Зачем сожгли пирожковую Якеменко

В последнее время в России появились автономные группы радикалов, которые перешли от митингов и пикетов к поджогам и подрывам имущества российских силовых ведомств, чиновников и партии "Единая Россия".

После того как стало известно, что кафе экс-главы Росмолодежи Василия Якеменко "Ешь пирог", расположенное на Люблинской улице, подожгли не конкуренты по бизнесу, а одна из радикальных группировок анархистов, PublicPost решил побеседовать с представителем радикальной анархистской группы "Черный блок". Именно у них на сайте было опубликовано заявление анархистов, которые взяли на себя ответственность за поджег пирожковой Якеменко.

Фото: krispotupchik

- Для начала, кто вы такие и откуда взялись?

- Мы — люди. Такие же, как те, кого вы каждый день встречаете на улицах, в автобусах, в метро. Взялись, как ни странно, тоже не с Марса (смеется). Просто каждый из нас в какой-то момент своей жизни понял, что единственное общество, в котором подобает жить человеку — которое не унижает его достоинство, не делает его винтиком, дает ему право принимать решения о своей судьбе — это анархическое. И поставил своей целью построение такого общества.

- Сколько вас и как давно действует "Черный блок"?

- Тут необходимо небольшое пояснение. Конкретно в нашей группе — несколько человек. Однако мы действуем не только как самостоятельная группа, но и как информационный портал "Черный блог", который собирает и объединяет информацию обо всех акциях прямого действия, в основном на постсоветском пространстве.
При этом информацию мы берем как из СМИ, так и из нашей гостевой, и получаем по почте анонимные отчеты от других групп. Сколько таких групп и сколько в них людей, мы, в силу специфики нашей деятельности, не знаем и не стремимся узнать.

- Акции радикальных анархистов за гранью закона, какие меры безопасности вы предпринимаете, чтобы вас не вычислили?

- Меры безопасности простые, по типу действовать в неприметной одежде, скрывать лица и т.п. Все меры, по понятным причинам, раскрыть не можем.

- Какие акции вы считаете наиболее громкими и удачными (не считая кафе Якеменко)?

- Подрыв поста ДПС на 22 км МКАД год назад. Поджог военной комендатуры по Южному округу. Поджог штаба "Наших" несколько лет назад. Серия атак на "Единую Россию" зимой.

- Чем вам не угодил Якеменко?

- Кафе Якеменко делали не мы, мы опубликовали отчет, полученный нами в гостевой книге. Можно долго перечислять подробности его биографии. Но если кратко, то он работает на укрепление существующей власти. В то же время он не просто работает, он развивает самые уродливые ее механизмы (движение "Наши"). И использует их для травли неугодных власти.

В глазах всех людей его личность неотрывно связана с партией власти и эту власть олицетворяет. Поэтому выбор нашими товарищами его кафе в качестве объекта для атаки совершенно логичен и справедлив.

- Есть какие-то акции, которые остались неизвестными?

- Наша деятельность основана на принципе "покажи человеку, как ловить рыбу, и он будет сыт всю жизнь". Т.е. мы не пытаемся сами сделать революцию и захватить власть. Мы хотим, чтобы люди, осознавая несправедливость общества, поняли на нашем примере, что борьба возможна, осознали и взяли в свои руки ответственность за свои жизни. Поэтому все свои и присланные акции мы сразу публикуем, "потайных" акций нет.

- Участвуют ли сторонники Блока в массовых акциях типа "Марша миллионов"?

- Мы по понятным причинам не можем точно сказать, вполне возможно, что участвуют.

- Что вы знаете про людей в масках, которые дрались с ОМОНом 6 мая на Болотной? Были версии, что это были то ли провокаторы, то ли анархисты...

- Мы их во всем поддерживаем. Они сделали нужное дело.

- Были ли у вас проблемы с сотрудниками спецслужб и полицией?

- Нет. Только у них с нами пока.

- Есть ли, по вашему мнению, политзаключенные анархисты?

- Разумеется. Это как уже упоминавшиеся задержанные по майским событиям, так и многочисленные анархисты, и антифашисты, посаженные по надуманным причинам по всей России.

- Каков современный портрет анархиста — возраст, образование, социальное положение, род занятий?

- Нет каких-то единых черт.

