Дорога в Крымск

Поездка в Крымск началась с задержки рейса на Краснодар. Рейс вылетал из аэропорта Внуково (который, к слову, в некотором роде преобразился и сияет чистотой) и после 15-минутных поисков информации о месте регистрации мы наконец обнаружили, что рейс задержан на полтора часа.

Самолет, видимо, альянсных компаний Кубань и SkyExpress, трясло половину пути так, что я вспомнила все известные мне молитвы на всех известных мне языках. В Краснодаре влажно и полно насекомых, людей в аэровокзале немного, никто, в отличии от московских аэропортов, не пристает с предложениями «подвезу недорого».

Поскольку прилетели мы с задержкой, решили не ехать в Крымск в ночи, а переночевать в Краснодаре. По ходу поиска гостиницы остановились у ларька купить сигареты – помню, писали, что в Крымске их почти совсем нет. У ларька стоят два молодых парня – «купите нам пива». Мой товарищ и друг С. не теряется, и, засунув руку в карман, спрашивает: «А вам какого?». Потом тут же, без паузы: «А вы не подскажете гостиницу какую-нибудь не дорогую? А то, понимаете, мы тут в Крымск едем, мы журналисты, да и на Смотровой в Москве фуры грузили, вот нам бы переночевать где». Парни грустно вздыхают и говорят, что там были, возили туда много денег и помощи всякой. Мы спрашиваем – «Ну как там?»

– «Там п...ц. И по телевизору то, что показывают, это все неправда. Мы еще нигде не видели, чтобы показали или написали что-то, на правду похожее. Если что-то надо узнать – то только своими глазами. Там кошмар».

Показывают нам направление, в котором стоит идти, чтобы найти недорогую и приличную гостиницу. Мы спрашиваем: «а пиво-то вам какое?». «Да не надо нам пива, - говорят они, - это мы так». И уходят. Из парней один - милиционер, второй - не очень понятно кто, на гопника больше похож.

С утра просыпаемся в 6:30 и идем на остановку, чтобы сесть на автобус и добраться до вокзала. Автобуса очень долго нет, палит солнце, ловим такси. Таксист, выслушав наши истории про волонтеров и журналистов, предлагает довести нас до Крымска за 2500 рублей, но у меня в кармане всего 1000, так что решаем ехать автобусом.

На автовокзале Краснодара очень много людей – настоящий восточный базар и гомон, почти все ждут рейсов на Анапу. Автобус в Крымск стоит около 130 рублей, еще берут примерно два рубля за страховку.

«Ну, что там?» - женщина-кондуктор подходит к водителю.

«Да...(машет он рукой), все равно правду мы узнаем только через сто лет. Знаешь, когда какой-нибудь... полицай,.. ну, которому все надоест, вот он туда, в этот интернет, все и выложит».

«Да, - кивает контролер, - а в интернете еще сказали, что там какой-то твиттер есть»...

В автобусе волонтеров нет. Несколько пассажиров с большими тюками, остальные налегке. Пара девушек, очень накрашенных, в шортах, на платформе. Начинаю сомневаться, в тот ли Крымск мы едем. Водитель говорит, в тот.

Крымск встречает нас какой-то непонятной пылью – она кружится в воздухе, ее очень много, дышать можно, но не очень комфортно, глаза щипет. Друзья из Доброго лагеря просили купить карты города (много!) и сигарет. С сигаретами проблемы есть, но решаемые - вместо «Мальборо» покупаем «Яву», а карт города нет вообще нигде.

Дальше нам надо попасть в храм Архангела Михаила, который прекрасно видно с автовокзала. Храм стоит на горе, и луковки-купола можно разглядеть через летающую пыль, которая на самом деле оказалась сухим илом.

Я примерно понимаю, как идти, но на всякий случай хочу уточнить у местных жителей. Сперва подхожу к полицейским, но полицейские разводят руками и говорят, что они не местные. Потом подхожу к пожилой паре с сумками – тоже не местные. Молодые люди – не местные. Девушки – не местные. Продавец в (наконец начинаю замечать, что город выглядит как-то не совсем так) полуразрушенном обувном магазине – не местный, еще пара полицейских – не местные... Кто же все эти люди?

Наконец встречаю женщину, Галину Ивановну, она несет в руках много тяжелых пакетов. «Храм? Так это вам туда. А что там?». Я говорю, что в храме раздают гуманитарную помощь, и Галина Ивановна решает идти с нами. Она вообще еще ничего не получила, потому что прописана не по месту затопления, а простояла 4 часа в воде по горло, с больными почками. «Таблетки там есть?». Про таблетки я ничего не знаю.

Добравшись до храма, мы идем в Добрый лагерь, оттуда - снова в храм и просто походить по городу, потом - уже на ночлег - опять в лагерь волонтеров.

Вообще, Крымск производит очень странное впечатление. Но уже на второй день это чувство стирается, потому что вокруг много работы, людей, солнца, горя, течет какая-то жизнь.

А в первый день – с момента выхода из автобуса и до темной ночи с ее падающими (почти августовскими) звездами – меня не покидало ощущение, что я оказалась в кино про зомби, когда эпидемия уже повсюду, но люди еще не начали есть других людей, еще есть надежда на спасение, но все так напряжено, что звенит. Смотрящий такое кино всегда, с самой первой минуты, знает его конец и знает его героев.

В первый день жители города кажутся отрешенными, потерянными, не живыми...

Тут все намного сложнее и правдивее. Разрушенные магазины и дома, за которыми следуют совершенно нетронутые, или даже только строящиеся, здания. Рассказы очевидцев и волонтеров о горах мертвых животных, а перед глазами - пасущиеся коровы, козы. Новости о том, что детей в Крымске нет – когда на каждой улице живет по нескольку семей с детьми. Слухи о священниках, которые отказались бесплатно отпевать погибших, и сестра милосердия Надежда, которая под палящим солнцем с утра и до ночи принимает заявки пострадавших и плачет о каждом из них.

Очень жарко. По небу постоянно летают вертолеты. Всюду какое-то невероятное количество волонтерских лагерей, лагерей МЧС, по городу ездят «грузовики с людьми» - солдатики, полевые кухни, лагеря медслужб, где делают прививки местному населению, горы одежды под деревьями.

В этих самых лагерях, на автобусных остановках, волонтеры – которые вечером вспоминают про политику и мечтают сходить в нормальный туалет, другие волонтеры, которые все время спят, и те, которые все время не спят, а работают. Те, которые едят детскую еду, и те, которые вообще ничего не едят, потому что они привыкли ходить в кафе.

Местные жители, власти, МЧС, солдаты, погода, причины трагедии, бесконечные слухи, сплетни, повышенная тревожность как у помогающих, так и у тех, кому помогают... Совершенно ничего не понятно. Вообще. Это такая Вавилонская башня, которую настигла эпидемия зомби.

Понятно, наверное, только то, что помощь там действительно нужна и будет нужна еще очень долго.