Огонь по штабам

Зачем Путин прижимает чиновников

Огонь по штабам. «Казусом Гудкова» парламентская неприкосновенность отправлена в урну. Государевым людям вот-вот запретят владеть имуществом и получать образование за рубежом. Президент самолично раздает выговоры министрам. Другие министры и губернаторы, просидев в своих креслах по российским меркам без году неделя, уже объясняются со следователями. Парламентские златоусты наперегонки закладывают друг друга «по коррупции». Между тем раньше Путин предпочитал вершить кадровые перемены без помпы и телевизионного спектакля. Теперь же заметная часть политической элиты подвергается публичному остракизму — сознательно и обдуманно. The New Times попытался понять, зачем это Путину

Три политические интриги уходящего сентября обещают существенно изменить не только привычный интерфейс, но и бэк-офис режима Владимира Путина.
Путин vs ЕР
Интрига первая: 1 августа четыре думские фракции внесли законопроект, согласно которому лицам, замещающим государственные должности Российской Федерации (то есть вице-премьерам и министрам), депутатам палат Федерального собрания, государственным и муниципальным гражданским служащим, а также всем сотрудникам силовых и правоохранительных органов запрещается покупать ценные бумаги не на территории России, открывать денежные счета и владеть имуществом за рубежом. На первый взгляд для страны, чьи депутаты, чиновники и судьи на выходные привычно улетают в Барселону, Женеву, Лондон и Рим, это — революция. Ничуть. Все они уже пережили, и не покачнувшись, кампанию декларирования доходов. Однако те, кто проверяет благосостояние и жизнь расторопных слуг государевых, то есть люди в погонах и без, приобретают теперь над всеми означенными лицами дополнительную незримую власть.
Вторая интрига связана с думским голосованием 14 сентября, по результатам которого депутат от «Справедливой России» Геннадий Гудков лишился мандата. Комиссия Государственной думы по контролю за декларациями депутатов не находит оснований для привлечения к ответственности за неразрешенную предпринимательскую деятельность никого из депутатов-единороссов. Однако те, кто по долгу службы следит за проделками слуг народа, то есть все те же люди в погонах и без, всегда сумеют к вящей пользе государевой истолковать тонкую, почти неощутимую грань между владением бизнесом и управлением оным. Особенно если формально управляет компанией близкий родственник депутата.
Путин vs Белый дом
Третью интригу обозначил выговор, который президент Владимир Путин («по представлению премьер-министра» — так об этом сообщили официальные СМИ) 19 сентября самолично вынес троим членам правительства. (Подробнее о скандале вокруг бюджета-2013 — на стр. 28.) Его бывший соратник по тандему, а ныне премьер Дмитрий Медведев, по слухам, имел неосторожность поспорить по этому поводу с главой государства, вступившись за одного из провинившихся — министра регионального развития Олега Говоруна. «Олег Маркович имеет отдаленное отношение к зарплатам бюджетников, — констатирует знакомый с ситуацией высокопоставленный сотрудник Минрегиона. — Медведева возмутило, что Силуанов, который в первую очередь отвечает за бюджет, оказался как бы ни при чем и не был наказан». Но глава Минфина, констатирует чиновник, — это личный назначенец Путина, посаженный с его подачи в главное кресло Ильинки еще до того, как Медведев возглавил кабинет. По мнению собеседника The New Times, Путин потому и вынес выговоры сам, не дожидаясь, пока это сделает премьер, потому что хотел напомнить Дмитрию Анатольевичу об этом. Последний раз, по мнению чиновников, столь жесткая критика обрушивалась на Белый дом весной 2003 года, когда Путин в очередной раз обвинил тогдашнего премьера Михаила Касьянова в неспособности сформулировать амбициозные планы развития страны.
При этом еще как минимум два крупных должностных лица ощущают на себе его, Путина, немилость. Ранее такое случалось разве что с «пересидевшими» сановниками, от которых Кремль желал избавиться. Но глава Минсельхоза Николай Федоров назначен на свой пост только в мае, а Георгий Полтавченко работает губернатором Санкт-Петербурга лишь год. Тем не менее деятельность обоих два месяца находится в фокусе сугубого внимания правоохранительных органов.
На наших глазах формируется новый политический дискурс, не исключают источники. От опоры на гомогенное политическое коммьюнити, олицетворяемое партией «Единая Россия», Путин переходит к иной, более динамичной властной модели, считают они. Часть старой партийной и политической элиты подвергается публичному остракизму. Избирательная, но громкая и резонансная ротация элиты может стать дополнительным электоральным ресурсом, даже источником дополнительной легитимности Путина в глазах его «ядерного» электората на случай неожиданного «провала» углеводородных цен. С одной стороны — «разделяй и властвуй», с другой — что за «добрый царь», если он периодически не громит «злых бояр». Принципы Никколо Макиавелли универсальны и вечны. „

