не надо говорить, что ты оттуда, и если ты не захочешь, никто об этом не узнает. Идешь устраиваться на работу — и не обязан говорить, это не СПИД. Хотя моя начальница — мама друга, она в курсе. Я занимаюсь разработкой игр для социальных сетей.

Про волонтеров и опеку

У меня с детства сложное отношение к волонтерству, к тем, кто ездит в детдома. Хотя они делают большую работу. Была одна женщина, ее больше нет, она взяла и уделила свое внимание мне одному. Это намного ценнее. И в твою жизнь врывается не сотня веселых людей, а человек, который тебя заметил, полюбил. И ты становишься добрее, меняешься, начинаешь быстрее развиваться. Помощь должна быть личной и точечной, потому что новые игрушки не помогут встать на ноги. Есть дети, которые, оказавшись в детдоме, ставят на всех людях крест. Им нужно попытаться дать то, что они потеряли.

Про семью

Родная мама меня сразу оставила в роддоме. Потом меня усыновила другая семья, мы с ними жили до кризиса, до 1998 года. И за год люди из нормальной семьи, где есть папа, мама, бабушка, дедушка, все просто спились. Я начал блуждать по улицам с 7 лет. Меня ловили и все время возвращали. Я не понимаю — милиция ловит беспризорника, приводит домой, видит, что родители в неадеквате, квартира в ужасном состоянии. Как можно его оставить? А однажды меня взяли и не отвезли. Это нужно было. То, что со мной делали под алкоголем, ни один ребенок не должен знать. Хотя родители вроде бы обычные работяги, с завода. Я еще долго, лет до 14 думал, что это мои родные родители. Потом узнал, что у меня даже дата рождения с настоящей на полгода не совпадает. Напряг социальные службы, они искали родную маму год и нашли. Я просто хотел спросить: "Почему?". Позвонил, она бросила трубку. А через месяц мамина сестра написала в "Одноклассники", и я с мамой раз пять встречался после этого. Потом она сказала, что в 90-е меня воспитывать было трудно, мой отец умер, а я ей и сейчас не нужен. Она занимается гаданиями, у меня есть братья и сестры, но их она тоже не воспитывает — отдала бабушкам. И я понял, что если я хочу нормальную семью, то должен создать ее сам.

Портреты России: проект PublicPost

Новый проект PublicPost: взгляд на страну глазами ее жителей. >>>

Портреты России: Алексей, бывший единорос

Бывший мэр провинциального города рассказал, почему он ушел из “Единой России” и почему мэром города в России может быть только единорос. >>>

Портреты России: Андрей, ветеран боевых действий

Андрей отслужил 15 лет, после службы на Кавказе ушел на пенсию, где насмотрелся на бани и икорные пиры депутатов, узнал, почему они презирают Россию, и понял, что полиция скоро объединится с народом. >>>

Портреты России: Абдул, таджик

Абдул Бекмамамадов — актер из Таджикистана, играет в новом спектакле в Театре DOC. Он и на родине был известным актером, но чтобы заработать денег для детей, поехал работать на стройку в Россию. >>>

Портреты России: Андрей, спасатель МЧС

Андрей признает, что в МЧС еще остались патриоты "в хорошем смысле слова", несмотря на маленькую зарплату, рутину, отмывание денег и показуху. >>>

Портреты России: Александр Иванович, тренер

Чемпион мира по вольной борьбе рассказывает о драках, спортивной злости, характере, чем спортсмены похожи на инопланетян и почему шахматы — самый опасный вид спорта для головы. >>>

Портреты России: Александр, следователь

Полицейский, расследующий сексуальные преступления — о жизни, работе, бутылках из-под шампанского, общественном порицании и заговоре против России. >>>

Портреты России: Андрей, волонтер

"Говорят, только в русском языке есть слово "совесть", это правда? Мне кажется, у свиней больше души, чем у американцев. Они ничего просто так не делают". >>>

Портреты России: Вероника, безногая бунтарка

Несмотря на отсутствие ног Веронике удается вести на редкость насыщенную жизнь: кататься на мотоцикле, сниматься в кино, работать телеведущей, выслушивать признания в любви и не чувствовать себя инвалидом. >>>

Портреты России: Вера Дмитриевна, учительница

Петербургская пенсионерка считает, что она — главная женщина в жизни Владимира Путина. >>>

Портреты России: Виктор, кузнец

Россия не подходит для жизни по Лао-Цзы. В этом кузнец из Мценска убедился на личном опыте. >>>

Портреты России: Наталья, дежурная по эскалатору

Наблюдать и властвовать — вот главные удовольствия от сидения в будке у эскалатора на станции метро "Пушкинская". >>>

Портреты России: Ахсар, владелец электростанции

Отставной милиционер построил в высокогорном селе собственную ГЭС — чтобы не выключался телевизор. >>>

Портреты России: Владимир Устинович, баянист

Старший экономист из Тамбова стал звездой подземного перехода в Москве. >>>

Портреты России: Анатолий, муж на час

Мастер на все руки утешает вдов, чинит кровати проституткам и слагает стихи о своей интересной работе. >>>

Портреты России: Василий, похоронный агент

После зоны Василий пошел работать похоронным агентом. После этого люди стали нравиться ему еще меньше. >>>

Портреты России: Катя, разнорабочая

Кате 19 лет. Год назад она переехала из деревни в Волгоградской области в Москву. Навсегда. >>>