Актуальна ли "Стратегия-31"?

Фото: ИТАР-ТАСС

31 августа пройдет очередная акция "Стратегия-31" в защиту свободы собраний на Триумфальной площади. PublicPost поговорил с теми, кто раньше принимал участие в акции, о ее актуальности сейчас и о том, что вообще дало протестному движению трехлетнее противостояние у памятника Маяковскому.

Эдуард Лимонов, лидер партии "Другая Россия":
"То, что "Стратегия" не актуальна, говорят мои политические соперники, им выгодно так говорить. Я тоже могу говорить, что массовые выступления на официально разрешенных властью акциях утратили свою актуальность, потому что после них ничего не происходит, хотя после массовых должно что-то измениться. Значит, они что-то делают не так, значит, не хватает решимости поднять массы. Я считаю, что борьба за 31-ю статью Конституции будет актуальна до тех пор, пока мы не добьемся права выхода на улицу и площади наших городов без разрешения властей. Сегодня этого нет, поэтому борьба продолжается.

Мы не гонимся за численностью. Разве правила политической борьбы предусматривают, чтобы писались какие-то цифры с нолями? Нет. Тот, кто так думает, жестоко ошибается! Опять же, была ли победа после того, как десятки тысяч вышли на улицы? Не было победы. Задача "Стратегии-31" — намеренный вызов власти. Мы никогда не думали, что нам разрешат митинг, поэтому к нам приходит самый авангард, самые смелые люди. Мы даем другим пример упорства и храбрости вот уже три года. Когда будет в стране свобода собраний, тогда мы перестанем выходить на Триумфальную площадь".

Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы:
"Мне 85 лет, и дай всем вам бог столько прожить и еще куда-то там ходить на митинги. Я вот дожила, но на митинги ходить уже не могу по понятным причинам. Заслуга "Стратегии-31", я считаю, состоит в том, что митинги с требованием соблюдения 31-й статьи Конституции, которые проходили во многих городах России, были предвестниками тех массовых акций, которые мы наблюдаем с декабря 2011 года в Москве и по всей стране. В этом "Стратегия-31", несомненно, сыграла свою роль. О том, что сейчас происходит по 31-м числам на Триумфальной, мне трудно судить, я там не бываю".

Борис Немцов, сопредседатель партии "Парнас":
"Жизнь идет вперёд, это всё уже в прошлом. "Стратегия-31" была важной акцией, она закаляла оппозицию, а сейчас это просто ритуальное выступление Лимонова, абсолютно для него безопасное, он уже никакого интереса для властей, а уж тем более угрозы, не представляет. Температуры политическая акция эта не меняет, поэтому я в этом не участвую. Кроме того, мне не нравится, когда это мероприятие используется для тренировок ОМОНа на гражданах нашей страны".

Антон Демидов, лидер движения "Россия молодая":

"31 августа мы никакого мероприятия на Триумфальной не планируем, поскольку эти акции себя уже изжили и никакого интереса не вызывают. Сейчас много других интересных событий. "Стратегия-31" на Триумфальной собирает мало людей. Большинство оппозиционеров, которые ходили на эти акции публично, их осудили и осудили Лимонова. Мне кажется, это уже атавизм, скоро он пропадет вообще. Ничего дельного те, кто ходил на акции по 31-м числам, не смогли предложить и показать.

Дни донора мы все равно продолжаем проводить периодически. Когда они были по 31-м числам, пресса их замечала и освещала донорскую деятельность, которая очень нужна нашей стране. Как только мы перестали в донорство примешивать политику, оно стало неинтересно прессе. У нас будет акция, посвященная донорству в первой половине сентября".

Андрей Песоцкий, "Другая Россия" (Санкт-Петербург):

"Безусловно, идея "Стратегии-31" остается актуальной, потому что свободы собраний в последнее время становится не больше, а меньше. Здесь уместно вспомнить и новые штрафы за митинги, и другие негативные тенденции в российской жизни. Например, у нас в Питере законодатели хотят установить перечень мест, где нельзя устраивать публичные акции, причем в этот список попадает и Невский проспект, и Конюшенная площадь, и Исаакиевская площадь, а также многие другие места, где политически активные граждане могли так или иначе устраивать акции на протяжении многих лет, а то и десятилетий. Общество должно реагировать на эти репрессивные инициативы, почаще вспоминать о 31-й статье Конституции, иначе всех несогласных загонят в гетто. Другой вопрос, что "Стратегия-31" должна эволюционировать, развиваться, чтобы не было эффекта заезженной пластинки.