С одной стороны — «разделяй и властвуй», с другой — что за «добрый царь», если он периодически не громит «злых бояр». Принципы Николо Макиавелли универсальны и вечны

” «Единая Россия», конечно, никуда с политической сцены не денется, полагают собеседники The New Times. Но замышляемый президентом перезапуск Общероссийского народного фронта в противовес «Единой России» создаст сначала в региональных парламентах, а затем и в Государственной думе новый партийный ландшафт взамен приевшегося за последнее десятилетие. К тому же, признают они, в условиях формального ужесточения имущественного контроля влияние спецслужб на чиновничество и бизнес резко расширится.
«Цари» vs «бояре»
Ничто не ново под луной. В начале 1980-х годов многолетний диктатор Индонезии генерал Сухарто также провел мягкую, но масштабную ротацию своих прочно окопавшихся во власти и бизнесе соратников по подавлению левого мятежа 30 сентября 1965 года, дав «зеленый свет» «гражданским» политикам и предпринимателям. Вторая волна публичной ротации настигла индонезийскую элиту при генерале Сусило Бамбанге Юдойоно во второй половине нулевых. Нация в обоих случаях была в восторге. Первые свои выборы в 2004 году Юдойоно выиграл в острейшей политической схватке с харизматической конкуренткой Мегавати Сукарнопутри. На вторых, в 2009-м, его превосходительство лидировал уже безоговорочно. Сегодня в мусульманской Индонезии с Юдойоно сможет соперничать по популярности только Аллах.
Одновременно столь же жестокие публичные чистки проштрафившихся чиновников практиковал мегапопулярный президент Бразилии Лулу да Силва. Вдобавок бразильский лидер сумел после окончания президентской каденции продвинуть на пост главы государства свою креатуру — малоизвестную до тех пор Дилму Руссеф. Наконец, резонансными антикоррупционными чистками прославились и турецкие дуумвиры — действующий премьер Реджеп Тайип Эрдоган и действующий президент (он же бывший глава правительства) Абдуллах Гюль. Они изобрели тандем на несколько лет раньше Путина и Медведева.
Пока публичные удары затрагивают российских парламентских витий и администраторов второго эшелона, но не главные столпы режима — лидеров государственного и окологосударственного бизнеса, а также аффилированных с ними силовиков. Как в «Балаганчике» Александра Блока, на политической сцене России действуют картонные персонажи. Если и умирают, то понарошку. Наш маленький, обрызганный не кровью, а клюквенным соком год монаршего гнева продлится недолго. И очевидно, будет проходить в вегетарианском стиле: без расстрелов и многолетних тюремных сроков. А главная его цель — показать, что неприкасаемых для царя нет. В условиях когда уже слышится глухой ропот элит, это станет еще и методом задушить малейшую, даже кажущуюся нелояльность еще в зародыше. Следующие акты спектакля не заставят себя ждать.