- Почему молодые люди становятся анархистами, ведь государство доказало свою долговечность и идея общества без государства выглядит утопией?

- Что государство доказало, так это свою ущербность и неспособность обеспечить достойные условия жизни людям. Существующие более-менее успешные примеры государств живут за счет эксплуатации в том или ином виде стран третьего мира и фактически основаны на несправедливости. Более того, все государства рушатся время от времени, и тем более удивительно, когда люди, живущие в обществе, существующем в текущем виде буквально несколько сотен лет, считают его вечным и единственно возможным.

Люди становятся анархистами как раз потому, что не хотят делать подлости. Не хотят делать зло другим и получать лучшие условия для жизни для себя за счет этого. И в то же время они не хотят, чтобы подлости делали им. Не хотят каждый день идти и грызть другим глотки, чтобы глотку не перегрызли тебе. Поэтому они становятся анархистами, чтобы сделать новый мир реальностью.

Что же касается утопичности идей анархизма — это только на первый взгляд. Если же человек действительно начнет интересоваться и думать, он поймет, что во всей его жизни нет ни одного дела, которое он не смог бы сделать сам, без указок сверху, без начальников и чиновников. Так же всё время, что существует государство, существуют и силы, которые с ним борются. Либертарная тенденция в развитии общества никогда не исчезала, а периодически и побеждала авторитарную.

Можно долго спорить, какие известные в истории общества были анархическими и насколько их организация была эффективной. Нам достаточно знать, что общество в принципе меняется и может измениться очень сильно. И может возникнуть то, что никогда не существовало прежде. Так что утопичность идей анархизма — это миф, придуманный теми, кто эти идеи видел только в виде пьяных панков на ВДНХ.

- Новый закон о митингах, по вашему мнению, подтолкнет массы к вашим методам борьбы?

- Мы думаем, да. Наметившееся усиление режима (закон о митингах, интернете, иностранных агентах) хоть и неприятно, но не является ничем неожиданным. Более того, оно если и мешает, то как раз мирному протесту, тем самым давая дополнительные очки нелегальной борьбе в глазах людей (грубо говоря, если за сожженную полицейскую машину и за одиночный пикет ты получишь одинаковые сроки, то кто в таких условиях выберет пикет?), хотя и повышая "порог вхождения". Насчет порога вхождения — человеку теперь решится на действия сложнее, но, может быть, так оно и лучше, потому что действовать в итоге будут люди, понимающие, что они идут не с шариками погулять, а выступать против власти, и они будут понимать, чем это для них чревато (и не будут открыто, напоказ перед камерами кидать камни в ОМОН).

- Как вы относитесь к автономным группам националистического толка, которые устраивают аналогичные акции?

- Негативно, как и ко всем нацистам и националистам.

- Много шуму создала арт-акция группы Pussy Riot, как радикальные анархисты относятся к таким акциям?

- У нас нет единого мнения. Некоторые считают подобные акции бессмысленным эпатажем, не несущим полезной нагрузки. Другие же считают, что данный протест также является следствием общей радикализации и может привлечь новых людей, и потому — полезен.

В чем мы сходимся, так это в оценке реакции церкви и религиозных фанатиков. Кроме того, что мы против тюрем вообще, в данном конкретном случае задержание и последующее продолжительное содержание под стражей (а скорее всего, и реальный срок) выглядят просто бредом сумасшедшего.

- Среди ряда оппозиционеров бытует мнение, что "Черный блок" это провокаторы, связанные с ФСБ или центом "Э", которые устраивают свои "акции", чтобы власть имела возможность еще больше закрутить гайки...

- Среди "Черного блога" бытует мнение, что "ряд оппозиционеров" либо недостаточно умны, чтобы понять, что это не так, либо боятся участвовать в подобной деятельности сами, но авторитет терять не хочется, поэтому они распространяют мнения, подобные вышеприведенному. Шутка. Хотя, конечно, трудно по-другому объяснить, почему легальные активисты так пытаются нас очернить и заставить прекратить свою деятельность, в то время как мы призываем вести борьбу по всем фронтам, где кто может.

Трудно ответить что-то на подобные обвинения серьезно, чтобы это не выглядело как отмазка. Мы можем сказать лишь, что, несмотря на всю нашу деятельность, якобы направленную на предоставление власти поводов закрутить гайки, ни единого закручивания, посвященного именно нам, за все это время не последовало.