Как гастарбайтер нацика бил

Друзья, сегодня прекрасный, замечательный день! Который мне уже ничто не сможет испортить.

Пошел в магазин. Выхожу из подъезда, вижу Гияза с метлой, привычно здороваемся.

Гияз — дворник. Года три назад он вместе с семьей приехал в Москву из Кыргызстана, когда там стало совсем невмоготу жить. Естественно, работает за копейки. Как и вся его семья, включая дочь лет 10-11, считающую своим долгом помогать отцу убирать опавшие листья с тротуара, хотя вовсе не обязана это делать.

Гияз небольшого роста, худ, скромен, даже застенчив, вежлив, улыбчив, трезв. Всегда готов помочь женщинам затащить коляску в подъезд. Всегда готов помочь вытащить на улицу старый шкаф или холодильник. Деньги за это приходится впаривать ему силой, и то если догонишь. В общем, типичный гастарбайтер, потенциальная вкусная жертва для наших доморощенных арийцев.

Выходя из двора, краем глаза я отметил кусок мяса. Оно вальяжно развалилось на скамейке, попивая пивко. Классически бритое, здоровенное — полтора центнера, не меньше — оно выглядело арийской иконой: бицепсы, трицепсы, вся *уйня, татуировки, чуть ли не свастика на лбу. Опасное, с*уко, встреться с таким в темном переулке — без ножа не обойтись, если планируешь выжить. В первый раз вижу в нашем гетто таких гостей.

Оно пялилось оловянными поросячьими глазками в спину понаехавшему в нерезиновый мегаполис гастарбайтеру. Уже тогда я почуял недоброе. Но *уле — мне в магаз надо срочно.

Возвращаюсь из магазина и вижу: на дорожке стоит Гияз и оно. Оно жестко держит чувака за шею своей огромной лапищей и шепчет ему в ухо — не слышу что, но могу себе представить: ты, с*уко, е*аный чурка, обезьяна, на*уй ты понаехал, тварь, это наша земля, бла-бла-бла...

Гияз стоит покорно, как и полагается рабу, опустив глаза долу, терпеливо слушает весь этот кошмар и молчит. Оставив магазинный пакет под деревом, я пошел к ним, надеясь на то, что когда я внезапно въ*бу животному в нос, кыргыз не убежит и поддержит меня. Вдвоем мы справимся, мэй би.

Но дойти не успел. Стоял, открыв рот, и не верил своим глазам. Быстро оглянувшись по сторонам, Гияз произвел совершенно неуловимый жест плечом. Я клянусь — так и не понял, как же он это сделал. Потом он подхватил метлу, улыбнулся мне, как заговорщик, и убежал в свою дворницкую келью. А я остался наблюдать позорный крах идеи расовой чистоты. Сперва она упала на колени с изумлением на рыле. Потом у нее носом хлынула кровь. Затем она повалилась на бок, хрюкая и дергая ногами.

Налюбовавшись, я подхватил пакет и пошел домой, стараясь не наступить в это *овно. Навстречу мне шла бабушка с внуком. Они остановились возле страдающего нацика, и бабушка отчетливо сказала: "Доигрался, идиот?".

После этого я упал и лежу до сих пор. Сегодня прекрасный день, друзья. *ер получится его испортить.

Оригинал