Про Суд и Рот

В свежем номере "Газеты Наша Версия" завтра выйдет еще один мой рассказ, основанный на реальных событиях. А пока - из уже опубликованного: "Рот". Такой лайт вариант с профилактикой от новой игрушки власти - клеветы. Лишних 5 000 000 у меня нет, поэтому приходится немного переформатироваться:

"В зале заседаний одного из судов было очень жарко. Квас холодный, конечно, никто стаканами не пил, отчасти из-за бдительности местной службы охраны, сотрудники которой без разбора отбирали у посетителей Дома Фемиды флаконы, содержащие жидкость. Понять их можно - при рассмотрении того или иного дела всегда (за редкими исключениями «мировых соглашений») оставалась одна довольная и одна крайне недовольная сторона. От вторых можно ожидать чего угодно - или кислотой в лицо судье-обидчику плеснут или, того хуже, нитроглицерин в здание протащат, и уж тогда держись...

Судья, в своей мантии похожий на Бэтмена-пенсионера, в который раз протер платочком вспотевшее пухлое лицо. А ведь процесс еще даже не начался: ответчик, явившийся в суд за полчаса до начала рассмотрения иска, все еще знакомился с требованиями, которые к нему предъявила высокопоставленная особа. Эта особа женского пола занимается весьма значимым в нашем городе делом. Таким значимым, что при любых раскладах можно было бы, особо не задумываясь, вынести решение в пользу истца. Но, увы, есть всякие регламенты, протоколы и прочая ерунда, которую необходимо соблюдать для видимости. Иначе вся демократия в стране накроется медным тазом, а это уже практически преступление против родины.

Наконец, судья не выдержал. Ну и что с того, что худощавый парнишка, доставленный в зал суда из воинской части с длинным номером, находящейся то ли под Оренбургом, то ли под Самарой, еще полчаса тому назад не подозревал, на кой черт его дернули в родной город, даже не выписав сухпаек на дорогу? Если читать умеет, то успел ознакомиться хоть с половиной искового заявления, подготовленного адвокатами уважаемой гражданки. А свои возражения пусть по ходу слушаний сочиняет.

Судья кивнул секретарю.

«Слушается гражданское дело по иску Моргендорфен Д.Ю. к Чеснокову О.Е. о защите чести, достоинства, деловой репутации и компенсации морального вреда, - затараторила девушка, сидящая в левом углу зала заседаний. - Истец и ответчик в судебное заседание явились в полном объеме. Председательствующий судья - Вэритас Мэнтири».

В зале стало тихо-тихо. Так тихо, что ответчик - Олег Чесноков - успел подумать: «А как это, когда не в полном объеме люди являются?» И еще: «Вэритас-Вэритас... Откуда с таким именем? Ну да, Саратовская область граничит с Казахстаном, а там дальше - то ли Монголия, то ли Китай...» Потом парень силком вытащил себя со смотровой площадки, нависшей над воображаемой картой мира, и вернул в душное помещение суда, на обшарпанную лавочку. Тут, в печальной реальности, под пристальным и каким-то злым взором судьи, у Олега в голове металась только одна мысль, выразить которую можно коротко: «Вот влип!»

- Итак, в суд с исковым заявлением обратилась гражданка Дарья Моргендорфен, которая просит принять законное и своевременное решение в отношении ответчика Чеснокова, - еле слышно пробубнил судья, так, что участники процесса невольно наклонились вперед, чтобы лучше разобрать речь говорящего. - В заявлении указано, что ответчик доставил истице огромные моральные страдания, нанес урон достоинству, опорочил истицу в глазах окружающих. Более того, сегодня заявление было дополнено требованиями о возмещении истцу упущенной выгоды. Ходатайства об этом пока не было, но суд, совещаясь на месте, решил, что на данном этапе находит правильным принять это дополнение...

Судья с упреком посмотрел на Чеснокова, который, словно первоклашка за партой, тряс поднятой вверх рукой:

- Что случилось?

- Прошу прощения, а что такое это... Ну, как вы сказали... Ходяй... Ходяйтество? - промямлил неуверенно Олег.

Секретарь хихикнула, не отрывая взгляда от бумажки, на которую без остановки что-то записывала даже тогда, когда все молчали.

- Молодой человек, вам будет предоставлено слово. Позже! А если вы будете прерывать процесс и нарушать дисциплину, то суд сделает вам замечание с занесением в протокол! Надеюсь, мы к этому вопросу возвращаться не будем, - отрезал судья. - Итак, в заявлении говорится, что осенью прошлого года гражданин Чесноков О.Е., достигший призывного возраста, незадолго до отправки в воинскую часть вступал в интимную связь орального характера с истицей Моргендорфен Д.Ю. Как отмечается, ответчик остался всем доволен, однако два дня спустя после указанных событий, а именно - 29 сентября, Чесноков О.Е. устроил прощальный вечер с участием большого круга друзей мужского пола. В процессе этого мероприятия ответчик в состоянии умеренного алкогольного опьянения заявил во всеуслышание следующие слова, имеющие отношение к истице: «У этой дуры рот кривой. Никакого удовольствия не получил - всё мне своими зубами исцарапала». Истица просит суд признать эти сведения ложными и порочащими, ущемляющими честь, достоинство и деловую репутацию. Взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере один миллион рублей, а также упущенную выгоду в размере три миллиона рублей. Обязать ответчика в течение десяти последующих лет с момента вынесения решения суда при любой подходящей возможности опровергать ложные сведения, распространенные им и названные выше.

