Гражданский протест в армии - опыт США

"Подчинение закону это свобода" - надпись на американской военной тюрьме

История Нового и Новейшего времени показала, что переход от наемной армии к системе всеобщей воинской повинности влечет за собой демократизацию общества и создает потенциальную угрозу для правящего класса. Сотни тысяч крестьян и рабочих получают оружие и проходят обучение воинскому делу, выходцам из низов открывается доступ на командные посты, солдаты призывной армии в больше степени отзываются на происходящие вокруг них политические события.

Одним из примеров этому может служить антивоенное движение развернувшиеся в американской армии в годы Вьетнамской войны. Многие солдаты не понимали целей этой компании, ведущейся далеко от американской земли ради «высоких» внешнеполитических соображений. Призывники из числа чернокожего населения США и национальных меньшинств зачастую придерживались еще более радикальной точки зрения, полагая, что их настоящий враг находится не во Вьетнаме, а в полицейских участках США. Как говорил выдающийся боксер Мохаммед Али, «въетконговцы никогда не называли его ниггером».

Все это привело к расцвету нелегальных антивоенных организаций в среде американских солдат. Крупнейшей из них был «Союз американских военнослужащих» ( The American Servicemen's Union (ASU). Он насчитывал в своих рядах до 5000 членов служивших на 160 базах американской армии и 50 базах американского флота по всему миру. Издаваемую «Союзом» газету «The Bond» получали более 20 тысяч солдат и моряков, а число ее читателей был значительно больше, поскольку в казармах она переходила из рук в руки. Члены союзы требовали права выбора офицеров (ссылаясь при этом на опыт Вьетконга!), отмены отдачи чести офицерам, полного расового равенства, отказ от использования войск для подавления антивоенных демонстраций, забастовок и расовых бунтов.

Типичным местом сбора для недовольных солдат и офицеров стали расположенные около военных баз кафе, где солдаты могли относительно свободно собираться и обсуждать свои проблемы во время увольнительных. Там же можно было приобрести нелегальную армейскую газету (на 1970 год насчитывалось более ста подобных изданий) и встретиться с местными левыми активистами, студентами. Первым таким местом неформальных встреч стало кафе «UFO» открытое около военной базы Форт Джексон в Южной Каролине. Военные власти крайне нервно реагировали на подобные политические кафетерии и делали их объектом рейдов военной полиции.

Кроме «Союза американских военнослужащих» в армии США действовало еще целый ряд нелегальных или полулегальных организаций типа «Объединения военнослужащих против войны во Вьетнаме», «Движения обеспокоенных офицеров», «Солдатско-гражданского альянса за мир и т.д.». Многие из них поддерживали тесные связи с американским студенческим движением.

Заметим, что, несмотря на радикальные речи и лозунги «военная оппозиция» в армии США никогда не пересекла грань между тихой фрондой и отрытым неповиновением. Перспектива военно-полевого суда и армейской тюрьмы не слишком улыбалась даже самым радикальным призывникам из среднего класса. Большинство несогласных с войной и призывом предпочитали «тихий» саботаж. Около 100 тысяч уклонистов бежало за границу. Половина из них осела в соседней Канаде. Другие отправились в Швецию, Мексику, Францию. Многие из дезертиров не вернулись на родину. Это был один из самых крупных исходов американцев из своей страны за всю историю США.

Саботаж воинской службы продолжался и во Вьетнаме. Слишком активным или жестоким офицерам солдаты давали понять, что им стоит умерить свой боевой пыл. Это достигалась путем так называемого «фраггинга». Сначала в палатку офицера подкидывалась граната со слезоточивым газом или дымовая шашка. Если командир-энтузиаст не понимал намека, то в палатку летела боевая граната. Исполнитель казни получал за это награду из солдатского «общака». Всего за 1969 год было отмечено от 96 до 126 эпизодов «фраггинга». Из них 37 имели летальный исход. В 1970 количество эпизодов «фраггинга» возросло до 209-271 (34 погибших). Осознавая угрозу смерти со стороны собственных солдат, многие офицеры предпочли уклонение от активных боевых действий против въетконговцев и занимались преимущественно симуляцией войны.

Дезертирство, протестное движение и солдатский саботаж стали одной из важнейших причин заставивших власти США вернуться к наемной армии, которая гораздо меньше зависит от общественных настроений. Переход к профессиональной армии стал одним важнейших компонентов неолиберальной контрреволюции 1980-90-х годов во всем мире. Части, вербуемые из иностранцев, уголовников (как известно, служба в армии является в США альтернативой тюремному заключению) и городского сброда оказались вполне лояльны как против внешних, так и против внутренних врагов. Граждане России смогли оценить рвение «профессионалов» и в 1993 году, когда наемные экипажи танков расстреливали «Белый дом», и во время недавних событий на Болотной, когда «профессионалы» из ОМОНа спокойно лупили дубинками московских буржуа кричавших «полиция с народом». Возможно, некоторым из них даже вколотили в голову, что полиция не с народом, а с теми кто ей платит. И профессиональная армия, кстати, тоже.