"Стратегия-31" была единственная работоспособная идея, которую смогла выработать и так или иначе реализовать оппозиция в межвыборный период 2008-2012 годов. "Стратегия-31" подогрела климат для массового выхода протестных граждан прошлой зимой. Помните, куда ринулись люди, недовольные результатами выборов, в первые дни после объявления результатов? В Москве — на Триумфальную, в Питере — на Гостиный двор... Власти и репрессивный аппарат тоже по достоинству оценили значение "Стратегии". Например, в уголовном деле, которое сейчас рассматривается в Выборгском суде Петербурга, где я прохожу как один из организаторов экстремистской деятельности, митинги по 31-м числам у Гостиного двора рассматриваются как акции запрещенной Национал-большевистской партии, проходящие под флагами НБП. Бред полный. Видимо, кого-то наверху очень разозлили такие выступления граждан".

Лев Пономарев, исполнительный директор движения "За права человека":

"Я участвовал в акциях "Стратегии-31" до тех пор, пока группа правозащитников не разошлась с Эдуардом Лимоновым в подходе к этому вопросу. При этом, я считаю, что протест сейчас более чем актуален, несмотря на то, что Лимонов поносит меня чуть ли не матерными словами. И не только меня. Протест актуален, и каждый имеет, не призывая к насилию, на него право. Если группа лиц считает важным отстаивать свои права на Триумфальной площади, то, я считаю, они имеют право это делать. Меня всегда интересовал более массовый протест, именно поэтому я и стал действовать по-другому, поддерживать другие варианты.

Акции Лимонова на Триумфальной проходят уже несколько лет. На ваш взгляд, чего-то за это время удалось добиться?

Я считаю, да. Само требование, отстаивание права на мирные акции звучало и звучит. Лимонов — предшественник этих массовых акций. Другое дело, что он сам по себе слишком индивидуален, поэтому его акции не смогли влиться в общий поток. С другой стороны, акции "Стратегии" свою роль все равно играют, люди выходят... Так что пускай остаются. Я не против".

Константин Косякин, координатор Левого фронта:



"На площадь мы выходим уже три года. Все это время власть упирается — выходить нам не разрешают под любыми предлогами. Чего они только не придумывали, чтобы нам отказать: то там велосипедисты катаются, то доноры сбор крови устраивают... Забор поставили... Он третий год стоит, там уже сорняки проросли и вороны гнезда свили. Все понимают, что это проблема политическая. Нам ведь сотни мест предлагали, только чтобы мы с Триумфальной ушли. Но мы не уходим. По Конституции мы, граждане, имеем на это право — мы подаем уведомления. Какие-то места возле железной дороги нас, конечно, не устроят. Если мы уступим, тогда всё — прогнулись перед властью, уступили им. Нас просто не поймут.

Но мы же другим подаем пример, что власти можно только сопротивляться. Они руки будут потирать, если мы уйдем, будут трубить, что они все-таки верх одержали. Так что эффект от наших акций все-таки есть — люди учатся. Многие политики прошли через Триумфальную площадь, закалились, что называется. Мы учим людей храбрости. Мы сами стоим и не сдаемся и другим пример показываем — не надо бояться. Власти только и нужно, чтобы мы уступили, ушли, поддались. Но мы считаем, что правда за нами".

Роман Доброхотов, лидер движения "Мы":

"Изначально это была борьба за свободу собраний, и в какой-то мере "Стратегия-31" закончилась, когда стали отдавать Триумфальную площадь для митингов: там прошло целые две согласованные акции. После этого многие потеряли интерес: если акции согласовывают, то нужно придумывать новую повестку дня и менять тему.

Но прошло время и Собянин стал запрещать митинги в Москве еще жестче, нежели это делал его предшественник Лужков. В тех местах, где традиционно можно было митинговать, стало митинговать нельзя. Лично я этим летом подавал заявки на площадь Революции, и мне не только отказали, но и пояснили, что все площадки в Центральном округе заняты с утра до вечера. По сути запретили все митинги. Такого не было никогда и по сути — это самая жесткая ситуация со свободой собраний с советских времен. Естественно, что эта тема снова стала актуальной. "Стратегия-31" была суперуспешной, она собирала столько людей, сколько ни одна акция в те годы не собирала. Сейчас, после декабрьских и всех последующих акций, условно назовем их "Маршами миллионов", на улицы выходят тысячи людей. Акция 15 сентября, я уверен, соберет около сотни тысяч людей. Конечно, это несопоставимо с теми максимум двумя тысячами, которые соберутся на Триумфальной. При всем к ним уважении надо понимать, что сама повестка дня сейчас сильно обострилась — началась некая институализация протеста, все это переходит на уровень очень серьезной политической борьбы. Триумфальная останется местом для обкатки молодых активистов".