Судья немного помолчал, а потом добавил:

- Истица поддерживает требования?

- В полном объеме, - звонко ответила Дарья Моргендорфен.

- Ответчик признает требования?

- Я... м-м-м... - Олег привстал с лавочки и застыл в полусогнутом положении. - В полном объеме, - то ли констатировал, то ли спросил он.

- То есть, вы согласны с доводами и требованиями истицы, которые я только что зачитал? - уже не скрывая радости, уточнил судья.

Чесноков задумался, провел рукой по вспотевшему лбу, хотел было снова согласиться, чтобы от него уже отстали, но вдруг понял, чего от него хотят:

- Нет, нет! Я думал, что так всем отвечать надо... Я не поддерживаю миллион и три миллиона. У меня нет таких денег... И я вообще не помню, что я говорил или не говорил тогда. Уже больше полугода прошло!

- А что вы скажете на то, что истец представила письменные объяснения четырнадцати ваших друзей? - пробубнил судья, расстроенный внезапным прозрением ответчика. - Друзей, которые, между прочим, слово в слово повторяют рассказанную истицей историю! Разве это не убедительное доказательство?

Олег Чесноков прищурился, пытаясь разглядеть хоть слово на одной из бумаг, которыми потрясал судья, но так ничего и не увидел.

- Ну, может быть. Но если и так, ей-богу, клянусь, то, что я сказал тогда - чистая правда и здесь нет никакой лжи! Я просто не мог... Вы понимаете, я вообще не этот, не пи... Не пустослов. Вот. Я если сказал чего, то оно, значит, так и есть. И почему я теперь за правду должен кому-то миллионы платить?

Судья вздохнул - ситуация становилась все более катастрофичной. Если он сегодня же и в кратчайшие сроки не вынесет решение по этому делу, то еще десяток подобных исковых заявлений, назначенных на сегодня, плавно переползут в завтра. А в этом «завтре» уже есть свой десяток ну точно таких же дел! Понятно, ответчик уже признал свою вину, точнее, сознался в том, что порочащую фразу в отношении многоуважаемой особы он произносил. Теперь дело за малым: доказать, что сказанное этим Чесноковым - наглая и злостная ложь. Вэритас Мэнтири еще немного подумал и принял единственное верное решение:

- Суд, совещаясь на месте, постановил: объявить перерыв в заседании на сорок минут для проведения судебной экспертизы. В качестве эксперта назначить председательствующего, то есть меня. На время проведения независимой экспертизы всем лицам, участвующим в деле, за исключением истца - Моргендорфен Д.Ю., - покинуть зал заседаний. В назначенное время вас вызовет секретарь.

Когда за закрытой дверью Дарья и судья остались проводить таинственный эксперимент, Олег Чесноков (в сопровождении пристава) был препровожден на перекур. Снова и снова затягиваясь сигаретой, он думал то о происхождении имени судьи, то о неимоверно огромной сумме в четыре миллиона рублей... В итоге парень решил: самое важное в этом деле - понять, что такое «ходяйтество» и куда оно заявляется. А дальше уже проще как-то будет. Ведь независимая экспертиза, объявленная судьей (как бы она там у них ни проводилась), все равно докажет правоту его слов. Рот-то, если уж он от природы кривой, то такой и остается.

Так что здесь всё схвачено. А с достоинством гражданки Моргендорфен вопросов вообще нет никаких. Олег улыбнулся про себя: «Лучше бы судья сейчас о своем достоинстве подумал. Это в момент проведения судебного эксперимента куда более необходимо».

* * *

Спустя три года после описанных событий дворник-гастарбайтер, подметая полосатые бордюры в одном из районов города, случайно разбудил бомжеватого вида парня. Тот незаметно пристроился за огромным тополем, накрывшись какими-то газетами, и получил пластиковым гребнем метлы прямо по уху. Дворник уже приготовился выслушивать ругань в свой адрес, однако был премного удивлен, когда столь наглым образом разбуженный парень стрельнул сигаретку и вдруг начал во всех красках рассказывать о каком-то чудесном существе, именуемом Моргендорфеном. Мол, у этого существа лучший в мире рот.

- Ну тибя к селтям с Мольгендорфином тваим! - испуганно проговорил гастарбайтер и поспешил прочь от сумасшедшего парнишки.

(По данным Саратовского областного суда, только в кассационной инстанции региона с января 2011 года по июль 2012 года было рассмотрено 28 дел категории «О защите чести, достоинства, деловой репутации»...)"